Страница 5 из 62
Тем не менее типичные роды в Америке, к лучшему это или к худшему, технически оснащены, как никогда прежде. Кесарево сечение практикуется все чаще, индуцированные роды с искусственным вызовом схваток вошли в норму. Ассортимент процедур и препаратов, применяемых акушерами, постоянно расширяется. Ну а участь тех, кто решительно отверг любые современные средства, ничем не напомнит обреченных отщепенок «по Норме Свенсон», однако и типичными представительницами сегодняшнего общества их не назовешь.
Конечно, коль скоро мы явились в этот мир — будь то в современной больнице или в старинной родовой усадьбе, — нам так или иначе придется иметь дело с чудесами науки. Но хотя сегодняшние технические возможности рядового хирурга потрясли бы его коллег из предыдущих поколений, реальность намного уступает былым ожиданиям прогнозистов.
Были, однако, времена, когда считалось, что спасение пациентов станет гораздо менее сложным делом, чем оно оказалось в действительности. Задолго до наступления XX века Джон Эрик Эриксен, придворный врач королевы Виктории и автор основополагающего руководства по практической медицине, которым пользовались, в частности, полевые хирурги во время Гражданской войны в США, вынес свой вердикт: операционные возможности в целом достигли потолка. «Для здравомыслящего и благонамеренного хирурга брюшная полость, грудная клетка и мозг навсегда останутся областями, закрытыми от вмешательства», — писал он в 1873 году.
Спустя шестьдесят лет, когда все давно успели убедиться, что сэр Джон, так сказать, малость продешевил в оценке своей профессии, уже знакомый нам ученый из Йельского университета Клиффорд Фёрнес предсказал, что к концу века у фармацевтической индустрии останется не так много дел: «С точки зрения медицинских потребностей мы можем ожидать времени, когда будем нуждаться в минимальном ассортименте препаратов, но этот ограниченный набор будет обладать весьма высокой эффективностью». Он явно не предвидел, что «Большая Фарма» окажется настолько большой.
Трудно судить, как отнеслись бы Фёрнес или Эриксен к попыткам раз и навсегда решить такие проблемы человечества, как банальное ожирение, простуды или зубная боль. Но футурологам середины прошлого века, грезившим, что в двухтысячном году все мы будем стройны как кипарисы и распростимся с насморком, наверное, не мешало бы взять на вооружение осторожные максимы этих консерваторов от медицины.
В 1954 году военные врачи в США отметили тревожную, как они считали, тенденцию: благодаря успехам педиатрии хилые, анемичные дети, которых в прошлом ожидала ранняя смерть, теперь стали доживать до зрелости, плодя новые поколения «картофельных ростков». В тот год антропометрическое обследование 50 тысяч американских солдат выявило, что более 20 % из них имели высокий рост при пониженной массе тела. Этот тренд, как представлялось тогда, должен был только нарастать. А он оказался неустойчивым — отчасти из-за всеобщего спада физической и психической активности в благополучное послевоенное время, но главным образом из-за традиционного фастфудовского меню, перегруженного жирами и сладостями. Уже через несколько лет внимание медиков переключилось на прямо противоположную проблему: средний американец стал стремительно набирать лишний вес.
Вскоре терапевты и диетологи разработали надежные, рациональные методы держать наши талии в узде. Основы остаются неизменными: есть побольше фруктов и овощей, исключить жареные продукты и время от времени не пользоваться лифтом. Однако иные исследователи обдумывали хитроумные способы, которые позволили бы даже самым слабохарактерным из нас «оставить кусок торта на тарелке и в то же время съесть его».
В 1966 году ученые из Йельского университета опробовали метод подавления пищевого инстинкта у крыс: после инъекции определенного препарата «обманутым» животным казалось, что они сыты. Процедуру можно также подкорректировать, чтобы позывы голода, наоборот, усиливались; это может оказаться полезным для людей с хроническими заболеваниями, часто страдающими отсутствием аппетита. (В начале нынешнего века исследователи обнаружили стопроцентно натуральное средство разбудить у таких пациентов зверский аппетит: затяжку марихуаны. Но в Америке строгие законы насчет оборота наркотиков лишают этой возможности большинство людей, которым она могла бы помочь.)
Примерно десять лет спустя доктор Климонд Эскелсон в Тусонской правительственной больнице для ветеранов разработал принципиально иную врачебную методику. Он скармливал лабораторным крысам небольшие дозы уксусной кислоты, которая замедляет поглощение питательных веществ в желудочно-кишечном тракте. Пользуясь этим методом, обычный человек теоретически смог бы потреблять тысячи калорий сверх дневной нормы и при этом по-прежнему влезать без затруднений в обтягивающие джинсы. Такое средство наверняка пригодилось бы и любителям выпить: содержание алкоголя в крови у крыс, получавших его вместе с уксусной кислотой, не повышалось.
Это направление исследований казалось столь перспективным, что в середине шестидесятых прогнозисты Герман Кан и Энтони Винер не сомневались в широком применении безвредных и эффективных средств для контроля аппетита в начале XXI века. Тридцать лет назад Институт будущего в Пало-Альто предсказал, что нужда в ограничивающих диетах «отпадет начисто» к 1985 году. Другие прогнозисты считали, что сегодняшние супермаркеты будут ломиться от продуктов с химическими ингредиентами, которые помогут нам без всяких усилий сохранять идеальный вес. Ожидалось, что с волшебной пилюлей смогут избежать дурных последствий и страдальцы «рокового двенадцатого тоста».
В самом деле, сегодня продаются десятки видов так называемых биологически активных добавок для снижения аппетита, но все они — не то, что желали найти ученые. Это не средства, позволяющие объедаться безнаказанно, а просто стимуляторы, которые помогают подавить чувство голода, ускоряя обмен веществ (такие продукты были хорошо известны еще доктору Эскелсону и его коллегам). Самыми эффективными и безвредными способами сбросить килограмм-другой остаются разумная диета плюс здоровый образ жизни. И по-прежнему единственная возможность протрезвиться — вовремя отодвинуть лишний стакан.
Разумеется, ученые старались и для тех, кто занемог не по своей вине. В пятидесятые годы череда невообразимых успехов медицины внушала уверенность, что неизлечимых болезней скоро не останется совсем. Серосодержащие препараты помогли рожать гораздо безопаснее, чем когда-либо прежде. Отступил полиомиелит. Вакцины спасали миллионы людей от гриппа, одного из самых безжалостных «серийных убийц» человечества. В середине столетия исследователи были на пути к полному уничтожению таких извечных бедствий, как черная оспа и холера. А коль скоро они добились весомого успеха в борьбе со смертельными экзотическими недугами, то резонно было предположить, что следом придет черед острых респираторных заболеваний, едва ли не самой распространенной хвори на земле.
Футурологи творчески подошли к делу и не упустили случая изобразить в красках все мыслимые способы, какими наука могла бы избавить человечество от насморка, кашля и воспаления миндалин. В 1956 году научный обозреватель Виктор Кон так представлял сцену типичного завтрака в каком-нибудь там 1999-м: малыш Тимми Фьючерс (в переводе на русский — Тимоша Будущный) с аппетитом съедает тарелку кукурузных или пшеничных хлопьев «Суперкоктейль» с добавками аминокислот, белков и витаминов, которые помогут ему уберечься от простуды. Если же комплексная вегетарианская заправка окажется недостаточно надежной, рассуждали прогнозисты, то, во всяком случае, в один прекрасный день все смогут получить прививку против любых вирусов, от обычного гриппа до, условно говоря, ВИЧ-инфекции (тогда еще не успевшей заявить о себе).
Массовые вакцинации входили в моду. Спустя десять с лишним лет Теодор Гордон, инженер из компании «Дуглас Эйркрафт», участник космической программы и футуролог по совместительству, сделал предсказание: очень скоро простуда станет такой редкостью, что любой единичный случай заражения превратится в именины сердца для больного. «Это подарит вам, — писал Гордон, — неделю полной расслабленности с ностальгическими воспоминаниями об ушедшей эпохе аспирина и грелок». Именины именинами, но Гордон и вместе с ним многие другие прогнозисты всерьез верили, что ученые-медики будут развивать средства борьбы с ОРЗ и другими вирусными инфекциями, что называется, по восходящей и без ограничений.