Волшебство на троих

Привет… Вот и я… Я вернулась, как и обещала, только ненадолго, прости… Но мы еще встретимся, обещаю…

«Я знаю, - шепчет огонь. – Ты обязательно вернешься, и я буду ждать…»

Он окутывает меня нежным, ласкающим теплом, проникает глубоко внутрь, согревая и высушивая замерзшее и промокшее под дождем тело. Внутри меня начинает расти странное, плохо знакомое мне чувство, собирающееся в пылающий жаркий комок. Мне хочется слиться с огнем, стать им, хочется чувствовать на себе требовательные руки Алена, хочется прижаться к его телу, растаять, а потом вновь собраться заново, но уже другой, обновленной, очистившейся… Алена?..

Я вылетаю из костра и, не удивляясь, попадаю прямо в руки Магистра, который вроде бы остался там, сзади… Он накидывает мне на плечи куртку и уводит куда-то в сторону. Глаза, еще не привыкшие к темноте после яркого огня, практически ничего не видят, но сильные руки, обнимающие меня, не дают мне споткнуться.

Мы останавливаемся. Пламя костра, гомон толпы, Янек со своей невестой, Терен, Лежек и все прочие остаются где-то позади. Мы словно одни во всем мире, вокруг нет ничего, кроме темноты, слегка разбавленной огоньками освещенных окон домов и отблесками костра. Этого света хватает, чтобы я, подняв голову, разглядела выражение лица Алена.

- Почему ты злишься? – недоуменно интересуюсь я. А как еще можно истолковать напряженно сжатые губы, заострившиеся скулы и горящие странным огнем глаза?

- Я не злюсь, - качает он головой.

«Но я же вижу…» - Мы опять переходим на эту странную форму диалога, когда говорит только он, а я молчу, прекрасно понимая, что он знает все, о чем я думаю.

- Ты не понимаешь…

«Что я не понимаю?»

- Ты не понимаешь, что делаешь со мной… - выдыхает Ален. Я вглядываюсь в его почерневшие – то ли от темноты вокруг, то ли от непостижимого мною чувства – глаза. Жар, созданный в моем теле огнем, никуда не делся, и, кажется, только усилился, подогреваемый крепкими объятиями Магистра. Я, плохо осознавая, что делаю, закидываю руки на плечи Алена и тянусь вверх, навстречу его губам, стремясь если не избавиться от пылающего ощущения совсем, то хотя бы разделить его напополам. Однако огонь, наполняющий все мое тело, не только не уменьшается – увеличивается, сливаясь с точно таким же пламенем моего мужчины.

Ты прав, Ален. Мне сложно осознать, каково это – сгорать не только от собственного желания, но еще и плюсуя к нему мое. Ведь ты читаешь эмоции, и мое возбуждение не может не действовать на тебя… Но сейчас, сливаясь с твоими настойчиво-нежными губами, чувствуя на себе твои требовательные руки, прижимающие меня к тебе так, что, кажется, сейчас хрустнут ребра, ощущая молнии, пронзающие нас, оставляющие после себя пустоту, которую просто необходимо немедленно чем-то заполнить, и это желание многократно возрастает… я, кажется, начинаю понимать тебя… Я тоже хочу быть с тобой, заполнить эту гхырову пустоту, избавиться от сжигающего нас изнутри жара – и только на время, потому что он все равно вновь настигнет нас, как только мы коснемся друг друга… Потому что это больше, чем просто любовь. Это предназначение. Я судьбой предназначена быть твоей, Ариэн одд Шаэнар… И я буду твоей…

Ален резко оторвался от моих губ, не перестав, впрочем, прижимать меня к себе. Я уткнулась головой в его плечо, восстанавливая дыхание и слушая его шепот над моим ухом.

- Lien niteste

- Ты сам прервался, - недовольно ответила я. – Кто тебя заставлял сдерживаться, собственно?

- Что? – Ален чуть отстранился и приподнял мой подбородок, чтобы заглянуть в глаза.

- Ален, ты же мысли читаешь… - Я попыталась вернуться в прежнее положение. Неистово колотящееся сердце успокаивалось, дыхание приходило в норму, но мне, тем не менее, хотелось продолжать поддерживать телесный контакт с Аленом. – Тебе мало этого, надо еще и вербально расшифровывать?

- Элька, - настойчиво произнес он. – Повтори, пожалуйста, что ты сейчас сказала.

Я покопалась в памяти, выуживая оттуда нужные слова.

-Ты сам прервался, мы могли бы и дальше целовать друг друга… И никто тебя не заставляет сдерживаться…

- Элька, откуда ты знаешь элеандар?

Вот теперь уже я оторвалась от такого притягательного плеча и молча посмотрела на Алена.

- Элеандар?

- Элеандар. Я говорил на нем. Как ты поняла, что я сказал? И вообще, ты можешь повторить мои слова?

- Могу, - ошеломленно кивнула я. Возбуждение, танцевавшее у меня в крови, исчезло, заменившись крайним удивлением. - Ты недовольно жаловался. Мол, я не понимаю, что делаю с тобой, тебе и так тяжело сдерживаться, а тут еще добавляются мои эмоции…

Ален пару секунд молча пристально смотрел на меня, после чего нарушил молчание.

- Элька… - Он притянул меня к себе. Ты поняла, что произошло?

- Нет.

- Ты каким-то образом прочитала меня.

- Я?

- Ты.

- Но как? Ты же говорил, что это невозможно сделать…

- И добавил, что у тебя может получиться, - напомнил Ален. – Но я не думал, что это произойдет так…

Я начала догадываться.

- Ты хочешь сказать…

- Да. Ты можешь прочитать меня… так скажем, когда мы оба находимся в возбужденном состоянии.

- Точно?

- Ну, если хочешь, давай проверим, - усмехнулся Ален и произнес фразу на элеандаре. Для меня она, как и прежде, звучала просто мелодичным набором звуков. – Вот видишь.

- Ну и ладно. Все равно это лучше, чем ничего. Тем более… - Я воодушевилась, кое-что припомнив. – На элеандаре ты говоришь исключительно в такие вот моменты, как ты там выразился – «в возбужденном состоянии». И теперь мне не нужно будет гадать, что ты там произнес, и не выругался ли вместо того, чтобы признаться в любви.

- Придется мне следить за своим языком, - усмехнулся Ален.

- Точно. А что ты, кстати, только что произнес?

- Признался в любви.

Я недоверчиво посмотрела на его серьезное лицо.

- Ты не хочешь поцеловать меня, чтобы я могла проверить твои слова?

- Элька, такие вещи нельзя предлагать мужчинам! – почти простонал он.

- Ты имеешь в виду поцелуй или проверку твоих слов? – уточнила я, но ответа так и не дождалась. Нас прервал Терен.

- Ален! Элька!

- Что? – Я недовольно повернула голову, продолжая, впрочем, прижиматься к Алену.

- Да ничего. Простите, если… хм… помешал, - ухмыльнулся парень. – Просто хотел сказать, что опять пошел дождь, костер потух, все разошлись по домам, и мы с Лежеком тоже не хотим мокнуть.

Я подняла голову. Мы стояли под возведенным сельчанами навесом, поэтому на нас не капало. Впрочем, было у меня подозрение – даже стоя под открытым небом ни я, ни Ален не обратили бы на дождь ни малейшего внимания.

- Хорошо, Терен, - произнес Ален, отстраняясь от меня. Идем. Завтра, чует мое сердце, староста с нас не слезет, а неплохо было бы еще и озеро осмотреть.

Остаток вечера прошел под постоянные причитания хозяйки о том, что малоязясцы обязательно испортят им свадьбу и твердые уверения старосты в том, что он не допустит этого - «господа маги подмогнут». Господа маги в лице Алена уверенно кивали. Терен с Лежеком, не вынеся повторяющихся жалоб, быстро сдружились с Янеком и, пристроившись на лавке под окном, что-то весело обсуждали с ним. А я сидела рядом с Аленом и всем своим видом изображала вежливое согласие со всем, что говорил староста. Остатки огня, пылающего у меня в крови, успешно помогали справиться со скукой…

До озера мы добрались только после полудня. Все утро было потрачено на добросовестное исследование под придирчивым взором старосты каждого стола, каждой лавки и каждого гвоздя в навесах. Ален, подмигнув нам, устроил целое представление, «изгоняя нечисть», с молниями, разноцветными пульсарами и небольшими снежными смерчиками. Мокрый слежавшийся снег не очень хотел взвихряться в воздухе и отлетал от земли небольшими комьями, которые периодически попадали в кого-нибудь из восхищенно взирающих на зрелище сельчан.