Страница 17 из 217
Князь великий Дмитрей Ивановичь с своим братом с князем Владимером Андреевичем и своими воеводами были на пиру у Микулы Васильевича: «Ведомо нам,[Рукопись повреждена, текст «ведомо нам» читается с трудом.] брате, у быстрого Дону царь Мамай пришел на Рускую землю, а идет к нам в Залескую землю. Пойдем, брате, тамо в полунощную страну, жребия Афетова, сына Ноева, от него же родися Русь преславная. Взыдем на горы Киевския и посмотрим славнаго[В ркп.: сравнаго.] Непра и посмотрим по всей земли Руской и оттоля на восточную страну жребии Симова, сына Ноева, от него же родися Хиновя, поганые татаровя, бусормановя. Те бо на реке на Каяле одолеша род Афетов. И оттоля Руская земля седит невесела, а от Калатьския рати до Мамаева побоища тугою и печалию покрышася, плачющися, чады своя поминаюты. Князи и бояря и удалые люди, иже оставиша вся домы своя и богатество, жены и дети и скот, честь и славу мира сего получивши, главы своя положиша за землю за Рускую и за веру християньскую. Собе бы чаем пороженых и воскормленых».
Преже восписах жалость земли Руские и прочее, от кних приводя. Потом же списах жалость и похвалу великому князю Дмитрею Ивановичю и брату его князю Владимеру Ондреевичю.
Снидемся, братия и друзи и сынове рускии, составим слово к слову, возвеселим Рускую землю и возверзем печаль на восточную страну, в Симов жребий, и воздадим поганому Момаю победу, а великому князю Дмитрею Ивановичю похвалу и брату его князю Владимеру Андреевичю. И рцем таково слово: «Лудчи бо нам, брате, начати поведати иными словесы от похвальных сих и о ны-нешных повестех похвалу великого князя Дмитрея Ивановича и брата его князя Владимера Андреевича, а внуки святаго великаго князя Владимера Киевскаго. Начаша ти поведати по делом и по былинам» (У) {л. 169 об. — 172}.
Говорит князь великий Дмитрей Иванович брату своему князю Володимеру Ондреевичу, што ж деи «идет поганый царь Мамай в полунощную страну,[В ркп.: стражу.] в место Охмета сына Ноева, от него же родися Русь православная. Взыдем, брате, на гору Киевския, посмотрим славнаго Днепра и во всю землю Роскую, иже жребие воздати на силу поганого царя Момая. Се бо есмо чада благородныя».
Потом же написахом жалость и похвалу великому Дмитрию Ивановичу и брату его князь Володимеру Ондреевичу.
Снидем, брате, сынове руския, составим слово ко слову, возвеселим[В ркп.: возвелим.] Рускую землю, понеже печаль на восточную страну в сем жребие воздати победу поганому царю Момаю.
Говорит князь великий Дмитрей Иванович брату своему князю Володимеру Одреевичу: [В ркп.: Онреевичу.] «Скажи ми, брате, коли и мы словесы о похвалных сих о нынешних повестех а полку великого князя Дмитрия Ивановича и брата его князя Володимера Анъдреевича и правнуковы Володимера Киевского». Нача поведати по делом былым (С) {л. 36 об. — 37]}
Во введении автор Задонщины говорит о своем стремлении приступить к рассказу о славных победах Дмитрия Донского на Куликовом поле. Введение дано в первоначальном виде в списке К-Б, т. е. в Краткой редакции. Наиболее полно и исправно Пространная редакция введения представлена в списке У.[Ср.: Дмитриева. Взаимоотношение списков. С. 207–208; Творогов О. В. О композиции вступления к «Задонщине» // «Слово» и памятники. С. 526.] В списке И1 сохранился лишь его отрывок (ибо здесь Задонщина слита с Летописной повестью о Мамаевом побоище), а в списке С — сокращенный вариант. В. П. Адрианова-Перетц считает, что, возможно, введение Пространной редакции не входило в состав произведения Софония, но воздерживается от окончательного решения вопроса. По ее мнению, «в предисловии не оказывается ничего, что требовало бы непременно знакомства его автора со Словом о полку Игореве»[Адрианова-Перетц. Задонщина. С. 202.]. Н. К. Гудзий считает, что авторский текст Задонщины должен был начинаться словами «Снидемся, братие и друзи». Эпическое произведение, каким является Задонщина, по мнению Гудзия, едва ли могло начинаться сообщением о присутствии великого князя Дмитрия Ивановича на пиру у Микулы Васильевича. К тому же ни это начало, ни его продолжение «никак не связаны с последующим текстом».[Гудзий Н. К. Рец. на кн. «Воинские повести Древней Руси»//Советская книга. М., 1950. № 3. С. 111.] Не включает введение по списку У в свою реконструкцию текста Пространной редакции Задонщины и В. Ф. Ржига (он дает по тексту И1: «Снидемся, братие…» и т. д.).[Повести. С. 9. С. К. Шамбинаго начинает свою реконструкцию Задонщины словами «Лутче бо нам» (Задонщина. Слово о великом князе Дмитрии Ивановиче и о брате его Владимире Андреевиче, яко победили супостата своего царя Мамая. М., 1947. С. 7).] А. А. Назаревский возводит его к авторскому тексту.
Список К-Б Задонщины начинается с широкого обращения («брате»)[О том, что перед нами обращение к читателю, можно судить из аналогичного «снидемся, брате» Пространной редакции.] к слушателю (читателю). Оно содержит призыв пойти «в полуночную страну, жребий Афетову, сына Ноева, от него же родися Русь преславная». Читателю сразу же сообщается о происхождении Руси от Афета,[ «Афетови же яся полунощная страна… В Афетови же части седить Русь» (ПСРЛ. СПб., 1908. Т. 2. Стб. 3, 4).] в полном соответствии с обычным началом русских летописей.[Поэтому мы не видим необходимости считать, что в первоначальной Задонщине «жребию Афетову» должен быть противопоставлен «жребий Симов». Р. П. Дмитриевой также напрасно слово «оттоле» К-Б кажется лишенным смысла (Дмитриева. Взаимоотношение списков. С. 252): после того как направились в жребий Афета, оттуда нужно взойти на Киевские горы (ср. «оттоля» на «восточную страну» и «оттоля Руская земля седит невесела» в У). Слова «первее всех» означают «прежде всего» и вполне ясно передают мысль автора Задонщины (о «первее всего» как «прежде» см.: Срезневский. Материалы. Т. 2. Стб. 1769). Впрочем, «оттоле» могло означать и «после того» {Срезневский. Материалы. Т. 2. Стб. 819), и «с той поры» {Даль. Толковый словарь. Т. 2. С. 762).]
После этого автор произносит похвалу Бояну, который пел славу первым русским князьям (фрагмент № 2), и совершенно естественно переходит к Дмитрию Ивановичу, ратный подвиг которого хотел воспеть автор Задонщины (фрагмент № 3). Все четко и понятно.
Введение к Задонщине Пространной редакции по списку У лишено этой ясности. Оно приобрело осложненную и не вполне оправданную структуру. Рассказ начинается сразу же без какого-то приступа: Дмитрий Иванович на пиру у Микулы Васильевича услышал о походе Мамая. Великий князь обращается к Владимиру Серпуховскому с длинной речью, в которой призывает пойти «в полунощную страну жребия Афетова», и рассказывает о прежних обидах, которые принесли Руси «хинове поганые», начиная со времен битвы при Каяле. Структура более чем странная.[О.В. Творогов считает странным, «почему, сообщив о приходе Мамая „к нам в Залесскую землю“, автор призывает отправиться в „полунощную страну“ (к которой относится и Залесская земля), на горы Киевские» {Творогов О. В. О композиции вступления… С. 526–527).] Казалось бы, следовало рассказать о бедах Русской земли, а потом перейти к конкретно-историческому рассказу о событиях 1380 г. Структурные несообразности обнаруживаются в Пространной Задонщине и дальше. Поместив обращение Дмитрия Донского к Владимиру Серпуховскому, автор неожиданно переходит к поэтическому зачину: «И потом (после чего? — А. 3.) спи-сах жалость и похвалу великому князю… Снидемся, брате и друзи…». Последнее обращение является парафразой начала Задонщины по К-Б («пойдем, брате…»).[Исправление «брате» на «братие», предложенное О. В. Твороговым, противоречит и текстологическим наблюдениям, ибо и ниже: «лудчи бо нам, брате».] Затем автор сообщает о своем желании воздать «иными словесы» (не сообщив еще, почему «иными», т. е. кто воспевал князей другими «словесы») похвалу Дмитрию и Владимиру, затем вспоминает Бояна и его «славы» первым русским князьям и, наконец, снова говорит о стремлении «похвалить» Дмитрия Донского, «возверзить» печаль на «жребий Симов».
Компилятивность, искусственность структуры введения Задонщины по списку У Пространной редакции вряд ли может быть оспорена.