Страница 6 из 26
– Ну уж нет, хватит на сегодня смерти и одного подростка, – подумал я, толкнув Вив в сторону и занимая ее место.
Меня спасло то, что шар был дохлым и явно пущенным из последних сил, хотя этот факт не помешал ему оставить выжженный след на моем новом теле. По реакции присутствующих стало кристально ясно, что умертвию, пусть и разумному, не так уж и долго существовать в месте, набитом психованными магами. Полагаю, надо срочно делать то единственное, на что хватит моих скромных сил и умений, а именно – драпать со страшной скоростью!!
Перед исполнением своего гениального плана я еще успел поднять бледную, одеревеневшую от испуга Вив на ноги и сказать какую-то нелепую прощальную фразу, что-то вроде: «Не плачь, Вив. Для меня смерть – лишь второе начало, но теперь мне пора уходить, прости», – и припустил в сторону ворот. Правда, приблизиться к ним я не сумел. Охреневшие от страха студенты стали швырять в меня всем, что успели выучить, и стресс от несущегося навстречу трупа изрядно стимулировал их память. Вот какой мотивации мне в институте на физкультуре и не хватало, чтобы побить мировой рекорд скорости! Тут же я побил еще и рекорд по верткости, не каждый психованный заяц сможет вилять по открытой местности так, как это пришлось делать мне. А вилял я в сторону того самого здания, из которого попал в эту обитель знаний. В портальной комнате схватил горсть первых попавшихся перстней и наугад запитал несколько из них энергией. Уже вскакивая на круглую каменную площадку, успел подумать, а не разорвет ли меня на части, перстни-то разные, а значит, и точки выхода разные. Вот блин, надо сейчас же выбросить лишние…
Глава 3
Первый друг
Да я просто везунчик! Не в том смысле, что остался целым, если не придираться к мелочам вроде дырки в затылке да обугленной груди, а в том, что все перстни предназначались для боевой практики на проклятых землях. Каждый из них переносит студента на окраину проклятого леса, а у целой горсти просто сложились вектора, таким образом, если два из них вели бы на противоположные концы леса, я бы очутился ровно в его середине. Моя ситуация от примера отличалась только количеством перстней и сложностью вычислений, поэтому оказался я примерно в той же жо… хм, в том же щекотливом положении, что и в начале пути. Так что снова здравствуй, странный, страшный, навевающий жуть, холодящий нервы, плодящий тварей, убивающий все живое…
Извините, увлекся. Если коротко, три с лишним месяца этот лес не видел, и сто раз по столько бы сюда не возвращался, да вот занесло. По здравом размышлении решил не задерживаться в столь неприятном месте и найти хоть какое-нибудь пристанище, где нет ни живых, ни активно передвигающихся мертвых. Где можно без опаски подумать о жизни, о том, как сойти за нормального человека и, наконец, влиться в новое общество. Все-таки неприятно, только начав вести какую-никакую социальную жизнь, снова очутиться одному. Итак, где же искать уютное местечко для такого симпатичного мирного умертвия, как я, да еще в самом рассвете сил? Вариант лучше, чем любое старое кладбище, мне как-то в голову не пришел, ну и ладно, цель найдена, приоритеты расставлены, начинаем движение.
Но сделав лишь десяток шагов, сразу же получил доходчивое напоминание, что не на прогулку вышел, и здешние обитатели отнюдь не примут меня в свою дружную компанию, а напротив – попытаются схарчить конкурента. Трудно сказать, что их больше привлекает: сладковатый запах жареной грудины (спасибо Берхарду) или свежая кровь на спине и затылке. Скорее уж второе, потому как бешеная белка-летяга спикировала мне прямо на голову и плотненько так обхватила мою шевелюру от самого затылка до середины лба.
Шустро сдернув местного жителя, в ужасе понял, что в прямом смысле слова потерял скальп и кожа продолжает оплывать. Швырнув сжавшееся в комок чавкающее создание, с недобрым предчувствием опустил взгляд на руку. Черт, чистые белые кости, ни грамма мяса, чтоб этой кислотной белке пусто было. В запале начал топтать сапогами ту, что так резко лишила меня надежды хоть как-то показаться на глаза людям, и обнаружил, что кровь у этой заразы еще более едкая, чем слюна.
– Твою мать, что за… – больше цензурных слов просто не было. За пару минут лишиться кожи на голове, руке и ногах, не говоря уже об отличной дорогой обуви, а в обмен получить крохи противной мертвой энергии – это слишком. Мое настроение, до того державшееся на отметке «прорвемся», решило в темпе буровой установки укрыться в недрах планеты.
– Спокойствие, только спокойствие, дело-то житейское. Подумаешь, потерял немного кожи, зато получил ценный жизненный опыт, да и с этой мелкой заразы таки урвал шерсти клок, все лучше, чем ничего, – успокаивал я себя.
А уже в следующую секунду впал в ступор: это если такая мелочь захотела мной пообедать и умудрилась настолько сильно потрепать, то что же будет, заметь меня кто покрупнее? Да я буду самым везучим человеком, если хотя бы кусочек меня выберется из этого проклятого места! Поэтому я как можно плотнее ужал свою душу и пошел не просто медленно и осторожно, а панически осторожно, вздрагивая при каждом шорохе и поворачивая на девяносто градусов. При таком своеобразном способе передвижения скорость становится величиной весьма сомнительной, так что до вечера я так и не смог выбраться из леса.
И как только вокруг опустились сумерки, в мою уставшую голову упорно стала лезть неприятная мысль, что я попросту хожу кругами, и шататься мне здесь, словно обычному тупому зомби, до тех самых пор, пока кто-то мной не пообедает или не упокоит. Прямо стало как-то грустно и пусто на душе, вся радость, весь интерес и остальные чувства будто собрали вещи и отправились искать лучшей доли, покинув меня. Понурив голову и ссутулив плечи, я продолжал идти, уже бездумно переставляя ноги, не заботясь о скрытности или здешних обитателях. Наверное, именно из-за этого упаднического настроения я и не заметил первый в этом лесу пейзаж, выбивающийся из общей картины.
Слева от меня располагались обширные каменные развалины, поросшие сероватым мхом, то тут, то там попадались фрагменты костей, которые явно принадлежали людям или существам, похожим на них. Как медик и вообще человек, не чуждый биологии, я просто не смог идентифицировать даже трети существ, что закончили жизнь на развалинах этого когда-то густонаселенного места. Поддавшись гнетущей атмосфере, я прошел немного дальше. Сейчас уже трудно сказать, что здесь было, но по количеству останков и площади рискну предположить, что здесь стоял какой-то город или крепость.
– Учитывая современные реалии, здесь жило не менее десяти тысяч разумных, грандиозная должна была быть битва, – задумчиво произнес я, – а учитывая место и последствия, здесь сражались не только мечами.
– Именно так, молодой человек, – сказал скрипучий голос рядом со мной, – пятый по величине город Картского королевства, четырнадцать тысяч населения.
– Твою мать! – закричал я, пятясь в противоположную сторону. – А-а-а!
Как и у большинства живых, глаз на затылке у меня не было, и потому я сразу же запнулся о какой-то булыжник и упал. А как человек русский, который не привык сдаваться, тут же подскочил и припустил в противоположном от голоса направлении, вот только бежать по камням, покрытым мхом, который отлично с них соскальзывает, было не так-то легко. В какой-то момент моя нога просто соскочила и я с громким вскриком, ломая кости, впечатался прямо в здоровенный камень.
Но этим я не ограничился и задом начал отползать от надвигающегося на меня умертвия, пока не уперся спиной в тот самый некстати подвернувшийся кусок скалы. Все, дальше пятиться некуда, кричать я не мог, онемев от страха, да и что толку кричать, кто придет мне на помощь? Разве что привлеку парочку еще худших тварей полакомиться моей оставшейся плотью. Все, друзья, кажется, отбегался, закончилась моя короткая жизнь, так толком и не начавшись. Прощай, Алекс, вернее, уже Аннстис, недавно воскресший сейчас станет повторно умершим.