Страница 94 из 144
Через год, может быть, я навещу вас, и какие перемены я найду? Узнаете ли вы меня и захотите ли узнать? И какую роль буду играть я? Будет эта встреча минутой радости для вас, или она смутит нас обоих? Ибо, предупреждаю вас, я уже не тот, каким был прежде: и чувствую и говорю иначе, и бог весть что из меня выйдет через год; моя жизнь до сих пор была лишь рядом разочарований, теперь они смешны мне, я смеюсь над собой и над другими; я только вкусил все удовольствия и, не насладившись ими, пресытился.
Но это очень грустный предмет, и я постараюсь в другой раз к нему не возвращаться. Когда вы будете в Москве, дайте мне знать, милый друг… я надеюсь на ваше постоянство; прощайте.
М. Лер…
Р. S. Мой поклон кузине, если будете писать ей, ведь я слишком ленив, чтобы самому сделать это.
15. М. Л. Симанской
<20 февраля 1834 г. В Петербурге>
Ma chère cousine! Je me rends avec extase à votre aimable invitation, et, certainement je ne manquerai pas de venir féliciter mon oncle d’abord après diner, car – pour mon grand désespoir mon cousin Stolipine est mort avant hier, – et je suis sûr que vous ne trouverez pas mal que je me prive du plaisir de vous voir quelques heures plus tôt, pour aller, remplir un devoir aussi triste qu’indispensable; – à vous pour toute la soirée et toute la vie.
M. L.
Милая кузина! Я с восторгом принимаю ваше любезное приглашение и, конечно, не премину явиться с поздравлением к дяде, но после обеда, ибо, к великому моему огорчению, мой кузен Столыпин умер позавчера, и, я уверен, вы не сочтете дурным, что я лишу себя удовольствия видеть вас на несколько часов раньше, чтобы пойти исполнить столь же печальную, сколь и необходимую обязанность; – преданный вам на весь вечер и на всю жизнь.
М. Л.
16. М. Л. Симанской
<1832–1839 г. В Петербурге>
Je vous aime M-lle M. S.[189] Своею кровью.
17. М. А. Лопухиной
<23 декабря 1834 г. Из Петербурга в Москву>
S.-Pétersbourg. Le 23 décembre.
Chère amie! – quoi qu’il arrive je ne vous nommerai jamais autrement, car ce serait briser le dernier lien qui m’attache encore au passé – et je ne le voudrais pour rien au monde; car mon avenir quoique brillant à l’oeil, est vide et plat; je dois vous avouer que chaque jour je m’aperçois de plus en plus que je ne serai jamais bon à rien, avec tous mes beaux rêves, et mes mauvais essais dans le chemin de la vie… car: ou l’occasion me manque ou l’audace!.. On me dit: l’occasion arrivera un jour! L’expérience et le temps vous do
Je commence ainsi ma lettre par une confession, vraiment sans y penser! – Eh bien, qu’elle me serve d’excuse: vous verrez là du moins que si mon caractère est un peu changé, mon cœur ne l’est pas. La vue seule de votre dernière lettre a déjà été pour moi un reproche – bien mérité certainement; mais que pouvais-je vous écrire? – vous parler de moi? – vraiment je suis tellement blasé sur ma perso
– J’etais à Царское Село lorsque Alexis est arrivé; quand j’en ai reçu la nouvelle, je suis devenu presque fou de joie; je me suis surpris discourant avec moi-même, riant, me serrant les mains l’une l’autre; je suis retourné en un moment à mes joies passées, j’ai sauté deux a
Je l’ai trouvé bien changé, votre frère, il est gros, comme j’étais alors, il est rose, – mais toujours sérieux, pausé; pourtant nous avons ri comme des fous la soirée de notre entrevue, – et dieu sait de quoi?
Dites moi, j’ai cru remarquer qu’il a du tendre pour m-lle Catherine Souchkoff… est-ce que vous le savez? – les oncles de mamselle auraient bien voulu les marier!.. Dieu préserve!.. Cette femme est une chauve souris, dont les ailes s’accrochent à tout ce qu’ils rencontrent! – il y eut un temps où elle me plaisait, maintenant elle me force presque de lui faire la cour… mais, je ne sais, il y a quelque chose, dans ses manières, dans sa voix, quelque chose de dur, de saccadé, de brisé, qui repousse; tout en cherchant à lui plaire on trouve du plaisir à la compromettre, de la voir s’embarrasser dans ses propres filets.
Ecrivez-moi de grâce, chère amie, maintenant que tous nos différens sont réglés, que vous n’avez plus à vous plaindre de moi, car je pense avoir été assez sincère, assez soumis dans cette lettre pour vous faire oublier mon crime de lèse-amitié!..
Je voudrais bien vous revoir encore: au fond de ce désir, pardo
M. Lerma.
– P. S. Mes compliments à tous ceux auxquels vous jugerez convenable de les faire pour moi… adieu encore.
С.-Петербург, 23 декабря.
Милый друг! Что бы ни случилось, я никогда не назову вас иначе; это значило бы порвать последние нити, еще связывающие меня с прошлым, а этого я не хотел бы ни за что на свете, так как моя будущность, блистательная на первый взгляд, в сущности пуста и заурядна. Должен вам признаться, с каждым днем я всё больше убеждаюсь, что из меня вовек не получится ничего путного со всеми моими прекрасными мечтаниями и ложными шагами на жизненном пути… ибо недостает то удачи, то смелости!.. Мне говорят, что случай когда-нибудь представится, а смелость приобретается временем и опытностью!.. А кто знает, когда всё это будет, сберегу ли я в себе хоть частицу молодой и пламенной души, которой столь некстати одарил меня бог? Не иссякнет ли моя воля от долготерпения?.. И, наконец, не разочаруюсь ли я окончательно во всем том, что движет вперед нашу жизнь?
189
Я вас люблю, м-ль М. С. (Франц.). – Тут же нарисованы рукою Лермонтова лук со спущенной стрелой и пронзенное стрелою сердце.