Страница 6 из 9
Мгновенно остановить самолет было уже невозможно.
Еще миг... - самолет скапотирует, и тогда...
О том, что будет тогда, он подумать не успел - сработал профессионализм и стальные нервы одного из лучших пилотов Германии.
Герлах плавно потянул ручку управления на себя.
Невероятным усилием ему удалось приподнять перегруженный самолет на пару дюймов и удержать в таком положении несколько секунд.
Канава осталась позади, и самолет, сильно ударившись о землю, вновь побежал на встречу с зияющей пропастью в конце "взлетно-посадочной полосы".
Необходимую для взлета скорость набрать не удалось, самолет нырнул вниз, вдоль крутого склона горы.
Герлах резко бросил "Шторх" в левый вираж и пронесся над самым краем обрыва.
Скорцени закрыл глаза и замер в ожидании неминуемого конца, но Герлах удержал и выровнял машину.
Только метрах в сорока от земли "Шторх" попал во встречный поток воздуха и прекратил падение.
Ни один из них не произнес ни слова с начала полета, у всех были побледневшие лица, но на них уже начал возвращаться румянец.
Они летели на высоте примерно 100 метров над землей, старательно огибая вершины холмов, чтобы избежать возможные рандеву с вражескими истребителями.
Наконец, показался Рим, и до Практика-ди-Маре осталось рукой подать.
- Пристегнитесь.
Повреждено шасси, садимся на две точки, - крикнул Герлах.
В 5.30 вечера, балансируя на двух колесах как заправский эквилибрист, он мягко посадил "Шторх" на траву аэродрома.
Горючее было на нуле.
Муссолини и Скорцени тут же были доставлены на борт немецкого бомбардировщика, на котором они прилетели в Вену, где их встретил начальник полиции группенфюрер СС (генерал-лейтенант) Квернер.
Дуче и его освободителю предоставили шикарные апартаменты в гостинице "Империал".
Не успел Скорцени переступить порог своего номера, как раздался телефонный звонок.
Звонил Гиммлер и витиевато поздравил его с успехом.
Около полуночи поздравить Скорцени пришел начальник венского гарнизона.
В это же самое время немецкое радио сообщило, что
"германские парашютисты, служба безопасности и спецподразделение войск СС осуществили операцию по освобождению дуче, захваченного в плен кликой изменников.
Внезапный налет увенчался успехом. Дуче находится на свободе".
В полдень следующего дня, Скорцени позвонил Гитлер:
- Майор!
- Да-да, я не оговорился. Вы повышены в звании и награждены Рыцарским крестом.
- Пройдет время, и Вы поймете, что Вы и ваши люди совершили подвиг, а мы всего лишь по достоинству оценили содеянное, отметив всех участников операции высокими наградами.
На следующий день Скорцени и Муссолини прибыли в Мюнхен, где Муссолини впервые за полтора месяца нахождения под стражей встретился с семьей.
15 сентября они прибыли в ставку.
Гитлер незамедлительно принял обоих.
На этом пути Скорцени и Муссолини разошлись.
Впереди у последнего, была неблагодарная роль главы марионеточного государства и бесславный конец присущий большинству дикторов прошлого и настоящего - никому не нужная, скоропалительная расправа без суда и следствия.
Часть десятая. Клара Петаччи… Верность сердца.
Весной 1945 года Муссолини принял нелегкое для него решение бежать в Швейцарию, предварительно отправив в Испанию семью своей давней подруги Клары Петаччи, сама Клара категорически отказалась бросить дуче в тяжелую минуту.
Кларета родилась 28 февраля 1912 года.
Ее детство и юность прошли в атмосфере любви и всеобщего обожания итальянцами, своего дуче, а по-нашему, просто вождя, Бенито Муссолини.
Ей было 20 лет, а ему - 49, когда они впервые увидели друг друга.
8 сентября 1932 года большая красная машина, в которой находились доктор Франческо Саверио Петаччи, его жена, сын, две дочери: Мириам и Клара, а также юный лейтенант авиации Риккардо Федеричи, жених Клары, медленно катила своих пассажиров к теплому морю.
Их догнала роскошная "Альфа Ромео", и Клара узнала сидевшего в ней человека:
- Дуче! Дуче! - закричала она, не сумев сдержать свой восторг.
Польщенный Муссолини остановил свой автомобиль и вышел, чтобы познакомиться с семьей Петаччи.
Кларета, как истинная итальянка, со школьной скамьи влюбленная в дуче, увидев Муссолини, потеряла дар речи, а заодно и... голову.
В 1936 году, разведясь с мужем, она отдала всю себя, свою душу и тело, давно уже избранному ей человеку.
И, что бы ни говорили о Муссолини, как о необузданном бабнике, он прежде, чем вступить с ней в интимные отношения, поехал к родителям Клареты и попросил у них разрешение на их официальную связь.
О красавице Петаччи упоминали газеты и киножурналы того времени, она стала знаменитостью, но никогда не позволила себе даже намека на разрыв Муссолини с женой.
Эту любовь и преданность она пронесла через всю свою короткую жизнь.
Дуче и Клару Петаччи должен был сопровождать командир легиона "Мутти" полковник Коломбо.
Не дождавшись обещанного полковником прикрытия, дуче, Клара Петаччи и несколько высших сановников присоединились к немецкой колонне войск ПВО, отступавшей на запад.
Муссолини ехал "налегке", весь его багаж состоял из трех потертых чемоданов, набитых банкнотами и шестьюдесятью пятью килограммами золота в слитках.
На сегодняшний день приблизительная стоимость багажа дуче оценивается в 90 миллионов долларов.
Был при дуче и другой чемоданчик - да, дорогие читатели, конечно же, тот самый, что он оставил на попечение Радла под честное слово Скорцени и который немцы ему действительно вернули, предварительно сняв копии с интересующих их документов.
В этом чемоданчике, как мы помним, среди прочих документов были письма, компрометирующие британского премьер-министра, которые дуче, согласно тайной договоренности, должен был вернуть Черчиллю в обмен на гарантию своей безопасности.
Ни Муссолини, ни Клара Петаччи не знали и уже никогда не узнают, что оригиналы писем, посланные в Милан надежному стороннику дуче, так и не дошли до адресата.
Оберштурмфюрер СС Франц Шпеглер, личный телохранитель Клареты, тенью следовавший за ней везде и всюду, и которому она по просьбе дуче поручила эту миссию, элементарно предал и ее, и дуче.
По дороге Шпеглер убил водителя и, передав письма Скорцени, скрылся в неизвестном направлении.
27 апреля немецкая колонна наткнулась на завал, который соорудил небольшой отряд, входивший в состав 52-ой партизанской бригады имени Гарибальди.
Командовал отрядом граф Пьер Луиджи Беллини делле Стелле, двадцатипятилетний флорентинец с черной бородкой под "Троцкого", известный среди повстанцев под псевдонимом Педро.
После пятичасовых переговоров Беллини и подоспевший ему на помощь политкомиссар бригады Убрано Лаццаро потребовали выдать всех итальянцев.
Муссолини, переодетый в немецкую форму, был опознан сыном местного башмачника Джузеппе Негри и арестован.
Немецкую колонну пропустили, а Беллини лично доставил дуче в казарму финансовой гвардии, расположенной в восьми километрах от Донго.
Кларету разлучили с дуче, и она обратилась к Беллини, почти крича, как бы пытаясь втолковать ему нечто важное:
- Как мне заставить вас поверить в то, что все эти годы я находилась с ним, потому что люблю его!
- Я и жила только тогда, когда была вместе с ним... вы должны верить мне!
И закрыла руками, мокрое от слез лицо.
Беллини принялся ходить по комнате. Вид плачущей женщины выводил его из себя:
- Не считайте меня своим врагом, я постараюсь сделать все, что в моих силах, - проворчал Беллини.
Кларетта молча, вытерла глаза и сказала: