Страница 13 из 17
Автомашина горела, потушить ее своими силами сыщики уже не смогли.
Андреев очнулся. Он встал и подошел к Кольцову:
— Вася, ты живой?
— Живой, живой, Андрей, вот только грудь немного болит.
На что Андреев традиционно произнес:
— До свадьбы заживет, жаль только, твою автомашину угнали.
— Далеко не уедут, бензина в баке осталось совсем мало, — отреагировал Кольцов.
Реакция Андреева была мгновенной, и он крикнул:
— Левченко, быстро в мою автомашину!
Они заскочили в «Жигули», и машина резко рванула с места. Набирая обороты, она стала преследовать преступников. К этому времени уже рассвело. Автомобиль Андреева мчался на большой скорости — сто двадцать, сто тридцать…
— Ну, хватит, хватит, так гнать нельзя, разобьемся, — отреагировал Левченко.
— Молчи, Леня, иначе мы их не догоним.
Андреев уверенно вел автомобиль, то и дело маневрируя, обгоняя попутные автомашины. Впереди очередной поворот, и сыщик, не сбавляя скорости на вираже, еле вписался в него.
— Вот они! — одновременно воскликнули оба сыщика.
Автомашина Кольцова стояла на обочине, в салоне было пусто. Андреев притормозил и подъехал к ней. Он заглянул в салон и увидел, что все заднее сиденье было в крови.
«Все-таки попал Леня, молодец!» — подумал сыщик.
— Что будем делать? — спросил Левченко.
— Продолжать преследование по горячим следам, — ответил Андреев и внимательно стал осматривать почву около брошенной автомашины. В разных местах были видны капли крови, след от которых вел по обочине дороги, а потом обрывался.
— Здесь они пересели на попутную автомашину, — вслух сообщил Андреев, и ему стало не по себе.
Он подумал: «Ведь обычный автолюбитель, увидев людей в белых халатах на трассе, без сомнения, остановится, не подозревая в них опасность».
— «Ус», ты зачем убил «водилу», надо было слегка его глушануть. Парень оказался добряк, посочувствовал мне, дал йод и бинт, а ты его застрелил. Ты, как зверь, убегая, все топчешь под собой, не видя ничего хорошего. Наверное, попадись на пути твоя мать, ты и ее не пожалел бы, а между тем «сыскари» след взяли, — недовольно сказал «Калифорниец».
— Слушай, ты, добряк, заткни свою пасть, а иначе последуешь за «водилой».
Усов сидел за рулем «Волги», выжимая из нее максимум, и думал: «Как же так получилось? Случайность или засада? Когда въезжали в поселок, на дороге гаишника не было. Все было тихо. А когда стали выезжать, вдруг менты появились, с обеих сторон обложили. Засада! Конечно, нас ждали. Кто-то стукнул? Кто? Кроме Петруниных, здесь некому. Теперь хозяин за провал с меня шкуру сдерет. Столько героина пропало. Теперь мне век не отработать».
Размышляя, Усов увидел в зеркало заднего обозрения, как их автомашину стремительно догонял уже знакомый «жигуленок».
— «Калифорниец», у нас, кажется, на хвосте менты, дай-ка проверю.
Усов стал сбрасывать скорость. Преследователи начали обгонять их, знаками приказывая остановиться. Бандит нажал на педаль газа до упора, и «Волга» стала быстро набирать скорость. «Жигули» не отставали.
— Крепко, суки, приклеились. Чувствую, не уйти нам. «Калифорниец», возьми мою пушку и слушай меня. За очередным поворотом я резко сброшу скорость, когда «сыскари» на скорости выскочат, постарайся попасть.
— Все понял! — отреагировал напарник.
«Калифорниец» быстро несколькими ударами монтировкой выбил заднее стекло. Как только Усов за поворотом резко притормозил, «Калифорниец» взял пистолет и приготовился к стрельбе.
А в это время «Жигули», как и предполагалось, выехали на большой скорости из-за поворота. «Калифорниец» открыл прицельный огонь. Одна из пуль, выпущенная из пистолета, пробила правое переднее колесо, отчего «Жигули» занесло вправо. Но водитель смог справиться с управлением и остановился. Тем временем Усов давил на педаль газа и быстро ехал в сторону города, до которого оставалось совсем немного.
После того, как Андреев и Левченко стремительно бросились в погоню, Кольцов доставил задержанного в отдел милиции.
В отделе милиции Кольцов вкратце изложил сложившуюся ситуацию руководству, и в этой связи был принят ряд мер по задержанию и обыску дома Петрунина. Были оповещены на задержание скрывшихся преступников близлежащие территориальные отделы внутренних дел и УВД.
Кольцов вплотную занялся с задержанным гражданином, им оказался в прошлом неоднократно судимый Крутиков, по кличке «Крот», авторитет в преступной среде. На допросе Крутиков категорически отказался давать показания и заявил сыщику:
— Гражданин начальник, ты мне пургу не гони. Этих ребят я толком не знаю. С ними я оказался совершенно случайно. Они обещали попутно довезти меня до города и пристроить на работу. Все!
На этом Крутиков замкнулся.
Глава 8
Афганистан, 1996 г.
Где-то на северной границе Афганистана, между двумя ущельями, проходила тайная тропа афганских моджахедов. Они использовали именно это место на данном участке границы для переброски в Таджикистан оружия и наркотиков, а также «солдат удачи» для горячих точек. В разговоре между собой «слуги дьявола» называли этот участок на границе «черной дырой». Участок этот был самый сложный из тех, где им ранее приходилось иметь дело, но в то же время он был самый безопасный. Сложность его заключалась в том, что крутые подъемы резко сменялись крутыми спусками, а в некоторых местах преграждала путь либо отвесная скала, либо пропасть. Но были у «слуг дьявола» — так назывались проводники — свои приспособления, с помощью которых они преодолевали трудности при переходе границы. Этот участок границы пограничниками практически не прикрывался, поэтому считался безопасным.
Сегодня в очередной раз несколько вьючных лошадей, преодолевая трудности, несли на себе тот ценный груз, который на той стороне хорошо оплачивался валютой.
Главным на этом участке считался Дауд Шах, по кличке «Свирепый». Именно он собрал вокруг себя отчаянных джигитов, обучил их навыкам горных переходов, вооружил их самым современным оружием и заставил работать на себя. За малейшую провинность Дауд Шах никого не жалел, наказывал очень жестоко, и поэтому «слуги дьявола» подчинялись ему беспрекословно. После очередного удачного перехода каждый из них получал соответствующую долю и был доволен своим вожаком.
Сегодняшний героин был самым дорогим из всех тех, которые он переправлял ранее, но скоро ожидается еще более ценный товар, и это радовало Дауд Шаха.
«Скоро я буду самым богатым на севере Афганистана, — думал Дауд Шах. — Разве могли предполагать мои старики, что я когда-нибудь разбогатею и буду самым влиятельным не только в своем горном селении, но и по всему северу Афганистана?»
Группа боевиков, которых он отправил в разведку несколько часов назад, еще не возвратилась. Дауд Шах с несколькими своими преданными людьми и грузом расположился под склоном горы, у основания которой паслась большая отара овец. Это были его овцы. Таких отар под склонами гор было у него не меньше пятидесяти. За каждой из них приглядывал надежный пастух. Был у него и большой дом, в котором его ждали три жены с детишками. Вспомнил о них, и его лицо посветлело, на губах скользнула мимолетная улыбка.
«Нет, расслабляться перед сложным переходом нельзя», — подумал он, и лицо его приняло суровое выражение.
Вдруг к нему подбежал один из его лазутчиков и, указывая на склон, сообщил: «Идут, мой господин».
Дауд Шах вышел из пещеры, посмотрел в сторону, куда показывал лазутчик, и увидел впереди своих самых отчаянных джигитов.
«Ну, наконец, Аллах всегда с нами», — подумал Дауд Шах.
Возвратившись, разведчики сообщили, что в ущелье они засекли двух русских пограничников, которых и уничтожили из арбалетов.
— Откуда они взялись? — спросил Дауд Шах.
Один из разведчиков ответил:
— Пограничники в соседнем ущелье установили пост, и часть нашего участка попала в прямую их видимость, а теперь, слава Аллаху, тропа свободна, и можно продолжать движение.