Страница 99 из 168
Вчера я поднялся к истоку Малинового ручья, больше и больше камней и, наконец, одни камни, и на камнях лес, и под лесом глухо журчит вода.
Малиновый ключ.
Под [брызги?] водопада я привязал свою одежду и пока мылся, в один башмак влезла ящерица, в другом была бабочка.
Олень на задних ногах достает лист дуба.
Борьба двух оленух с орлом за олененка: тоже на задних ногах.
Приезд Борисова из-за пресной воды. Завод консерв.
Лежбище нерпы: ревет нерпа.
Конец всем паркам из-за потравы.
Запах моря — где и как?
Центр холода: Верхоянск Як. обл.
Паводки. Заросли полыни в сажень высотой (десятки видов), астры, перепутанные павиликой, и сама павилика — цветок величиной в хорошую рюмку.
Причины холода: 1) На краю громадн. континента, с холодными ветрами. 2) Теплое течение Куро-Сио отделено японским островом. 3) Муссоны приносят ясную сухую погоду зимой и сырую прохладную весну с сырым жарким летом.
Корейский кедр, бархатное дерево (пробковое), <1 нрзб.> (Aralia), вяз, сирень (дерево), клены, японская вишня, лианы лимонника и винограда, лотос.
В сосновых скалах есть «барсовый запретный ключ». Енот к берегу приходил за (бокоплавками?) — след оставил — бочонок нерпы, с другой стороны: барсовый запретный ключ.
Оленьи тропы. С этого мыса.
Мыс Шульца.
Пахло оленем. К перешейку оленьи тропы сходились полосами. Слева обрывы с погребальной сосной: орел белохвост и бакланы в теснине; на другой стороне в бухточке бился бочонок, потом <1 нрзб.>
Две нерпы. Лежки у самого обрыва. Так я согнал их в угол. Одна вперед выступила, топнула ногой и замерла, все замерли: живая картина. Тем даже скучно, маленькие начали почесываться, траву щипать, как вдруг она резко свистнула и бросилась вниз, за нею все веревочкой тише-тише и шагом, задние стали даже кормиться: распределились по тропам и наверх.
Купался с нерпами: они для удовольствия купаются, зачем им плавать на спинке.
Пил воду из трех ручьев. Синий дрозд отдаленно напоминает дрозда. Голубая сорока, пестрая чайка, черная ворона, скелеты морских ежей.
Происхожд. орлиного гнезда.
Мыс Шульца — можно собрать стадо в 300 штук.
Я залез по тропе, сверху спустились и прямо на меня, вдруг понюхали след мой, и стадо бросилось назад.
Сайгак уже с рожками отогнал олененка и сам принялся сосать.
Смерть оленя: сломал ногу и, волоча ее, попал в расщелину между камнями и умер. Другой случай: доставая дубовый листок, попал в развилку головой, сломал шею и повис. Упал со скалы. Смерть старой самки от <1 нрзб.>: последние силы берегла, и она до <2 нрзб.> рожает. Пантач погибает часто от ударов во время гона. Очень часто умирает весной от зеленой травы… смерть оленей бывает большей частью весной.
Мать свистнула и топнула ногой, маленький свистнул и тоже топнул, она побежала, ему интересно: он остался, она задержалась и свистела ему.
Петр Мих. Довбня — пантовар говорил, что если самки худые, а самец жирный — родятся самцы и наоборот. (Торку и Холопу прихудил — вышли бычки).
6 Августа. Снарядили егеря на камни убить нерпу для подкормки енотов. Пошли в Астафьево к Ивану Ивановичу Долгаль. Он отравил барса (леопарда). Рассказывал о коте (диком) в 1 ½ метрах с хвостом, опасного не только для олененка, но и для козла (с дерева на шею). Самый далекий выстрел в пантачей у него был в этот раз — 270 шагов. Случай смерти оленей: один, доставая дубовый листок на задних ногах, передней ударил между двумя дубками, нога застряла, и он погиб. Оленуха тоже пыталась достать что-то и, головой в развилок, повесилась. Тайфун во время растела погубил молодняк, нашли 20 штук. Гибель диких оленей была от корейцев с их множеством собак, а не китайские <1 нрзб.>, как у Арсеньева («Все врет Арсеньев, и Дерсу не гольд.,{256} <1 нрзб.> и честный человек, а стрелял — неважно».) У Ив. Ив. от ружья на плече всегда так, что одно повыше…
Когда мы вернулись из Астафьева, <2 нрзб.> разделывали убитую нерпу (6 пудов). Вечером ходили через Фермопилы к острову «Томящееся сердце» (назван так бывш. владельцами, потому что во время прилива шевелился камень на острове). Олени начали выходить на открытые места, были и пантачи и сайки (оленуха как кормит? — оставит под кустом, вернется кормить: с одной стороны олененок, а с другой саек с рожками).
Как убить вон того пантача. Зайти туда — там ветер… и перебьет этот ветер, или можно сверху (попал на вершок от хвоста — и пантач был убит). Шли они на ту траву, которая после пала (в крайнем случае есть и горный камыш). (Ив. Ив. море не любит — тайгу). Пантач с коронкой (уши и панты). Рогач бережет панты, оленуха бережет олененка. Ночью олени подпускают очень близко.
[Вечер. Крик фазана]. Оленухи при охоте на пантача — первые враги: свистнет, и кончено.
Георгий Джеймсович Дулькейт (б. Витязь).
Мария Грациановна и мать ее…
Рутковская Вера Васильевна. Никольск. Уссур. Сухановская, 30.
6 Августа. № 2-й.
Вечером <1 нрзб.> после крика фазанов явились «гости».
Рассказывал, что в тайге много зверей и когда едешь и темно, то какой-нибудь зверь подходит близко вплотную к лошади. Раз толкнул его ногой, и он отошел.
— А какой это зверь?
— Как я могу знать, какой, привалился к лошади, я толкнул, а он убежал.
— Глаза у меня были такие, что когда солнце садится, на востоке я вижу звезду.
Видел бархатное дерево, пахнущее мускусом. Кусочек лимонника — чай пахнет лимоном.
7 Августа. С утра хозяйка стала зазывать к себе капитана с «Менжинского» (надеялась заказать ему башлыки), но капитан пришел с боцманом, и нелегко было его попросить. Капитан рассказывал о том, что жена его была в 3-й степени чахотки, но он вылечил ее медвежьей желчью.
Потом пришел начальник поста, осторожный и корректный человек (впрочем, невредный). Рассказывал, что корейцы озлоблены были раньше русскими — заставляли их на себя работать, а когда почуяли свободу, умели ею воспользоваться.
В 4 ч. пришел пароход, в 5 — уехали.
Гамов — 18 верст длины и от 3 до 9 ширины — всего 55 кв. верст.
Катер, заваленные иваси. Спор: есть ли икра?
Примерные цены пантов в 1200 р.
Сбрасывание рогов с каждым годом раньше, значит, панты ранние и ценнее, потому что весенняя зелень дает целебность, и прохлада — успешней варка.
9 Августа. В субботу вечером приплыл с Гамова. «В общем и целом» хозяйство наше плохо, главным образом, потому, что каждый хороший хозяйственник несет на себе тяжесть социального груза. Так вот на Фуругельме отличный работник Чапурин имеет корову и молоко продает, на этой почве женщины, у которых есть дети и нет молока, подняли крик, и теперь Чапурин на волоске. Но тяжесть социального груза делается для простого смертного вовсе невыносимой, если к ней присоединяется тяжесть национального груза. Корейцы, живущие в СССР, люди с особенно обостренным самолюбием, потому что вынесли на себе казацкое рабство, к тому же, по-видимому, очень способны к самопродвижению в сфере интеллектуальной: всюду видишь корейца с карандашом в руке, с автоматическим пером, не раз приходилось видеть в простой фанзе корейца за пишущей машинкой. Притом все эти писатели в очках и даже те, у кого глаза нормальные, будто бы носят очки, так как очки придают вид учености. Эти кляузники, спекулирующие на шовинизме, вместе с социальными проходимцами, самолюбивыми недоучками, свое нравственное и умственное убожество прикрывающие классовым флером, являются главнейшим тормозом нашего хозяйства, едва ли возможно даже учесть, какие миллиарды растрачиваются в народном хозяйстве, чтобы пронести идею социализма в атмосфере этой, будто бы классовой борьбы, сколько идиотов создано из самых лучших людей и в умственном и нравственном отношении. В этом аспекте партийцы и беспартийные не представляют между собой розни: в борьбе с торжествующей, организованной мелкотой, те и другие в равных условиях.