Страница 10 из 11
Ехать было решено всю ночь.
Злополучное поселение спешил светловолосый оставить позади. Не потому, что всерьез боялся мести деревенских: просто такой след, как золотая лицензия, трудно не заметить. Она и имеется-то лишь у высоких лордов, императорской семьи да людей Гильдии в звании не ниже мастерского. Если до сих пор и не узнали в Совете о его появлении - то уж теперь узнают точно! Вопрос только в том, будет ли это до дня Посвящения или после? Незваных гостей, в любом случае, встречать Эдан хотел не на грязных проселках, но в своей берлоге, защищенной имперским законом - а заодно и крепкими стенами да каким-никаким гарнизоном...
Утром морось превратилась в настоящий дождь - и мастеру невольно пришлось переместиться в карету, к своим невыспавшимся, потрепанным ночью на неудобных сиденьях, попутчикам. Те зевали, ежились от холода и тоскливо вглядывались в унылую бугристую степь за окном, надеясь заметить хоть какой-нибудь захудалый хуторок. Мечталось им поскорее укрыться от непогоды, поесть и как следует отдохнуть, но к Эдану лезть с вопросами никто не решался - слишком уж мрачным было его лицо.
А тот хранил задумчивое молчание: краем уха прислушивался к болтовне, которой Риэ развлекал остальных, но больше размышлял о своем. Время от времени в крохотные окошки кареты, защищенные лишь тонкой сеткой, ветром заносило холодные дождевые капли. Мастер морщился, чувствуя влагу на волосах и коже, Лая тихонько дразнила его "неженкой" - и тогда ему почти хотелось улыбнуться.
- Эти холмы тоже по-своему знамениты! - начал меж тем рассказывать студент сонной Юлии. - Семьсот сорок лет назад было здесь большое сражение, приведшее к воцарению нынешнего Правящего Дома. А более сотни лет назад - битва девяти воинственных племен и трех объединившихся с ними лордов против Императорской Армии, завершившаяся блестящей победой последней...
- Если можно назвать "блестящей" победу, в которой полегло почти пятнадцать сотен имперских солдат, сотня темных мастеров и около восьми тысяч насильно согнанного из крестьян ополчения, - угрюмо вставил светловолосый, не отрывая глаз от раскисающего пейзажа за окном. - Несчастный тогдашний Император уж и корабль снаряжал, намереваясь сбежать на Южный... Впрочем, нашей леди с лихвой хватит и официальной версии!
- Еще бы! Я скорее послушаю человека по-настоящему ученого, чем безродного бродягу! - презрительно фыркнула Юлия.
Риэ, однако, соглашаться с ней не спешил.
- Знаешь, а я уже слышал подобное, - задумчиво проговорил он. - В университете Эн-Амареша есть одно закрытое ученое общество...
- Эн-Амареш... Гадкое местечко! - невежливо перебил Эдан. - Обществу твоему из закрытого давно пора стать тайным! Донесут ведь рано или поздно... А папочка нашей Юлии подобного своеволия очень не одобряет!
Возмущенными взглядами благородной леди сейчас можно было мятежные деревни палить - но светловолосому до того и дела не было.
- Вот ты, Риэ, - все так же язвительно продолжал он, - в своей книге доказал, что священный символ упокоения, начертанный на храмовых склепах, восходит к обозначениям Первого Бога. Тем самым, кстати, перевернув половину религиозных догматов с ног на голову... Так жрецы за это всего лишь твой трактат сожгли! А спроси нашу леди, что случилось с ее кузеном, обвинившим как-то Амареша даже не в предательстве и попытке переворота (чем высокочтимый лорд занимается со дня своего утверждения в качестве главы Дома!), а только в смутьянстве и недостаточной верности интересам Империи?..
Юлия, мгновенно побледнев, занервничала.
- Не думал, что в военных школах так глубоко вникают в историю и политику! - пришел ей на помощь студиозус. - Где же ты, Эдан, набрался этого?
- Чего, Риэ? - притворно удивился тот. - Я лишь смотрю по сторонам и немного слушаю... А будешь глупыми вопросами донимать - могу ведь и высадить! Пусть твои недавние приятели из Заречьих Сопок (так, кажется, та деревня называлась?) догонят...
- Ты не посмеешь! - гневно вскрикнула девушка.
- Что именно? Избавиться от лишнего нахлебника?
Теперь уже Риэ дернулся, зло сверкнул карими глазами - и полез под сиденье за своим потертым мешком.
- Прикажи остановить! - бросил сердито. - Мне не нужна ничья опека! И уж тем более - милостыня!..
- Тебе-то нет, - едко перебил Эдан, - а леди твоей? Ты же из-за нее за нами увязался? Чтоб уберечь несчастную девочку от меня, негодяя?..
Юноша запнулся и отчаянно покраснел.
- Из-за любви люди на смерть идут, - не думал жалеть его светловолосый, - что говорить о каком-то унижении? Так как, Риэ, остановить карету, или еще немного мой дурной нрав потерпишь?..
Студиозус сердито выпрямился, замер, стараясь не глядеть на него, и, тем более, на смущенную Юлию...
"Что это с тобой?" - удивленно обозвалась Лая.
"Не знаю... - отмахнулся Эдан. - Просто... настроение..."
"Посвящение ведь завтра, правда?" - прошелестел осторожный вопрос.
Он раздраженно стиснул зубы.
"Неважно! Я ведь говорил уже... Не хочу сейчас думать об этом!"
- О боги, он опять это делает! - по-прежнему на него злясь, скривилась леди.
- Что? - буркнул Риэ, на миг отвлекшись от своей обиды.
- Говорит сам с собой! Ненормальный!
Эдан лишь презрительно выгнул губы - и вновь отвернулся к окну.
К счастью для всех, за поворотом показалось долгожданное селение.
***
Деревня - скорее, маленький грязный городок, выросший при рудном карьере стараниями предприимчивого лорда Матезы, здешнего хозяина, - даже в сухую погоду отличалась непритязательностью, сейчас же выглядела особенно неуютно. Эдан никогда не любил бывать здесь, хотя обширные владения лорда и граничили с его собственными. Ни сам Матеза, ни его супруга и дочери, давно ищущие внимания холостого соседа, симпатии в молодом мужчине не вызывали - потому и задерживаться в Железных Камнях он собирался не дольше, чем нужно для сытного завтрака да смены лошадей. Лишь бы дорогу совсем не развезло, - а там, глядишь, и не успеют местные соглядатаи доложить хозяину о карете с сине-серебряным гербом...
Постоялый двор стоял пустым да унылым, так что появлению молчаливой, угрюмо друг на друга косящейся, четверки там даже обрадовались.
Эдан, впрочем, захватив кружку горячего вина и оставив спутников на попечение хозяина с кухаркой, сразу вернулся на мокрое крыльцо. Есть ему не хотелось - как и терпеть на себе сердитые, пополам с любопытством, взгляды Юлии да прикипевшего к ней, похоже, намертво Риэ...
"Это ведь ты на них сорвался", - укоризненно обозвалась Лая.
"Я, - устало согласился мастер, но продолжать разговор не захотел. - Вознице отдых нужен. Я сам дальше поведу, а он пока пусть в карете отоспится".
"То-то наша леди обрадуется соседству деревенского дядьки и его могучему храпу!.." - не сдержала Насмешница ехидства.
"Ничего, потерпит! Я Криваря знаю куда дольше, чем ее капризное высокородие! В следующий раз подумает, прежде чем..."
О чем там должна подумать леди Юлия, Эдан сообщить не успел: ощущение постороннего, изучающего взгляда захлестнуло его.
Мастер застыл, украдкой осматривая грязный двор и пустынную улицу, пристально вглядываясь в темные от влаги бревенчатые строения.
Под пустующим торговым навесом ютилась оборванная нищенка. Светлые, пополам с сединой, волосы ее колтуном выбивались из-под дырявого платка; выражение лица, отекшего и красного от излишней любви к крепкому пойлу, было сложно определить - но запухшие серые глазки смотрели на Эдана внимательно, с неожиданным, почти диким умилением.
Поняв, что ее заметили, женщина щербато разулыбалась и торопливо поковыляла к крыльцу, загребая башмаками воду из луж.
Светловолосый нахмурился, с трудом удержавшись от затравленного взгляда на дверь позади себя - очень уж захотелось ему сбежать.