Страница 2 из 72
Но Тэлия справилась: смогла обрести свою подлинную семью в лице Круга Герольдов и перевоспитать Королевское Отродье (так прозвали Элспет). Теперь ее ожидали полтора года полевой службы… и испытание, которое ей и не снилось.
Глава 1
Бац!
Учебный клинок Альбериха огрел Тэлию по плохо защищенному боку. Она не заметила, как готовился удар, ей-богу не заметила. Было больно, и Тэлия побилась бы об заклад, что несмотря на стеганую куртку, по большей части погасившую удар, на ребрах останется синяк. Что с того, что учебные мечи делались из дерева, — тем сильнее лупил учеников Альберих.
— Тьфу! — с отвращением сплюнул он и снова атаковал, прежде чем Тэлия успела оправиться от предыдущего удара. На сей раз преподаватель стукнул ее по руке, державшей нож, — точно по локтю. Тэлия охнула, рука онемела, и нож выпал из разжавшихся пальцев.
Альберих высказал ей все, что думал о ее действиях; его свирепые ястребиные глаза глядели на ученицу без всякого намека на жалость, а иссеченное шрамами лицо казалось демонической маской.
Альбериху было лет сорок пять, если не больше, но за те пять лет, что Тэлия его знала, ловкости и проворства у него не убыло ни на йоту. Она едва переводила дух от усталости — учитель же выглядел так, словно совершал увеселительную прогулку. На потертой кожаной куртке (Альберих единственный из известных Тэлии Герольдов, находящихся на действительной службе, никогда не носил Белого) не проступило ни единого пятнышка пота. В ярком свете полуденного солнца учитель воинских искусств выглядел тонким и бестелесным, словно тень. И таким же неуловимым.
— Жаль, что Скиф тебя не видит. Наверняка бы умер со смеху! — рычал Альберих. — Тебе восемнадцать, а дерешься, как восьмилетний ребенок. Медлительна, неуклюжа и глупа! Фу! Будь я настоящим наемным убийцей…
— Я бы умерла от страха еще прежде, чем вы до меня дотронулись.
— Теперь она шуточки шутит! Здесь занятие по боевой подготовке, а не балаган! Если мне вздумается повеселиться, я найду шута. Еще раз — и теперь как следует.
Когда Тэлия уже падала от изнеможения, он оставил ее в покое и принялся за Элспет. Теперь, когда обе удостоились персонального обучения, Альберих перенес их занятия на другой час, свободный от прочих тренировок, дабы иметь возможность уделять Королевскому Герольду и Предполагаемой Наследнице Престола все свое внимание безраздельно. Тэлия и Элспет обычно упражнялись теперь не на учебной площадке под открытым небом, а в учебном зале. Зал представлял собой похожее на амбар строение с деревянным полом, посыпанным песком, зеркалами по стенам и высокими окнами-фонарями, чтобы пропускать как можно больше света. В непогоду занятия всегда проводились здесь, но для групповых упражнений и совместных тренировок студентов Коллегий Герольдов, Бардов и Целителей помещение было слишком тесным. Только «привилегированные», те, кто брал у Альбериха частные уроки, занимались в зале постоянно.
Теперь, когда Альберих оставил ее в покое, Тэлия смогла вернуться мыслями к поджидавшему ее нынче днем сюрпризу.
Она нетерпеливо дергалась и извивалась, пока не смогла просунуть голову в ворот тонкой туники из мягкой белой кожи. Натянув ее поверх белых же рубашки и кожаных штанов, Тэлия повернулась наконец, чтобы полюбоваться собой в полированном металлическом зеркале.
— Светлые Гавани! — со смехом сказала она, ничуть не удивленная. — Ну почему Серое никогда не смотрится так здорово?
— Потому что, — протяжно сказал из соседней комнаты резкий голос, — иначе вы, юнцы, думали бы о чем угодно, только не о занятиях!
Тэлия рассмеялась, снова повернулась к зеркалу и принялась охорашиваться. Сегодня была годовщина ее первого занятия в Коллегии Герольдов — факт, о котором она и не вспомнила, пока Керен и Шерил (обе — старшие Герольды, и обе, помимо того, что ее старинные подруги, еще и преподаватели Коллегии) не явились к ней в комнату с охапками белой одежды в руках и широкими улыбками на лицах.
Ибо Круг Герольдов решил — говорят, меньше чем за пять минут — проголосовал… и произвел Тэлию вместе с остальными ее однокурсниками в Герольды, — что не явилось неожиданностью ни для кого в Коллегии, хотя ученикам по традиции не полагалось знать о дне голосования до тех пор, пока оно не состоится и решение не будет принято.
Керен и Шерил потребовали предоставить им право первыми сообщить Талии добрую весть. Они даже не дали подруге опомниться, — просто возникли у нее в дверях, подхватили под руки и потащили по длинному, темному, отделанному деревянными панелями коридору спального отделения Коллегии вниз по лестнице на первый этаж и наконец через двустворчатые двери наружу.
В итоге она очутилась в кабинете сенешаля, которому полагалось подать заявку на новое жилое помещение. И вот теперь Тэлия стояла в спальне выбранных ею апартаментов и любовалась своим отражением в зеркале.
— Наконец-то я для разнообразия выгляжу действительно взрослой!
— Так и задумано! — весело расхохоталась Шерил.
Тэлия склонила голову набок, разглядывая отражающуюся в зеркале маленькую стройную фигурку. Непокорные рыжевато-каштановые кудри были, как всегда, взъерошены, но теперь каким-то образом создавалось впечатление, что они нарочно живописно взбиты. Прежнее простодушное выражение огромных темно-карих глаз сменилось едва ли не умудренным; сужающееся к подбородку лицо больше не выглядело детским. И все эти волшебные перемены принесла новая форма!
— Тэлия, если не поостережешься, то разбухнешь от самодовольства, как губчатая жаба в дождливую пору! — снова прервала Керен ход ее мыслей.
Тэлия вытянула шею, чтобы заглянуть за дверной косяк, и в поле ее зрения появилась преподавательница верховой езды — та сардонически усмехалась, растянувшись в соседней комнате на покрытой красными подушками кушетке с деревянной спинкой.
— Разве ты не знаешь, что гласит Книга Единого? — ханжеским голосом добавила Шерил через плечо своей подруги жизни. — «Великая гордыня принесет великое унижение».
Тэлия вышла из спальни. Керен и Шерил удобно расположились в ее не слишком обремененной мебелью гостиной, развалившись на единственной кушетке.
— Полагаю, вы обе станете утверждать, что ни минуточки не провели перед зеркалом, когда сами получили Белое, — язвительно сказала Тэлия, заложив руки за спину и, неторопливо направляясь к приятельницам.
— Кто? Я? — с наигранной невинностью отозвалась Шерил, грациозно поднимая руку и сбивая густые черные локоны на широко распахнутые карие глаза. — Чтобы я тешила свое тщеславие? Н-н-ну, может быть, самую чуточку.
— Так получилось, что я совершенно точно знаю, что ты провела за этим занятием полдня. Говорят, ты перепробовала все прически, в какие только могла скрутить свою черную гривищу, выбирая, какая лучше подойдет к новому наряду, — сухо сообщила Керен, пробежав пальцами по собственным коротко остриженным, русым с проседью волосам.
Шерил только ухмыльнулась и, откинувшись на подушки, изящно скрестила ноги.
— Поскольку я не могу претендовать на такие же познания о том, что делала в такой же торжественный час ты, сей выпад едва ли можно назвать честным.
— Ну, норму любования собой перед зеркалом я выполнила, — признала Керен с шутливой неохотой. — Когда ты костлява, как борзая-однолетка, и плоска, как мальчишка, увидеть себя в наряде, который действительно тебя красит, — настоящее событие. Клянусь, я не знаю, как они добиваются такого эффекта, — покрой для всех одинаков и не так уж отличается от студенческого Серого…
— Но Боги, какая огромная разница! — закончила за нее Шерил. — Я не знаю никого, кто не смотрелся бы в Белом потрясающе. Даже Дирку удается выглядеть презентабельно. Гнусно, но презентабельно.
— Ну, а обо мне что вы думаете? — спросила Тэлия, поворачиваясь на носках к ним лицом и лукаво улыбаясь Керен.
— Что думаю? Что ты выглядишь сказочно, юная чертовка. Но если будешь и дальше напрашиваться на комплименты, я, пожалуй, окуну тебя в конскую поилку. Насчет стажировки тебе что-нибудь сказали?