Страница 49 из 393
- Бу-бу-бу...без фаейров...бу-бу-бу...ждал...бу-бу...- низкий нечленоразлельный монолог я не разобрала.
- Так хоть свистнуть надо было, - опять завелся молодой, - я ж визг геликса услышал, сразу неладное почуял! Кордел, ты-то сам мне не поверил, когда я тебя позвал!
- Потому и не поверил, что со стороны болот ко мне никто не приходит, - отозвался баритон, - дураков нет через старую гать идти. С этой стороны дорога выше и безопасней, по ней все и ездят. А до геликса у меня руки все не доходили...- уже виновато закончил голос.
- Бу-бу-бу...не маг...бу-бу, - опять загудел третий.
- А чего ж она не ударила? - взвился молодой.
- Не знаю! - рявкнул тот, с низким голосом, и я узнала по выговору вилта. - Пойди и спроси сам у нее!
"У нее" - это, значит, у меня? Глаза не открывались, как будто веки склеили суперклеем, встать или приподняться тоже не получилось. Пошевелив руками, я поняла, что лежу на чем-то достаточно теплом и мягком, а руки привязаны по краям лежанки и сдвинуться с места я не могу. Еще было очень странное ощущение, что на лице, шее, ключицах лежит маска из застывшего воска, не дающая воздуху даже касаться кожи. Пожевала губами, облизала их языком - засохли, но без видимых повреждений, а вот двигать лицевыми мышцами невозможно, маска мешает. В помещении было тепло, особенно приятно ощущали себя ноги, укрытые теплым одеялом. Покрутив ступнями, определила, что лежу без сапог, что с ногами все в порядке и они только ноют от усталости. Еще раз облизав засохшие губы шершавым языком, я задергала руками и ногами, пытаясь освободиться, но только уронила на пол одеяло. Сквозь склеенные веки не проникало ничего, голоса бубнили по-прежнему где-то рядом...в соседней комнате, что ли, сидят? Кто это, люди? И вилт с ними разговаривает, как нормальный! А меня-то почему привязали? Чтобы не убежала? Съесть хотят? Мамочки мои, как бы от них свалить-то...
Я с новой силой заерзала на лежанке, выкручивая руки из веревок и не расслышала, как рядом стукнула дверь.
- Очнулась? - баритон зазвучал достаточно приветливо и скрип половиц приблизился. - Как самочувствие?
- Где я? Кто вы? Почему я вас не вижу, я что, ослепла? Зачем меня привязали, вы что...собрались убить меня? Что произошло? Да не молчите же вы, ну скажите хоть что-то!
- Да ты что, Дайлерия, - я услышала растерянность в голосе, - с чего ты такую чушь взяла? Кто тебя убивать собрался? Ты что, не узнала меня? Я же Кордел, Кордел Стеррел, живу я здесь с Ленмаром. Подожди, ты пить хочешь? Сейчас принесу...
Шаги удалились, где-то неподалеку опять загудел вилт, а в ответ что-то зло отвечал молодой, скорее всего тот самый Ленмар.
- Вот, пей, - неизвестный Кордел приподнял мне голову и в рот полился кисло-пряный отвар, снимая отвратительную шершавость с языка и смачивая пересохшее горло. - Ну как, получше стало?
- Да, спасибо, - я откинулась назад. - Руки отвяжите, зачем вы сделали это?
- Дайлерия, послушай, - говоривший присел рядом и накинул упавшее одеяло, - если я тебя сейчас отвяжу, то всему лечению придет конец. Ты что, не помнишь, что бывает, когда геликс накрывает?
- Ка-какой г-геликс? Что накрывает?
- Дайлерия, - мужчина вздохнул и начал объяснять мне, как ребенку, - тебя накрыл геликс, понимаешь? Я наложил тебе мазь, которая восстановит кожу, только ее нельзя трогать и шевелиться нельзя, понимаешь? Ну неужели ты не помнишь, что такое геликсы и как лечат от их прикосновений?
- Послушайте, Кордел, - я задумалась, но потом решила, что терять мне все равно нечего, а чем раньше все вокруг поймут, что на самом деле произошло, тем лучше, авось, еще и помочь смогут, - очень прошу вас, не считайте, что я сошла с ума. Дело в том, что я не Дайлерия, я совершено другой человек. Это была моя просьба, но она согласилась и я ждала, что все вернется по местам еще вчера, а она почему-то не вернулась сюда...
- Ну хорошо, хорошо, - успокаивающе погладил меня по голове Кордел, - ты, главное, лежи и не двигайся, иначе молодая кожа начнет сдвигаться и вся будет в рубцах. Это уже не разгладишь, я такого не умею. Если я тебя отвяжу, то что ты сразу же сделаешь?
- Встану, а потом...
- Вот потому и не отвязываю, что знаю - и встанешь, и глаза захочешь раскрыть и на улицу пойдешь, - терпеливо продолжал Кордел, - а делать этого сейчас нельзя. Сегодня день лежать тебе надо, завтра к вечеру только разрешу встать. И то, если корочка уже подсохнет, но это я сам проверять буду. И не проси, и не угрожай - здесь я хозяин и что когда и кому разрешать делать, знаю сам, запомни! Пока вы больные да раненые, все подчиняетесь мне, поняла?
Тон был совершенно нормальным, подвоха я не уловила, но было очень неудобно лежать в неизвестности, не зная ничего, что происходит вокруг.
- Кордел, не уходи, посиди еще со мной немного, ладно? Ты только поговори, а то я же ничего не вижу и не знаю. Как получилось, что я лежу здесь? А ...где...- я поколебалась, как лучше называть вилта, но раз он сам сказал про имя, то можно и спросить про него, - там еще вилт был, его Виллом зовут. Не знаешь, что с ним?
- Да все с ним в порядке, только что в соседней комнате сидел, живой-здоровый. Я ему сразу все ранки обработал, к завтрашнему утру и следов не останется. Дайлерия, а почему ты файерболл не послала в геликса? Один-два удара и вы могли спокойно идти дальше, не обращая внимания на него...он же специально в камнях прячется, потому что у него никакого покрова нет, один маленький файер и он мигом убрал бы свои нити с тропинки! Тебе что, силу не хотелось на него тратить?
- Кордел, честное слово, я не понимаю, о чем вы говорите, геликсы, файеры...я первый раз слышу эти слова! Поймите же вы, я не Дайлерия, я даже не видела ее никогда!
- Первый раз вижу, чтобы самый обыкновенный геликс заставил потерять память такого сильного мага, как ты. - Баритон говорившего стал холодным и неприятным. - Или ты хорошо притворяешься...но передо мной-то зачем? Не хотела, так и скажи, чего ты мне тут беспамятную изображаешь? Силы в тебе полно, даже Ленмар издалека почувствовал это, а одного файерболла пожалела...ну да это твое дело, раз тебе приятней три дня теперь лежать недвижно, пока все не восстановится.
- Кордел! Ну почему вы не можете мне поверить, я же говорю чистую правду!
- Ну хорошо, хорошо, - устало согласился он, - ты не Дайлерия и ты говоришь чистую правду. Лежи, все равно сейчас тебе ничего другого делать нельзя...
- Скажите, - попыталась я перевести стрелки на другое, - а что...у меня пострадало? Что вообще этот, как его, геликс, делает?
- Кожу разъело, - оживился Кордел и начал объяснять, - лицо, плечи, грудь - куда приложился, там и разъело. Ты что, лицом к нему стояла?
- Я же не знала, что это такое вылезло из-за камней, - воспоминание о темной массе, вставшей из гряды, было неприятно и мерзко. - Сперва эти присоски-кровососы, я их отрезАла от Вилла, а они завизжали и взбесились, потом эта...дрянь...
- Эта дрянь, как ты изволила выразиться, накрывает добычу и начинает обволакивать ее со всех сторон, растворяя потихоньку. То, что остается - утаскивает к себе и там доедает. Если б мы с Ленмаром не успели, чтобы с тобой было? - Кордел не любопытствовал, он констатировал давно известный ему лично факт и попутно объяснял его мне, но поскольку я молчала, сам и ответил, - к середине ночи даже воспоминаний о тебе не осталось бы. От Вилла, кстати, тоже. Но с ним хоть все понятно, он без силы совсем, а вот ты... ножом с геликсами много не навоюешь, разве что щупальца обрежешь, чтобы не склеил раньше времени. Ладно, я пойду, у меня еще дел много и без тебя, - мой собеседник поднялся с лежанки и под его весом заскрипели половицы.
- Кордел, - окликнула я его, - подождите пожалуйста, мне очень надо вас спросить, - я понизила голос, чтобы никто лишний не слышал, - скажите, может быть вы знаете, почему...Вилл так ненавидит меня, то есть Дайлерию?