Страница 62 из 393
- Все...- он вдохнул воздух, шумно дыша и расправляя плечи, а я задом стала выбираться из клетки, думая только о том, чтобы не порезаться о нож. - Ты что делаешь?
- Да вот...закрою, замок повешу, как было, - я так и сидела на корточках за клеткой, сжимая нож в кулаке на всякий случай.
- Ножны где? - непривычно тихий голос вилта было трудно разобрать, но он сам потянулся к мешку и выудил их оттуда. Убрал нож, закрутил веревку у мешка и подцепил когтистой лапой плащ. Хмыкнул, подхватил его и положил на мешок. - Привязывай сверху, у тебя это лучше получится. Все, привязала? Тогда пошли отсюда, пока еще темно. Если не можешь идти быстро, давай руку, нам надо уйти подальше отсюда.
Шагали мы с такой скоростью, что даже тренированные ноги Дайлерии выдерживали с трудом навязанный темп. Имей я свое собственное тело, то сдулась бы уже давно, а тут еще передвигала ногами, ухватившись за лапу вилта. Тянул меня он вполне справно, я даже спотыкаться в темноте не успевала да и мыслей в голове не было никаких. В таком бешеном темпе мы мчались до самого рассвета и только когда солнце стало золотить макушки деревьев, вилт стал принюхиваться у каждой дорожки, уходящей вправо. На одну из них мы и свернули и дальше начался форменный кошмар. Очень скоро я перестала вообще соображать не только в какую сторону мы идем, но и что находится вокруг. Дорожка постепенно сходила в узкую тропку, вихляющую по лесу, как пьяный извозчик, на ней то и дело вырастали корни и кочки травы, поваленные стволы и колдобины, от которых уже рябило в глазах. Сам лес то понижался до хлюпающего под ногами размокшего мха, то повышался до небольших холмов, но в общем это все-таки был проходимый лес, а не жуткое болото, в котором меня чуть не сожрал неведомый ульд. Лес мелькал по обеим сторонам тропинки, как в кино, и я уже давно смотрела только под ноги, решив, что когда-нибудь закончится этот марш-бросок и тогда можно будет задавать вопросы, на которые мне все-таки дадут ответы.
Тропинка постепенно поднималась и среди узловатых корней стали выглядывать камни, а деревья приобрели корявый вид. Судя по всему, мы попали в гористую часть страны. Вилт сопел впереди, теперь я уже шла за ним, а он только оборачивался время от времени, чтобы проверить, иду ли я сзади. Глухой шум я расслышала издалека и когда увидела огромную прогалину между деревьями, то на секунду замерла от фантастического зрелища, открывшегося на ней.
Слева вверх вздымалась огромная стена примерно с пятиэтажный дом, на которой были видны выходы скальных пород. Маленькие деревца повсюда цеплялись корнями за любые щели в этой стене и покрывали ее почти всю густым зеленым покрывалом. Сверху падал поток воды и разбивался у подножия в небольшом озере с густо-серой водой, которая лениво плескалась у берегов и текла дальше вправо через небольшой уступчик, обходя ниже него огромные валуны посреди русла, накиданные на протяжении метров двухсот по течению. Над водопадом в воздухе висел туман, в котором светилась ярчайшая радуга, в небе медленно парила огромная птица, а совсем крошечные, вроде наших ласточек, с громким писком летали над поверхностью озерца, то и дело чиркая по ней клювами. Зелень вокруг водопада была такой неестественно яркой, что не верилось в ее реальность.
- Нам туда, - осмотревшись, махнул лапой вилт в сторону уступчика и пошел к нему, скользя по мокрым камням.
Волосы и рубашка промокли от влаги, камни тоже были не только мокрыми, но и скользкими, ноги на них разъезжались и проваливались в щели. Вилт очень быстро миновал опасный участок, а я ползла уже как черепаха, придерживаясь руками за валуны. На этих двадцати метрах камни были очень крупными и при неудачном падении можно было запросто переломать ноги. Ближе к уступчику камни становились все меньше и меньше и по ним можно было уже идти без риска для жизни.
Вода переливалась через уступчик сплошным прозрачным потоком и через него было видно, что уступчик на самом деле не цельный, а состоит тоже из больших глыб, только со сглаженной верхней частью и глубина воды на нем чуть выше колена. Вилт уже скинул сапожищи и подвернул штаны, чтобы переходить поток. Посмотрев на него, я тоже начала стягивать сапоги, прикидывая, как бы не оступиться и не упасть со всего маху в воду.
- Не снимай, - рыкнул он, - ноги поджимай побольше!
Здоровенная лапища подхватила меня под коленки и положила на плечо, придерживая за ноги и я послушно согнула их, чтобы не замочить сапоги. Вилт очень ловко балансировал на переправе, помогая себе здоровенной палкой и скоро сгрузил меня на другой стороне, а сам вернулся за мешками.
- Нам надо подняться туда, - показал он на верх стены, откуда падал водопад, - Осталось немного, там отдохнем. Пошли!
Сил, чтобы спрашивать что-то или возражать попросту не было, я зачерпнула воды, чтобы умыться и попить после бега, и поплелась следом, думая про себя о правильности своих действий.
Подниматься вверх было уже на пределе возможностей. Поначалу я решила, что мы будем просто карабкаться, как альпинисты и приготовилась к самому худшему, но Вилл пошел вдоль стены вправо, рассматривая заросший кривыми деревцами склон. Стена ниже не становилась, но кое-где она была более пологой, а в одном месте я даже углядела светлую ниточку тропы, вьющуюся причудливым серпантином наверх. Судя по тому, что вилт встал около нее, это и был путь наверх.
- Иди первой, тропа тут хорошо видна, - подтолкнул он меня вперед.
- Почему...я...- казалось, что болело уже все, даже язык, не говоря о спине и ногах.
- Потому что если свалишься, то я выдержу тебя, - хрюкнул вилт и переложил мешки поудобней, а на плече, где они висели, я увидела темное пятно.
- Это тебя...стражники, да?
- Пошли наверх, пока я могу идти, - он еще раз подтолкнул меня к тропинке и я со вздохом полезла по ней, думая только о том, чтобы забраться и не свалиться.
Свалиться не свалилась, но уже к середине подъема ноги дрожали в коленях и руки были грязные и ободранные. Конечно, подниматься легче, чем спускаться, и я кое-где малодушно карабкалась на коленях, подталкиваемая сзади вилтом. Сапоги скользили по камням, руки цеплялись за корни и стволики и мне казалось, что конца этому подъему не будет никогда. Обернувшись, я ужаснулась расстоянию, на которое забралась и до самого верха буквально вжималась носом в тропинку, чтобы поджилки не тряслись от страха высоты.
Перевалившись через край, я сперва не поверила, что подъем закончился, но легкий пинок сзади подтолкнул меня вперед и я легла животом на короткую жесткую траву, закрыв от усталости глаза.
- Поднимайся, нам осталось пройти совсем немного, - Вилл стоял рядом, дожидаясь, пока я поднимусь и я видела только его сапоги, покрытые пылью.
- Почему нельзя отдохнуть тут?
- Нельзя, тут мы как на ладони, - лязгнул он зубами, - а тебя и мешки я нести не могу, устал. Поднимайся, уже недолго осталось.
- Господи, - я с трудом встала на четвереньки, опустив голову, - хоть бы немного отдохнуть!
Плоская равнина, заросшая травой и купами кустарника с узкими жесткими листьями, тянулась вдоль всего обрыва направо и не больше километра вглубь плато. За ней уступами вставали темные горы, поднимающиеся все выше и выше, чем дальше они уходили вперед. По-моему, на горизонте они уже подпирали космос и скрывались за облаками. Слева блестела широкая лента реки, которая пропадала в суживающихся берегах и затем обрывалась водопадом. Река вытекала из этих самых гор и только когда я преодолела последние километр или два, то увидела, что по ее берегам у подножия гор виднеются темные дыры пещер. Каменный каньон, который она пробила себе, начинался выше по течению, а в этом месте река была достаточно мелкой и широкой и пещеры были не пещерами, а просто огромными нишами в камне. Солнце припекало и плоские большие камни, в изобилии лежащие на берегу, были горячими и гладкими. Вилт бросил мешки в одну из ниш, не самую большую, зато достаточно глубокую и я повалилась животом на плоский камень почти у самого входа, уткнувшись в сложенные руки. Я слышала, как он ходил по нише, потом пошел к реке, но не было сил даже повернуть голову и спросить, куда мы пришли. Задремав на теплом солнце, сквозь сон расслышала шаги по камням и что-то брякнуло рядом с головой, Послышалось знакомое сопенье и лязгающий голос утвердительно произнес: