Страница 77 из 126
- Да так и оставила! Утром я их выстирала и повесила на дерево сушить. Печени надо раз в неделю стирать, а то они делаются грязные.
“Вот беда! - подумала медуза. - Хорошо ещё, что я вовремя её спросила”.
- Эй, ты! - сказала она обезьяне. - Чего же я тебя даром везу? На что ты мне без печени?
- Верно, - ответила обезьяна. - Давай вернёмся на остров за печенью.
- А ты правду говоришь? Они и в самом деле висят там на дереве?
- Вот увидишь! У меня там есть одна очень хорошая, жирная печень.
- Так ты её и возьми, самую жирную. Хорошо?
- Непременно. Только поскорей довези меня до берега!
Медуза повернулась и поплыла обратно к острову.
Как только она очутилась у берега, обезьяна спрыгнула с её
Спины на землю, в два скачка добралась до дерева и ухватилась
За нижнюю ветку руками и ногами.
- Что же ты так долго? - позвала её медуза. - Скорей! Мы и так потеряли много времени.
А обезьяна взобралась на самую верхушку дерева и показала медузе язык.
- Невежа! - рассердилась медуза. - Слезай скорей!
- И не подумаю! Спасибо за прогулку. Больше я на тебе не поеду.
- А печень? Как же я без неё останусь? - заплакала медуза.
- Как ты без неё останешься, мне всё равно. А вот я без неё не хочу оставаться. Ты думаешь, мои печени и в самом деле висят на дереве? Нет, у меня всего одна печень, и та у меня внутри, где ей и полагается быть.
- Так ты, значит, меня обманула? - Рассердилась медуза. - Ведь это же бессовестно! Я на тебя пожалуюсь морскому дракону.
- Не боюсь я твоего морского дракона. А если тебе уж так хочется получить мою печень, полезай ко мне на дерево сама. У тебя ведь четыре ноги.
Но лазить по деревьям медуза не умела.
- Послушай, - сказала она тогда, - а как же дворец морского дракона? Ты ведь собиралась на него посмотреть. А каштаны на соснах?
- Не нужны мне твои каштаны на соснах. Я люблю только каштаны с каштанов, - ответила обезьяна.
Так и пришлось глупой медузе возвращаться ни с чем. Она опять поплыла по волнам далеко-далеко на север, домой. И опять дорога показалась ей короткой: она всё время думала. Думала теперь она о том, отчего это обезьяна больше не хочет поглядеть на подводное царство.
А дома её уже три дня ожидал дракон и все его подданные.
- Где же обезьяна? - закричали рыбы, как только увидели медузу.
- На дереве, - печально ответила медуза. - Сначала я её обманула, а
Потом она меня. Я ей рассказала, что у нас на соснах растут каштаны. Обезьяне это понравилось. Она уселась ко мне на спину, и я её повезла. Но потом по дороге обезьяна вспомнила, что оставила свою печень дома, и нам пришлось вернуться на остров. А на самом деле обезьяна меня обманула: печень была у неё с собой. Ей просто не хотелось ехать к нам в подводное царство. Она думает, что каштаны на соснах не сладкие.
Морской дракон послушал-послушал медузу, потом ударил хвостом по дну и закричал: - Бейте её изо всей силы! Так бейте, чтобы все кости из неё выколотить! Такая дура и без костей проживёт.
Били медузу, били, били её, били - и вправду все кости из неё выбили.
С тех пор медуза и осталась без костей. И колышется она на волнах, как мягкий зыбкий комок.
На что дураку кости?
Японская сказка
Пещера Масипкуль
Есть в провинции Северная Хванхэдо, в уезде Суан, деревушка Тохари. Стоит за этой деревней не то гора, не то скала, на ширму похожа. В скале - пещера. Называют ее жители окрестных деревень пещерой Масипкуль. Входишь в нее - даже высокому можно не пригибаться. Дальше пойдешь - не только согнешься, ползком поползешь. Никому еще не удавалось до конца эту пещеру пройти. Растянулась она, говорят, на целых полсотни ли. Потому и называют ее еще Пещерой Осимни - пятидесяти ли.
Вот что рассказывают про эту пещеру люди. Давным-давно жили в деревне Тохари муж и жена. Бедные, бедней некуда. Добрым был муж, простодушным. Чтобы обидеть кого - такое ему и во сне не могло присниться. И прозвали его за то Масип-дурачок.
Не обижался Масип. Когда пришла пора ему жениться, стали старики судить да рядить.
Одни говорят:
- Кто за него пойдет?
Другие возражают:
- Отчего же не пойти, душа у него добрая.
Третьи спрашивают:
- Кого, интересно, он в жены возьмет?
А был Масип высокий да плечистый. И силы ему не занимать. Кого хочешь одолеет. И в работе равных ему нет. Знают Масипа не только в родной деревне, но и в окрестных. Не каждый, может, видел Масипа-дурачка, зато слышали о нем все. А о девушках и говорить не приходится. Очень им хотелось на него поглядеть!
Идет, бывало, Масип по деревне, и мальчишки ему кричат вслед:
- Эй, Масип! Ты кого в жены возьмешь?
- Самую красивую девушку на свете, - добродушно отвечает Масип. А мальчишки хохочут:
- Вы только послушайте, что говорит этот простофиля! Да какая красавица за тебя, дурня, пойдет?
И вдруг прошел слух, что Масип жену себе взял из соседней деревни. Заговорили все, зашумели:
- Что за девушка за него замуж пошла?
- Кто такая?
- Рябая небось или хромая.
А надобно вам сказать, что взял себе Масип в жены редкой красоты девушку. Лицо - белый снег, белее цветов тыквы-горлянки. Так и светится! Сама статная! И хоть бедно одета, а хороша - глаз не отведешь. Живут молодые, с травы на воду перебиваются, а любят друг друга - как мандаринские уточки-неразлучницы. Думали поначалу односельчане - неровня они, а как увидали, до чего дружно живут, то сами завидовать стали. Опять пошли толки да пересуды.
- Как же это случилось - такая красавица из всех парней дурака выбрала? - говорили одни.
- Да, много непонятного творится на свете, - подхватывали другие.
Жена Масипа вела себя скромно и ничуть не гордилась своей красотой.
И вот однажды, дело было зимой, пришла в дом беда. Горы стояли в снегу, лишь на солнечной стороне - там, где снег местами растаял, - виднелись темные пятна. Солнце пригревало, но ветер по-зимнему бесновался. Пошел Масип в горы за хворостом. Вдруг смотрит - юноша на снегу лежит.
"Странно, как он сюда попал?" - думает Масип. Окликнул он юношу:
- Кто вы?
Молчит юноша.
Подошел Масип ближе, рукою юношу потрогал, снова окликнул:
- Послушайте!
Лежит юноша, не шелохнется. Приложил Масип руку к его груди: теплый еще. Взвалил Масип юношу на спину и домой понес.
- Ты кого принес? - спрашивает жена.
- Не знаю. Он в горах на снегу лежал. Охотник, наверное. Приготовь ему поскорее рисового отвара.
Ушла жена на кухню отвар готовить, а Масип отнес юношу в теплую комнату, принялся руки и ноги ему растирать. Выпил юноша отвар, глаза открыл. И по лицу и по одежде видно, что не бедняк.
Заговорил наконец юноша:
- Не знаю, кто вы, но благодарю за спасение. В долгу не останусь, сторицей отплачу.
- Стоит ли об этом говорить, - отвечает Масип. - Слава Богу, вы живы, а ведь могла случиться беда. Где дом ваш? Как вы попали в наши края?
- Я - сын здешнего правителя. Вышел поохотиться и отстал от своих. Долго блуждал, ослабел от голода и свалился на землю.
- Сын правителя? - прошептали Масип с женой и в испуге переглянулись. Что и говорить, познакомиться с сыном самого правителя - честь немалая. Однако на душе у них было тревожно. Вспомнил тут Масип, что люди о новом правителе говорят. Недаром гласит пословица: "Убежал от волка - наскочил на тигра". Новый правитель хуже прежнего оказался. Так что добра от него ждать не приходится. Говорят, большой он охотник до вдов. К тому же коварный и жадный. Только приехал, начал народ обирать. Над вдовами измываться. И очень скоро дурная слава о нем разнеслась во всей стране. Вспомнил Масип все, что о правителе ему говорили. А в сыне вот ничего не приметил.
Приняли Масип с женой сына правителя как самого дорогого гостя. И пекутся о нем, и кусок подают самый лучший, хоть и бедны. Живет юноша у Масипа день, живет другой, целых десять дней прожил, выздоровел, а уходить не собирается.