Страница 11 из 17
— А кто эти парни были? Они были в масках? — спросил «Калифорниец».
— Я думаю, это были парни столичные. Наверное, свои разборки, не похоже, что это «маски-шоу». Тех бы я сразу узнал, а эти больше похожи на таких же, как и «Питон», «беспредельщиков».
— Спасибо, «Абрам», действительно, ты всегда все знаешь, — отреагировал «Калифорниец».
— Не стоит благодарности. Если что, я всегда в этих местах кантуюсь, много вижу, много слышу, приходите, своим пацанам расскажу. — Потом, как будто что-то вспомнив, «Абрам» обратился к Усову:
— Послушай, бродяга, ты мне «ствол» обещал. Ношу деньги с собой уже который день, они мне всю ляжку натерли.
«Ус» посмотрел на «Калифорнийца» и спросил:
— Ну что, свой «ствол» продать?
— Как хочешь!
— Ладно, «Абрам», давай штуку баксов, «ствол» твой, и разбежались.
Совершив сделку, Усов и «Калифорниец» отошли в сторону. «Абрам» на радостях заказал еще спиртное и остался у стойки бара, смакуя свое любимое вино.
Андреев находился у себя в кабинете УВД, когда к нему вошел сотрудник уголовного розыска Василий Кольцов.
— Привет, Андрей Николаевич.
— Здравствуй, Василий Николаевич, ты мне кое-что обещал. Не забыл?
— Помню, помню, я как раз по этому поводу и пришел.
— Тогда покажи, — отреагировал Андреев.
Кольцов вытащил из сумки кобуру и передал Андрееву.
— Действительно, она хороша, сидит в самый раз.
В это время в кабинет заскочил молодой сотрудник и обратился к Кольцову:
— Тебя Бабкин к себе вызывает.
— Что-нибудь случилось? — спросил он.
— По известному тебе делу, — ответил сотрудник.
— Так я у него уже был, он меня инструктировал. — Потом, немного подумав, Кольцов добавил: — Ладно, иду.
Сотрудник вышел, и Кольцов тоже заторопился.
— А взамен ты мне что обещал?
— А взамен «прекрасная маркиза, все хорошо, все хорошо».
— Андрей, давай без шуток, мне сейчас не до этого, я тороплюсь.
Андреев вытащил из сейфа листок бумаги и произнес:
— Вот здесь все о нем. Твое волевое решение, мышеловка захлопнется, и, как говорил наш общий знакомый, «ты в дамках».
— Спасибо.
— Не за что меня благодарить, ты заслужил. — Потом, немного подумав, добавил: — Да, наш начальник по уши в дерьме.
— Сам виноват, — ответил Кольцов и продолжил: — Сейчас с Буйновым-младшим поедем заявительницу Хитрову охмурять, поэтому и вызывает, вероятно, хочет дополнительные коррективы внести. Ехать, откровенно говоря, не хочется. Сейчас откажись, а потом аукнется, Бабкин не простит, вот и приходится пресмыкаться перед дерьмом. Ну ладно, я ушел. Если что, Андрей, то можешь на меня рассчитывать, а ты все-таки предупреди следователя Столетова, пусть что-нибудь придумает.
Кольцов, махнув рукой, вышел из кабинета. После этой беседы Андреев задумался, потом взял трубку и набрал номер телефона следователя прокуратуры.
— Антон Сергеевич, это хорошо, что я тебя застал на месте.
— Слушаю, Андрей Николаевич.
И Андреев предупредил следователя о той части разговора с Кольцовым, в которой упоминалось о Хитровой.
— Спасибо тебе, Андрей Николаевич, за ценную информацию и поблагодари от меня Кольцова, а я сейчас приму меры.
— И еще, Антон Сергеевич, передай Хитровой, чтобы она подготовила чистую кассету. Когда к ней придут оперативники, пусть включит магнитофон на запись.
— Понял тебя, обязательно передам.
Андреев не знал, что его кабинет, как и кабинеты некоторых других сотрудников, прослушивается специальным отделом, созданным недавно, и скоро стенограмма разговора ляжет на стол исполняющего обязанности начальника УВД Бабкина.
А между тем Андреев вышел из здания управления, сел в свою автомашину и поехал по направлению к гостинице «Салют». Только что ему позвонил агент и сообщил, что видел Сергея Абрамова в казино гостиницы. Припарковав «шестерку», сыщик направился в казино. Войдя в зал, он сразу увидел Абрамова, который находился за стойкой бара и пил вино, смакуя каждый глоток.
— Не помешаю? — обратился Андреев.
Абрамов от неожиданности поперхнулся и закашлял.
— Ну, начальник, напугал, как из подземки вырос, от тебя никуда не скроешься.
— А зачем от меня скрываться?
— Так ты же начальник, не разбираешься, сразу в камеру закроешь.
— Честному человеку нечего бояться, а ты все бегаешь от меня да еще среди сотрудников милиции друзей имеешь, которые тебе скрываться помогают.
— Кто же тебе стукнул начальник, что я здесь?
— Сорока на хвосте принесла. Ну ладно, заканчивай пить и пошли со мной, — в резкой форме заявил сыщик.
— А я не спешу, начальник, я пришел сюда отдохнуть и в ближайшие полчаса отсюда уходить не собираюсь.
— Придется силой тебя выводить, а будешь сопротивляться — нарвешься на статью Уголовного кодекса и еще кое на что.
Абрамов не стал сопротивляться, подчинился сыщику, потому что знал, что с Андреевым это бесполезно. Однажды он получил от него мощный удар в челюсть, так потом, когда поднялся, голова звенела и два дня скула болела. Он молча вышел. Они сели в автомашину и поехали.
— Куда ты меня везешь? — спросил Абрамов.
— За город, мозги тебе прочистить. Я знаю, в районном отделе милиции это бесполезно, у тебя есть заступники, а в лесу мне никто не помешает, там я тебя быстро проучу, не таких, как ты, воспитывал. И ты знаешь, при определенных моментах некоторые хорошо поддаются воспитанию, даже не нужно изолировать от общества, как общественно опасного элемента.
— Начальник, не вешай мне лапшу на уши, не надо, это может плохо для тебя кончиться.
— Хуже, чем есть, не будет.
— Будет, — ответил Абрамов и направил на сыщика пистолет.
— Ха-ха-ха, это зажигалка, хорошая игрушка. Откуда она у тебя? — пошутил Андреев.
— Сейчас дырку в голове сделаю, тогда узнаешь.
— Ты это серьезно? Может, добровольно сдашь оружие, ведь я такие шутки не понимаю.
— Тормози тачку и не дергайся! — выкрикнул Абрамов.
Андреев резко дернул руль вправо и одновременно нажал на тормоза, выключив зажигание. От такого маневра Абрамова откинуло вправо, а затем от резкого торможения бросило вперед на лобовое стекло. Этого было достаточно, чтобы обезоружить Абрамова. Сыщик надел ему наручники, запустил мотор «шестерки» и поехал дальше. Выехав за город, сыщик вырулил на проселочную дорогу и остановился около реки.
— Выходи, ковбой, — усмехаясь, сказал Андреев.
Абрамов медленно вылез из машины, из носа у него сочилась кровь, он был бледен, хмель быстро прошел. От нервного перенапряжения его трясло, как в лихорадке. Сыщик, обращаясь к нему, произнес:
— Я тебя не буду убеждать, сука бандитская, мне это все надоело. Вот твой пистолет, а это уже говорит о многом. По статье Уголовного кодекса пять лет тебе обеспечено. Сейчас ты мне все расскажешь, что знаешь об «авторитетах», их связях. Особенно меня интересует их связь с должностными лицами правоохранительных органов. В общем, все, что знаешь, выкладывай как на исповеди. Если я усеку, что ты не откровенен со мной, ведь на сегодняшний день я тоже об этом кое-что знаю, то тебе конец. Минимум через неделю тебя найдут вот под этим кустом с дыркой в голове и изъеденного червями, а пистолет как доказательство, что это самострел, будет у тебя в руке. Если же ты мне расскажешь все как на духу, то я тебе сохраню жизнь и даже свободу.
Абрамов заплакал и, немного придя в себя, сказал:
— А если узнают свои, то будет еще хуже: сначала пытки, а потом жуткая смерть.
— Ну, знаешь, ты сам себе выбрал эту дорогу. Со своей стороны гарантирую, что от меня лично никто не узнает о том, что ты мне здесь расскажешь.
Немного поразмыслив, Абрамов начал свой рассказ. Андреев включил портативный диктофон на запись. Из исповеди вора сыщик в который раз убедился, что коррупция пронизала насквозь всю правоохранительную систему города. За взятку можно было решить любую проблему, а деньги у бандитов были немалые, и в этой связи «авторитеты» себя считали неуязвимыми. За решетку попадала только мелкая «рыбка», а «акулы преступного мира» гуляли на свободе. За всем этим стоял «хозяин», имя которого было неизвестно. Проанализировав ситуацию, сыщик заявил Абрамову: