Страница 17 из 181
Подозреваю, что хорошая немецкая колбаса, непрогрызаемой прочности — тут статусный символ, не хуже шпаги или дворянского звания. Что б есть такую колбасу — надо или с детства хорошо питаться, или тесно якшаться со злыми колдунами. Которые умеют отращивать человеку зубы заново и ставить на них клеймо дьявола. Да! Нержавеющая сталь, содержащая никель — пока большая редкость (на Земле-1 этот металл откроют через сто лет), но стальные клинки естественного легирования изредка попадаются. В фольклоре и легендах никелевая руда (похожая на медную) называется не иначе как «купферникель», дословно — «руда дьявола». Такие дела… Получается, что мы своих кадров словно бы клеймим несмываемой печатью, круче пресловутых родимых пятен.
Не, ну его на фиг, такой рацион. Чего доброго — привыкну. Жевать разучусь… Надо осваивать своё кухонное хозяйство. Это разрешается. Можно брать на складе расход сырыми продуктами и кашеварить у себя. Только в столовой, по ленивому, питаться проще и быстрее. Одно слово — мужики. Везде ищут самых легких путей… Ничего-ничего, есть способы от этого отучить. Жареное мясо например. Посмотрим, что они скажут, когда у меня отведают настоящий, плохо прожаренный (а хорошо жарить я не умею) «бифштекс, с кровью»? Верное средство сунуть в руки мужику кастрюлю и сковородку — это подманить его «близостью» цели. Пусть он сам захочет! Изумительные результаты иногда получаются. Судя по моему папе. А ведь тоже готовить не умел…
Кстати, пока не забыла. Чиркнуть для памяти. Не бегать мне кроссы за линией бастионов. Пусть они и красивые, и пушистые от травы… Всё зверски заминировано. В несколько слоев. Разными способами… Там никто ногами не ходит, кроме нескольких специально оставленных тропинок. Да и они на ночь, «растяжками» перекрываются наглухо. Чужому человеку, по той травке, достаточно пару шагов сделать и полетит он, сразу на все четыре стороны. Это вернее любых сторожей и караулов. Встречались тут, поначалу, умники, пускали впереди себя корову… или придурковатого подельника. Что сказать? От «автомата кратности» — не помогает. Теперь, вдоль всего рва, на колышках, их черепушки развешаны. Скотские и человеческие, вперемежку. Как назидание и предупреждение. Всем, включая самых жадных и неграмотных. Даже поговорка у местных урок появилась, типа — «При коммунизме хорошие вещи лежат открыто. Их не запирают на замок, а минируют».
Хозяева устроили мне экскурсию, вдоль Периметра. Ради ознакомления с местными видами. Ничего вокруг, миленько. Ежики всякие, среди бела дня, в траве шуршат. Правда и змей тут — видимо-невидимо. Птички поют, белки по соснам скачут. Идиллия. Спросила, как насчет подняться на башню замка? Глянула на окрестности. В голове, от ветра и созерцания уходящей к горизонту взлетно-посадочной полосы, аккурат слева от крайнего бастиона, воцарилась утренняя ясность. Совсем уж было собралась делами заняться, ан нет. Смотрю и не верю глазам. За северной стеной, выше стен, подняли привязной аэростат. И звуки характерные. Бух! Пф-ф-ф! Бух! Пф-ф-ф! Прямо как у нас, в парке культуры, у прыжковой вышки. Здорово они придумали! Полная иллюзия полета и прыжка с самолетной высоты. Тросом лебедки, одного за другим, курсантов подтягивают к самому шару, там они отцепляются (прямо как на реальном учебном бомбардировщике) и падают, отвесно вниз. Звуки торможения отсюда хорошо слышно. И главное, рядом, руку протянуть… Я тоже хочу! Я давно уже не прыгала. Можно? Когда ещё, до настоящих прыжков, дело дойдет… Так я скоро стану толстая и ленивая… Ну, можно? Ура!
Рано я радовалась. Нет, сначала всё прошло, как по писаному. Представилась старшему по тренировке. Пристроилась в хвост очереди. Как все, получила «шайтан-ногу». Стандартную, уже изрядно битую жизнью и заботливо подкрашенную УПП-35, с сухопутной опорной частью. Отрегулировала положение ножных опор, подергала ремни и крепление баллона. Рухлядь, но ничего. Главное — навыки не терять. «Проверяй всё сам!» Пристегнулась поясом. Задрала в рабочее положение рамку головного ограждения (вторым ремнем прижало спину). Приняла кольцо опустившегося с небес конца троса… Прицепила к рамке… Нажала на расцепитель — работает! Не хватало ещё на самой верхотуре зависнуть. Прочно встала одной ногой на опору, примерилась к площадке впереди, куда меня снесет ветром — нормально. Выжала газовый клапан. Шток пошел вниз, палка со мною полезла вверх. Встала на опоры двумя ногами. Руками балансирую в воздухе — «Давай!». Черта с два. Тут же «мальков» учат. Старший тоже готовность техники проверяет, хладнокровно дождался выхода штока на полную длину, до щелчка. Оно вообще правильно. Рабочее давление в цилиндре должно держать полный вес нагрузки. Только сколько мне, стоя на выдвинутом штоке, тут Гулливера среди лилипутов изображать? Ну, наконец-то, нажал педаль лебедки… Дернуло, подхватило, закачало… Поехали! Что-то не так? Парнишка из сопровождения мне снизу руками машет. Типа — «нельзя»… Поздно, голубчик. Уже можно. Препятствовать учениям — точно нельзя. Сделала ему ручкой… Не унялся. Ладонь к уху прижал, вроде услышал кого-то…
Ладно, пока трос тянет меня в небеса — проверим всё ещё разок. Ступни стоят на опорах… Пояс и плечи зафиксированы, не туго, но плотно… Шток выдвинулся полностью. Инерционный регулятор ускорения… Ой! Стоит на тридцати пяти «же». Крутовато! Или ребят специально приучают к «тяготам и лишениям», или я зря плотно пообедала… Некоторые вещи лучше делать натощак. Впрочем, жаловаться поздно. Хотела? Получи!
Черепичная крыша главной башни замка епископа уже давно далеко внизу. Долго ещё? Ремень не дает задрать голову и посмотреть вверх. Таким способом я ещё не прыгала… Обычно — наоборот. Когда летишь с платформы вышки, или из грузового люка самолета, момент отрыва задаешь себе сам… А здесь как? Забыла спросить… Щелк! Подъем прекратился. Фыр-р-рх! Развернулись, справа и слева от моей головы, матерчатые стабилизаторы на упругих спицах. Но, продолжаю висеть… Наверное, с земли я похожа на дротик, для игры в «Дартс». Ага, поняла… В стандартном самолетном расцепителе, стабилизатор разворачивается уже в воздухе. Запас по высоте это позволяет. На прыжковой вышке — стабилизатор разворачивается, когда сам захочешь. Бывают лица, повышенной отмороженности, которые совсем без него прыгают. Руками в воздухе тормозят. Тут — свой вариант. Нажимать на рычажок расцепителя надо вручную. Видимо, специально придумано, для надежности. Прыгать или нет — человек решает сам. Я решила? Зубы сжать, плечи расправить… Раз-два. Щелк! Лечу…. Бух! Пф-ф-ф! Кайф…
Фриц — скотина! Ему жалко? Ну, захотела. Ну, прыгнула. Всё равно, впереди воздушное десантирование и другого способа попасть в его зачуханное королевство не предвидится. Так нет же — выразил волю монарха. Отбил мне, в ленте новостей по проекту «Wurf nach Sueden», строгий выговор. Прыжки — «verboten»… Тиран! Деспот! Сама знаю, что, на полный желудок, перегрузки не полезны для здоровья… Переживу, как-нибудь… А парни — тоже хороши. Головой думать надо! Если им сказали — «сообщать о любых ситуациях, угрожающих жизни или здоровью», они и рады. Стукачи! Фиг теперь буду вам бифштексы жарить! А уже собиралась, да… Из соображений «заботы о здоровье подданных», изволю всех держать в черном теле. На хлебе и воде…
Я злая на весь мир… Сижу в комнате и «учу матчасть». Читаю руководство на портативную искровую радиостанцию местного изготовления. Тот, кто её изобретал — явно вдохновлялся немецкой рацией «Dorette» с Земли-1. Как бедные фашисты это таскали? Здоровенная, тяжелая, крепится неудобно… Вдобавок, зажим для крепления телеграфного ключа на левом бедре делает меня похожей на брутальную девицу из сказочного фентези. А на руку его прицеплять неудобно. Вечером — зачет. И носить не снимая. Постоянно быть на связи. Слегка радует, что не мне одной счастье привалило. Всем такие же точно рации раздали. Боевая готовность!
Внешний вид и принципиальная схема портативной искровой радиостанции на элементной базе XVII века.