Страница 2 из 393
- Лера, давай мы тебя до метро подкинем, - предложила приятельница, оглядываясь на своего кавалера. - Засиделись тут, меня уже Машка заждалась у мамаши, все мозги теперь вынесет, что я ребенка бросила, да еще и выпила...
- Не боись, вдвоем отобьемся, - Мишка сунул в рот еще одну ложку взбитых сливок. - Лер, жду на улице!
В вагоне было тепло, немного развезло от выпивки и холодный осенний воздух по выходу из метро я восприняла, как великое благо. Торопиться было некуда, и, когда меня окликнули во дворе, то остановилась с радостью, что появился предлог подольше оттянуть скучное возвращение домой.
- Извините, а вы здесь давно живете?
Голос показался мне знакомым и я с удивлением узнала вчерашнего парня.
- Может быть, сможете мне помочь? - смешинки в его глазах вздрогнул и заплясали, как снежинки на ветру, хотя лицо оставалось совершенно серьезным. - Понимаете, я тут ищу одного человека, точнее - девушку. Видел вот вчера, а даже имя спросить забыл, а теперь как дурак топчусь тут уже давно, замерз совсем.
- И как ваша девушка выглядит? - мне очень захотелось, чтобы он улыбнулся и парень как будто угадал мое желание.
- Как выглядит? - он посмотрел по сторонам. - У нее самые красивые в мире глаза...вы мне не верите? - и изящно поднял одну бровь.
- Почему, верю, - на улыбку было невозможно не откликнуться, такая шла от нее теплота и радость.
- Не верите, я вижу, - он погасил улыбку и его лицо моментально стало холодным и жестким. Я разочарованно вздохнула, а парень полез во внутренний карман куртки и начал там копаться. - Вот, посмотрите на нее, - он опять улыбнулся так, что мне захотелось подойти к нему и просто прислониться лицом к воротнику куртки, радуясь тому, что он стоит рядом, - правда, она красивая?
Он протянул мне небольшой предмет и на обшарпанные каменные стены побежали зайчики от попавших на маленькое зеркало ярких фонарей. - Алексей, - представился он и, по-военному, коротко кивнул головой.
- Лёшик...- протянула я, сама не зная почему.
- Точно, - обрадовался парень, и заулыбался во все тридцать два зуба открыто и радостно, - меня все так зовут! А ты откуда знаешь?
- Да не знаю я, просто само как-то всплыло. - Рука у Лёшика была холоднющая и, присмотревшись, я поняла, что он действительно здорово замерз. - Чаю горячего хочешь?
- Не откажусь, - обрадовался тот, - а то самому напрашиваться неловко, вдруг поймешь как-то не так. - Он передернул плечами под тонкой кожанкой. - Только я с пустыми руками сегодня.
- Да ладно, я все равно чай просто так пью.
В коридоре Лёшик даже присвистнул от удивления - огромный квадратный холл никто не воспринимал по его прямому предназначению, скорее он напоминал зал для танцев - лепнина на потолке была родная, дореволюционная, камин, хоть и нерабочий, но эффектный, а от роскошной мраморной полки на нем тащились все мои подруги. Из холла вели три двери - налево в маленький коридорчик, где был весь хозблок, и прямо в две комнаты с большими окнами.
- Обалдеть, как здорово! - сунулся он в камин с порога, присев на корточки и заглядывая в темное пространство дымохода снизу. - Топишь его?
- Нет, труба уже давно заложена, он просто для антуража.
Лёшик совершенно спокойно отреагировал на незнакомое слово и я решила присмотреться к нему повнимательней. Тонкий кашемировый свитер облегал хорошую фигуру, джинсы были явно не с рынка, как и ботинки без малейших следов грязи. Пахло совсем незаметно приятной туалетной водой и весь облик парня говорил о том, что он не разгильдяй и за собой следит.
- Руки где у тебя можно помыть?
Он долго грел замерзшие ладони под горячей водой и на мой вопросительный взгляд в дверной проем подмигнул и снова улыбнулся.
- Ты есть хочешь? - спросила я без особенного энтузиазма, соблюдая правила элементарной вежливости..
- А есть, что поесть? - удивился он, проходя на кухню. - Мне вообще-то все равно, что в рот бросать, хоть хлеба кусок сухого...
- Ну уж сухой хлеб я тебе предлагать не буду, - я заглянула в холодильник, оценивая содержимое, - а вот гречку могу погреть.
- Да я же сказал, что мне все равно, что есть, - Лёшик элегантно сел, закинув ногу на ногу, - не из королевского дворца сюда свалился.
- Гречкой, говорят, и короли не брезговали, - порезав лук, я кинула его на сковородку, - сосисок нет, не держу.
- Между прочим, я представился тебе еще во дворе, а ты мне так и не сказала, как тебя зовут, - парень, склонив голову, откровенно рассматривал меня сверху донизу, не скрывая любопытства и восхищения. - Тебе очень идут эти маечки, сразу видно, что спортом занимаешься и талия на месте. Так все же, как тебя зовут?
- Валерия, - поежившись под его пристальным взглядом, я повернулась к плите. Спортом я не занималась, считая излишней роскошью выкладывать деньги на модный фитнес, но с успехом восполняла его отсутствие долгими пешими прогулками, плаваньем по возможности и необходимым минимумом наклонов-приседаний, которые позволяли поддерживать себя в нужной форме.
- Ва-ллерия, - как-то особенно произнес Лёшик, делая ударение на букву "л", - красиво и тебе подходит. Римское имя, так звали одну из жен императора Клавдия. О ней писали, что она была потрясающая красавица, одна из первых начала завлекать мужчин различными прическами и афродизиаками, приготовленными на основе восточных смол и благовоний. В то время не было таких духов, как сейчас, они делались в виде мазей и применялись везде, где только можно. Представляешь, какой шел аромат от богатой да еще красивой женщины, когда она шла по улице? Валерия была знаменита тем, что в ее дорожном несессере хранилось уйма таких духов, которыми она завлекала мужчин. Ты что там творишь? - парень принюхался и вытянул шею, заглядывая на кухонный стол. - А яйцо зачем?
- Для каши, так вкуснее будет, - я была порядком удивлена рассказом Лёшика о Валерии Мессалине и не сразу откликнулась на вопрос.
- Ух ты, - удивился он, - я-то думал, что ты просто сухую гречку мне дашь, а ты там что-то потрясающее творишь...сейчас умру, захлебнувшись слюной!
- Подожди умирать, - сунула я ему тарелку, - ещё время не пришло. Лучше поешь, пока горячее.
Каша ему понравилась и он все доел до конца, только почему-то ел ее не ложкой, а вилкой. Когда тарелка была уже пуста, он вылизал её дочиста и обезоруживающе улыбнулся.
- Понимаешь, я не привык оставлять что-то, а тем более у тебя так вкусно получилось, что не сдержался, - смущенно объяснил он, отодвигая от себя тарелку. - Мне отец всегда говорил, что нельзя хлеб выкидывать, нельзя еду оставлять - люди вырастили, приготовили, а если недоедать и выбрасывать остатки, то это неуважение к чужому труду. Как с детства вдолбили, так я даже горелые корки не могу бросить. Дед у меня еще блокаду помнит, хоть и малой был совсем, так от его воспоминаний я хлеб ценю выше всего. Любишь черные горбушки с солью?
- С майонезом и чесноком, - я налила чай и села напротив. - И с соевым соусом.
- А я с солью люблю, особенно когда на компе сижу - сгрызть могу сколько угодно! Но только горбушки, мякиш это уже не то.
- Горбушек у меня нет, могу предложить печенье.
- Да спасибо, не надо. Я уже согрелся, поел, чего еще человеку надо? Ладно, погостил, пора и честь знать. А ты так поздно домой всегда приходишь?
- Нет, сегодня наша начальница отмечала свои именины, вот и засиделись на работе. Обычно я раньше прихожу.
- Лера, телефончик продиктуй, - Лешик достал трубку и начал жать кнопки, приготовившись записывать, - и домашний и мобильный. Если не хочешь давать, то так сразу и скажи, я понятливый.
- Да записывай, мне не жалко, - я налила еще одну чашку чаю и села напротив, похрустывая печеньем.
Лешик забил номера в сотовый и поднялся, прихватив свою пустую чашку. Подошел к раковине, налил немного воды из-под крана и выплеснул ее в туалет.