Страница 30 из 56
— Холли… — едва справляясь с волнением, шептал Линк. — Боже мой…
— Я хочу, чтобы ты стал частью меня, — дрожащим голосом продолжала она.
Линк прильнул к ее губам в жарком, необузданном поцелуе. У Холли закружилась голова. Ничего подобного ей не доводилось испытывать. Все вокруг исчезло. Она ничего не видела и не слышала, только чувствовала.
Она изнемогала от желания, хотела Линка так же, как он ее. Только бы слиться с ним воедино, раствориться в нем, как благодатные капли дождя растворяются в иссушенной беспощадным солнцем земле пустыни. Пусть грянет гром и засверкают молнии, ввергнув их в упоительный экстаз наслаждения!
Линк вдруг отстранился. Холли едва не вскрикнула от разочарования. Несколько секунд слышалось лишь их прерывистое дыхание.
Закусив губу, она взглянула на Линка: глаза закрыты, губы плотно сжаты, кисти рук зажаты в кулаки.
— Ты не хочешь меня, Линк? — дрогнувшим голосом спросила она, пытаясь унять навернувшиеся на глаза слезы и подавить в себе жгучее желание близости.
Он молча взял ее руку и прижал к себе. Холли ощутила его восставшую, разгоряченную плоть.
— Как ты думаешь? — сквозь плотно сжатые зубы спросил он.
— Тогда почему? — теряясь в догадках, изумилась Холли.
Когда Линк открыл глаза, они были скорее зеленые, чем карие, и горели от еле сдерживаемой страсти. Он был потрясен тем, как быстро он потерял голову.
«Она девственница, — угрюмо напомнил он себе. — Надо решить — либо я преодолею собственную страсть, либо вместо наслаждения доставлю ей боль».
— Я хочу, чтобы твоя первая близость с мужчиной была безукоризненной, — ответил он.
— Что-то не верится, судя по тому, что я слышу.
Линк не возражал, чувствуя справедливость ее упрека.
— Мне говорили, что во второй, третий и четвертый раз бывает гораздо лучше, — с едва уловимой улыбкой проговорила она. — Не говоря уж об остальных.
Линк жадно глотнул ртом воздух. Улыбка Холли казалась ему несбыточной мечтой, недосягаемым благоуханным раем, манящим красотой и обещающим вечное забвение.
— Мне не хотелось бы заниматься любовью и бояться, что сюда забредет какой-нибудь бестолковый гость, — ответил он.
— Так закрой дверь на ключ.
— Не хочу любить тебя в спешке, вскакивать с постели и сломя голову нестись к гостям.
— На безрыбье… — начала Холли.
— И уж тем более мне не хотелось бы пахнуть конюшней рядом с таким благоухающим розовым бутоном, как ты, — перебил он ее.
Холли ткнулась носом в его грудь.
— Это запах «Романтики», — возразила она. Линк удивленно приподнял бровь. Девушка улыбнулась, указывая на стоящую на тумбочке бутылочку с ароматизированным маслом. Быстрым, мощным движением Линк поднялся с кровати, бессознательно пытаясь отдалиться от Холли. Казалось, чем дальше он будет от нее, тем легче будет справиться с искушением…
— Я пахну хорошо лишь до пояса, — сказал он.
— Может, ты слышал о таком современном изобретении, как душ? — спросила Холли.
Она поднялась, подошла к двери, ведущей в кабинет, и закрыла ее на засов. То же самое она проделала с дверью, ведущей в гостиную.
Повернувшись с присущей ей грацией, Холли медленно пошла к Линку, с каждым шагом расстегивая на блузке одну пуговку.
— Так вот о душе…
На мгновение ей показалось, что она уговорила его. Так же думал и Линк.
Но вдруг, подчиняясь какой-то неведомой силе, он шагнул в ванную и быстро запер за собой дверь.
Холли прислонилась разгоряченным телом к прохладному косяку двери.
— Линк? — прошептала она, зная, что он не услышит ее, если не прижмется к двери с другой стороны.
— Через десять минут я должен подготовить лошадей к аукциону, — услышала она. — Если этого времени для тебя достаточно, — задвижка открылась, — входи.
— Ты ведь эксперт по этим вопросам, — ответила она, — тебе решать.
— С некоторыми женщинами мне достаточно и девяти минут. Но для тебя не хватит и всей жизни.
— Когда же придет это время? — простонала Холли. — Черт побери, Линк, это нечестно!
Линк тихо рассмеялся.
— Ты не единственная, кто сгорает от желания, малышка. Обещаю наверстать упущенное сегодня же ночью. Мир?
Стиснув зубы, Холли опрометью выбежала из комнаты.
— Мир, — на ходу бормотала она. — Черт побери!
Она застегнула блузку и отправилась на поиски официанта.
Если этот тип все еще мечтает поспорить с ней по поводу микроволновой печи, она предоставит ему такую возможность.
Бет ерзала на стуле, не в силах сдержать радостного возбуждения.
— Могу я наконец взглянуть? — спросила она. Холли с улыбкой расчесывала длинные светлые пряди, накрученные на крупные бигуди.
— Пока нет.
— Что ты делаешь? — не унималась девочка.
— Расчесываю твои волосы.
— Я так волнуюсь, — прошептала Бет.
— Да что ты? — подтрунила Холли. — А я и не заметила.
— Ты такая же, как Линк.
— Не вертись, а не то я буду возиться вдвое дольше.
Бет скорчила рожицу и попыталась угомониться. Однако ей это не удалось.
— Джек уже здесь, — снова сказала она. — Правда, он красавчик?
Холли попыталась припомнить хотя бы одно лицо в группе прибывших на барбекю подростков.
— Должно быть, я пропустила его, — сказала она. — Который из них?
— Самый симпатичный, — не задумываясь ответила Бет.
— Они все показались мне довольно симпатичными.
Бет прыснула со смеху.
— Он стоял рядом с невысокой рыжеволосой девочкой, — сказала Бет. — Она моя лучшая подруга.
— Ах этот! Очень милый. — Холли сняла накидку, которую использовала, чтобы не испачкать одежду Бет во время наложения макияжа. — Ну вот и все. Поднимайся. Теперь можешь очаровывать кого угодно.
Бет вскочила и с приглушенным воплем бросилась к зеркальным дверцам шкафа в комнате для гостей.
— О… — только и сумела выдохнуть она, увидев свое отражение. Ее глаза расширились от удивления.
Перед ней стояла очаровательная юная особа. Волосы цвета последних лучей заходящего солнца струились по шелковой блузке, мягкими волнами падая на нежную грудь. Из-под ниспадающей фалдами бирюзовой юбки виднелись серебряные босоножки. Крошечные сережки вторили мерцанию необыкновенных бирюзовых глаз.
— Не могу поверить, — прошептала Бет, завороженно глядя в зеркало. — Я такая хорошенькая!
Холли с улыбкой поправила белокурый локон.
— Ты просто красавица, Бет. Личико девочки внезапно омрачилось.
— Я так похожа на маму, — поникшим голосом произнесла она.
Сердце Холли сжалось от боли.
— Она правда… — Бет в нерешительности остановилась, но затем стремительно закончила фразу, словно надеясь, что так ей будет намного легче, — …была дурной женщиной?
Холли не могла лгать, но и говорить правду ей не хотелось.
— Твоя мать была очень несчастной, — наконец сказала она. — Как правило, такие люди делают несчастными и других.
На какое-то мгновение Бет показалась гораздо старше своих лет.
— И я похожа на нее, — подытожила она.
— Только внешне. Поверь мне, ты очень хороший человек. Какой бы ни была твоя мать, это не имеет к тебе никакого отношения.
— Линк не может в это поверить.
— Ты должна понять его. Две красивые женщины однажды очень сильно ранили его душу.
— Понимаю, — прошептала девочка.
— И поэтому две другие не менее красивые женщины должны восстановить его веру в красоту. До сих пор красота и жестокость означали для него одно и то же. Мы должны доказать ему, что это не так.
Холли приподняла подбородок Бет и внимательно посмотрела ей в глаза.
— Поможешь мне? Бет медленно кивнула.
— Хорошо, — сказала Холли. — А теперь моя очередь превращаться из гусеницы в прекрасную бабочку. Подождешь?
Девочка, казалось, удивилась, но сразу же согласилась.
— Конечно, — сказала она. — Тебе помочь?
— Нет. Я хочу удивить тебя.
Бет засмеялась и без возражений включила стоявший в комнате маленький телевизор.