Страница 64 из 144
«М-да, — подумал Блэй. — Вот так способ выразить недовольство чьим-то поведением: дать ему вытрахать из тебя все дерьмо после того как он пытался удавить твоего бывшего».
Кла-а-а-ас.
— Как ты? — спросил Блэй и не только из вежливости.
Он испытал облегчение, когда Сакстон подошел. Посмотрел ему в глаза. Улыбнулся через силу.
— Вымотан. Голоден. И не нахожу себе места.
— Ты бы не поел со мной? — выпалил Блэй. — Я чувствую себя точно так же, и единственное что могу сделать — это поесть.
Сакстон кивнул и засунул руки в карманы своих слаксов.
— Превосходная идея.
Пара закончила в кухне, сидя бок обок лицом к залу за потертым дубовым столом. Со счастливой улыбкой, Фриц, мгновенно переключился в режим снабжения продовольствием. И что бы вы думали, спустя десять минут дворецкий поставил перед каждым по тарелке испускающей пар тушеной говядины, а также с хрустящей корочкой багет, бутылку красного вина и кусок несоленого масла на блюдце.
— Я скоро вернусь, господа, — сказал дворецкий с поклоном. А затем стал выгонять из помещения всех остальных, начиная с готовящего овощи доджена и кончая теми, кто полировал серебро, а также мойщиков окон далеко в нише.
Когда створка двери закрылась за последним из прислуги, Сакстон сказал:
— Еще бы свечи и получилось бы настоящее свидание. — Мужчина склонился вперед и с безупречными манерами принялся за еду. — Ладно, полагаю, нам бы понадобились еще пару вещей, верно?
Блэй взглянул на него и отложил сигарету. Даже с мешками под глазами и едва поблекшим синяком на шее смотреть на адвоката было приятно.
«Какого черта он не может…»
— Только не начиная снова о том, что тебе жаль. — Сакстон промокнул рот салфеткой и улыбнулся. — В этом нет необходимости, и к тому же это не соответствует истине.
Сидя рядом с парнем, ему самому с трудом верилось в то, что они расстались, как и в то, что он был с Куином. Неужели последняя пара ночей бела реальна?
Ну еще бы, того, что случилось с Куином не случилось бы, если бы они с Саксом все еще были вместе. Он был абсолютно в этом уверен… одно дело тайком дрочить, что уже достаточно плохо. Полный косяк? Ни в коем случае.
Дерьмо, несмотря на то, что они с Сакстоном расстались, он все еще чувствовал себя так, словно должен исповедаться в грехе… хотя, Куин, был прав, Сакстон, уже начал двигаться дальше.
Пока они ели в тишине, Блэй, покачал головой, хотя ему и не было задано вопроса и вообще не было разговора. Он просто не знал, что еще сделать. Иногда изменения в твоей жизни происходят так быстро и неистово, что нет возможности поддерживать связь с реальностью. Требуется время, чтобы все улеглось. Новое равновесие устанавливается лишь спустя какое-то время, в течение которого твой мозг плещется туда-сюда внутри головы.
Он все еще в зоне всплеска.
— Ты когда-нибудь чувствовал себя так, словно часы растянулись на годы? — спросил Сакстон.
— Или десятилетия. Ага. В точку. — Блэй, снова взглянул на него. — Вообще-то, я сам только что думал о том же.
— Ну мы и парочка.
— Возможно, нам стоит носить черное.
— Нарукавные повязки? — предложил Сакстон.
— Полный комплект, с головы до ног.
— Что же я буду делать со своей вспышкой цвета? — Сакстон щелкнул по своему оранжевому платочку от «Гермеса». — С другой стороны, человек может приукрасить что угодно.
— Определенно, объясняет теорию, стоящую за брэкетами для зубов.
— Розовые пластиковые фламинго.
— Франшизу «Хеллоу Китти».
Оба одновременно расхохотались. Вообще-то в этом не было ничего смешно, но дело было не в юморе. Это было разбиванием льда. Возвращением к новой нормальности. Обучением в установлении контактов иного рода — вот чем это было.
Когда все успокоилось до тихого смеха, Блэй положил руку парню на плечи и быстро его обнял. Было приятно, что Сакстон на миг прильнул к нему, принимая то, что он предлагал. Не то что бы, Блэй, думал, что раз они сели рядом, разделили трапезу и посмеялись, все снова наладится. Вовсе нет. Было неловко думать, что Сакстон был с кем-то другим, и совершенно немыслимо знать, что он сделал то же самое… особенно если учесть, с кем это было.
От любовных отношений, длинной почти в год, за день или два не переходят к приятельской болтовне.
Однако, можно начать прокладывать новый путь.
И шаг за шагом двигаться по нему.
Для Сакстона всегда будет место в его сердце. Отношения, которые они разделяли, были для него самыми первыми… и не только с мужчиной, а вообще. Было много хороших моментов, вещей которые он пронесет с собой как воспоминания, стоящие того чтобы помнить.
— Ты видел сады позади дома? — спросил Сакстон, предлагая хлеб.
Блэй отломил кусок, а затем предал тарелочку с маслом Сакстону, когда тот тоже взял себе один.
— Они испорчены, не так ли?
— Напомни мне никогда не пытаться полоть при помощи Сессны.
— Ты не занимаешься садоводством.
— Ну, я на тот случай, если все же решу. — Сакстон налил в бокал немного вина. — Вина?
— С удовольствием.
И вот как все это было. От гуляша до персикового кобблера, чудесным образом появившегося перед ними, благодаря идеальному выбору времени Фрицем. Когда был съеден последний кусочек и последний раз воспользовались салфеткой, Блэй откинулся на диванные подушки, встроенной скамьи и тяжело вздохнул.
Это было намного больше, чем полный желудок.
— Ладно, — сказал Сакстон, кладя салфетку на стол рядом с десертной тарелкой. — Я и впрямь думаю, что наконец-то собираюсь принять ту ванну, о которой говорил несколько ночей назад.
Блэй открыл рот, чтобы обратить внимание на то, что соли, которые предпочитал мужчина, все еще стояли в его ванной комнате. Он видел их в шкафчике, когда вынимал свой запасной крем для бритья вечером.
За исключением… он не был уверен, что ему следует упоминать об этом. Что если Сакстон решит, что он просит мужчину прийти и принять ванну у него? Было ли это слишком явным напоминанием о том, как все изменилось… и почему? Что если…
— У меня есть новое средство на маслах, которое мне не терпится попробовать, — сказал Сакстон, соскальзывая со своей стороны скамьи. — Наконец-то его прислали из-за рубежа с сегодняшней почтой. Я годами его ждал.
— Звучит впечатляюще.
— Я в предвкушении. — Сакстон вновь накинул пиджак на плечи, поправил манжеты и махнул рукой, выходя размашистым шагом без каких либо признаков огорчения или напряжения на лице.
Что было и впрямь любезно с его стороны.
Смяв свою собственную салфетку, он положил ее рядом с тарелкой и, выбравшись из-за стола, потянулся, вытянув руки над головой, ощутив, как приятно прохрустели позвонки.
Войдя в фойе, напряженность снова вернулась к нему.
«Какого черта стряслось с Лэйлой?»
Черт! Не то чтобы он мог позвонить Куину. Это драма не была его собственной, или чем-то связанным с ним. Когда дело касалось этой беременности, он ничем не отличался от остальных в доме, так же видевших и слышавших это шоу и, несомненно, так же обеспокоенных, как и он… но не имевших права на незамедлительное получение новостей.
Жаль, что его переполненный желудок ничего не желал об этом слышать. Мысли о теряющем младенца Куине было достаточно, чтобы заставить его намеренно принимать во внимание местонахождение ванных комнат. Просто на случай приказа об эвакуации, выданного позывами в его горле.
В конечном итоге он расхаживал по фойе второго этажа. С этой выигрышной позиции без проблем можно было услышать дверь вестибюля, кроме того это всяко лучше, чем ждать на открытом…
Двойные двери кабинета Рофа широко распахнулись, и из королевской обители вышел… Джон Мэтью.
Незамедлительно Блэй широкими шагами пересек фойе, готовый справиться, не слышал ли чего парень… но, увидев выражение лица Джона, остановился.
Глубоко в своих мыслях. Будто получил личные новости волнующего характера.