Страница 54 из 107
А как вы относитесь к социализму?
Что касается моего отношения к социализму, я должен сказать, что совершенно не разделяю «прогрессистский» и вообще «оценочный» подход к исторически сменявшим друг друга общественным устройствам и отнюдь не считаю, что социализм лучше капитализма (или наоборот). Я только констатирую, что порядок, называемый социализмом, идет на смену тому, который называют капитализмом, точно так же, как последний в свое время пришел на смену феодализму. И не скрою, что в этом убеждении я, в частности, опираюсь на авторитет большинства самых выдающихся мыслителей нашего времени. Общепризнанный корифей философии XX века англичанин Арнольд Тойнби, отнюдь не марксист и глубоко религиозный человек, заявил в 1976 году: «Я полагаю, что во всех индустриальных странах, в которых максимальная частная прибыль выступает как мотив производства, частнопредпринимательская система перестанет функционировать». Германский экзистенциалист Мартин Хайдеггер, который давно имеет репутацию крупнейшего ученого нашего столетия, сказал в 1969 году: «Что касается будущего, то я больше уверен в социализме, чем в американизме». Наконец, один из видных русских философов нового времени, Алексей Федорович Лосев, проведший, между прочим, несколько лет в ГУЛАГе, признался в 1985 году, и притом не для печати, а в узком домашнем кругу: «Куда дальше движется человечество? А дальше идет то, что противоположно индивидуализму. А именно: общественность и коллективизм. То есть социализм».
В будущем — возможно. Но сегодня социализм потерпел крах, что называется, по всему фронту… В развале нашей страны, кстати, нередко обвиняют кого угодно. Того же, скажем, Солженицына.
Александр Исаевич Солженицын…Считать его поборником «краха государства» могут только люди, плохо знакомые с его творчеством или же — прошу прощения — просто недобросовестные. Так, Солженицын недвусмысленно писал еще в 1973 году: «Всяким поспешным сотрясением смена нынешнего руководства (всей пирамиды) на других персон могла бы вызвать лишь новую уничтожающую борьбу и наверняка очень сомнительный выигрыш в качестве руководства», то есть «крах государства» приведет к намного более тяжкому положению. Или другое выступление Солженицына: «Народ — это не только миллионные массы внизу, но и отдельные представители его, занявшие ключевые посты. Есть же сыны России и там. Россия ждет от них, что они выполнят сыновний долг».
Вадим Валерианович, нашу беседу наверняка будут читать люди военные, те, кто неравнодушен как к настоящему России, так и к ее далекому прошлому…
История, которая пишется сегодня, неразрывным образом связана «со днем минувшим». Приведем хотя бы такой пример. В свое время большевиками в чисто политических целях были устроены автономии. На самом деле они их всерьез не признавали, конечно, поэтому, как наша молодежь выражается, границы проводились «от фонаря». А это вон как аукнулось… Справедливо писал замечательный русский мыслитель Иван Ильин: в 1922 году была заложена бомба замедленного действия.
А ведь «евразийские» мыслители исходили из того, что огромная равнина, условно говоря, от Карпат до Тихого океана, испокон веков была единой. Сначала это была самая древняя империя — гуннская, потом аварская, потом хазарская, потом монгольская. Между прочим, сейчас некоторые казанские татары выступают с гневными обвинениями, что их, мол, Иван Грозный завоевал. Это неправда историческая, потому что у них на троне сидел чужак — потомок Чингисхана со своими монгольскими же сподвижниками. Иван Грозный брал в свои руки власть у одряхлевших остатков монгольской империи, а не боролся с теми, кого называют теперь татарами.
Носили ли отношения между русскими и монголами вассальный характер или же, как считает Лев Николаевич Гумилев, власть монголов не была для русичей особенно тяжким бременем?
— Русские, конечно, им подчинялись. До самой отмены ига мы признавали монгольского хана царем. И, кстати, когда впервые Дмитрий Донской обратился к Сергию Радонежскому, чтобы он благословил на борьбу с монголами, с Мамаем, Сергий отказал ему, сказав, что царю надо подчиняться. Потом, вскоре, он разобрался, что Мамай является не царем, а узурпатором, и тогда он благословил Дмитрия… В сущности, до XV века русские не выступали против монголов. Борьба с Мамаем имела совершенно особенный характер, ибо он был таким же врагом для Золотой Орды. После Куликовской битвы Дмитрий Донской отправил послов к хану Тохтамышу, законному царю, с сообщением: «Я разбил твоего и моего врага». После этого Мамай вернулся к себе в Крым, собрал новое войско, решил снова идти на Москву, но по дороге его перехватил Тохтамыш, окончательно добил и отправил послов к Дмитрию Донскому…
Правда, мне могут напомнить, что через два года Тохтамыш сжег Москву, но это — совершенно особенная история. Дело в том, что после разгрома Мамая Русь не только усилилась, но и решила вступить в тесный союз с Великим Литовским княжеством. Тогдашние русские князья и знаменитый Витаутас были к этому расположены. Витаутас даже собирался принять православие. И вот, испугавшись возможности возникновения такой огромной империи, которая его совершенно подавит, Тохтамыш решил нанести превентивный удар, после чего сразу же вернулся обратно и вскоре полностью наладил отношения с Русью. Он просто напомнил о том, что все-таки еще представляет силу. Но термин «татаро-монгольское иго» очень неудачен, ибо татары никакого отношения к монголам не имеют, они потомки волжских булгар и тоже были завоеваны монголами, и с ними, и с половцами монголы обращались более жестоко, чем с русскими, в частности, потому, что те были еще в какой-то мере кочевыми племенами, то есть конкурентами. Русские же не являлись конкурентами, они жили в лесах, в которые монголы и пройти-то могли только зимой по замерзшим рекам. Это очень характерный момент.
Смутное время было в тринадцатом веке, в семнадцатомУместны ли, на ваш взгляд, такие аналогии для сегодняшнего момента?
Именно после монгольского нашествия, в Смутное время и в эпоху революции Россия распадалась так же, как сейчас, может быть, только еще более круто. После монгольского вторжения Украина отпала на четыре столетия. Только благодаря этому появился отдельный народ. К чему могут привести нынешние события — не знаю. Уже появилось несколько статей людей проницательных, которые прямо пишут о том, что происходящее у нас — это просто одно из проявлений мирового процесса…
Реформы, безусловно, нужны. Вот вопрос — какие? Любая крутая реформа, которую называют сейчас революцией, приводит к чрезвычайно длительному процессу резкого снижения жизненного уровня. После Французской революции и Франция, и другие страны, окружающие ее, оправлялись от этого не менее 100 лет. То есть произошло чудовищное обнищание масс, началась самая решительная деградация сельского хозяйства. Не было ни одного сколько-нибудь серьезного мыслителя XIX века, который не указал бы на этот очевидный факт. В частности, у нас об этом писали Лев Толстой, Глеб Успенский, даже Чехов об этом писал!.. Дай нам бог стать исключением из этого правила. Впрочем, России не впервой удивлять мир.
Беседу вел Дмитрий КОРОЛЕВ
Война Руси с хазарами и ее воссоздание в слове
Впервые опубликовано: Война Руси с хазарами и ее воссоздание в Слове// На заставе богатырской. — М., 1993.
Из древнейшего сочинения о русской истории — «Повести временных лет» (до нас она дошла в рукописях XIV–XV веков, но создана была не позднее 1113 года) можно узнать, что после смерти первого из известных нам южнорусского князя Кия, который, согласно убедительным доводам одного из крупнейших наших историков М.Н. Тихомирова (1893–1965), правил на рубеже VIII–IX веков, то есть 1200 лет назад, племена Южной и Средней Руси — поляне, северяне, радимичи, вятичи — оказались под властью пришедших с востока хазар.
Та же «Повесть временных лет» сообщает, что вскоре после нашествия хазар северорусские племена — словене и кривичи совместно с финскими племенами — чудью и весью создали прочное государственное образование с центром в городе Ладоге (иначе — Певогород), расположенном в устье реки Волхов, впадающей в Ладожское озеро; оно называлось также озером Нево — отсюда и вытекающая из него река Нева. Позднее у истока Волхова был построен Новгород.