Страница 92 из 113
— Что значит — если состоится? — возмутилась Кэт. — Ты хочешь сказать, нас никто не хватится?
— Они не стали искать экипаж Берка в прошлом году. Хотя причин было более чем.
— Ты говорил — они не знали где корабль. Берк убрал маяк…
— Где находимся мы и Шарп, об этом тоже знаем точно только мы с Шарпом. Прикинь, когда на орбите в последний раз брали пеленг наших маяков. У них будет хороший повод просто объявить нас пропавшими без вести, как они сделали в отношении людей Берка. Охотники, мол, знают, чем рискуют. Ты же видишь, что творится в заповеднике… Ты сама сказала — Берк исчез на две недели, и никто даже не почесался. А тем, кто хотел проявить инициативу по розыскам его экипажа самостоятельно, попросту запретили соваться на планету. Инспектор Ливнев не зря начал проверку местной СОЗ. Василиадис там неизвестно что замутил. Нет, мы не можем рисковать катером.
— Если все так… — Крейг задумчиво потер лоб. — Тогда они ведь могут не начать спасательную операцию, даже если мы сами явимся на главную базу.
— Правильно рассудил, — сказал я. — Хуже всего, что мы не знаем, чем здесь занимался Стив. Но что бы он ни делал, случилось неудача. Возможно, его работодатели, с которыми он, несомненно, поддерживал связь, предпочтут, чтоб он пропал бесследно. Мы не знаем, кто они и каковы их цели.
— Мы тут болтаем, а время идет, — заметил Малыш. — Правда, ветер порывистый и без конца меняет направление, но часа за два мы доберемся туда и на скутерах. Хотя я могу и быстрее…
— Мы знаем, что можешь, именно поэтому ты и не полетишь — если не гробанешся по дороге, то точно не станешь проводить предварительную разведку местности в том районе, где сейчас находится «Миротворец», сразу сунешься в самое пекло. Полетим мы с Крейгом.
— Черта с два! — возмутилась Кэт. — Пускай Малыш останется приглядывать за лагерем, но я…
— Ты тоже останешься. — Я встал и взял ее за плечи. — Малыш верно говорит — не время болтать попусту, но не время и препираться. Если с нами что-то случится, только вы сможете вытащить нас.
Кэт, нервно дернувшись, стряхнула мои руки с плеч.
— Ты говоришь глупости, Пит. Последнее, что ты сказал — глупость. Ты просто хочешь, чтоб я осталась. Ну и что мы будем делать, если вы не вернетесь? Бросим вас здесь и уйдем на орбиту? Я этого не сделаю. Я не брошу тебя. Я не брошу Крейга. Малыш тоже без вас не улетит. Где мы будем вас искать? Намного безопаснее не разделяться.
— Кэт права, — сказал Рик. — Вспомни наше главное правило — все вместе, все заодно. Никто не уходит, если кто-то остался. С любой планеты уходим только вчетвером. Никого не оставляем.
— Сейчас вопрос один, — продолжила Кэт, — если только это вопрос. Идем мы искать Стива и его ребят или улетаем на орбиту?
Я видел, что их не переспорить.
— Хорошо, — сказал я, направляясь к выходу. — Идем все вместе. Биас, отключи «сторожей» и больше не включай — вдруг появится кто-то из парней Шарпа. После того, как мы взлетим, задраишь люк и будешь ждать.
Мы вышли из «Рейнджера» и пошли к скутерам. Рик бегом кинулся к машинам и первым делом установил на приборных щитках выпуклые диски усилителей приема передатчиков.
— Если положение не изменится к худшему, сможем поддерживать уверенную связь в радиусе пяти километров, — сказал он.
— Отлично, — ответил я. — Но давайте постараемся не расходиться так далеко. Лучше держаться в пределах прямой видимости. Всем одеть шлемы. Личным кибам — постоянную связь между собой и нами, без всякой фильтрации реплик. Сейчас любая мелочь может оказаться важной.
Если б охотники не помогали друг другу в беде, вряд ли кто из нас дожил бы до выхода на покой. Я окликнул Рика:
— Так, говоришь, лететь около двух часов? А если поднажать?
Лицо Малыша растянулось в широчайшей улыбке.
— Ну, если поднажать, то значительно меньше.
— Ты с Крейгом пойдешь первым, а мы с Кэт сразу за тобой. Давай, покажи класс, Малыш-на-все-плевать.
Рик без лишних слов надвинул шлем и сел в пилотское кресло. Крейг предельно снизил высоту сиденья стрелка и придвинул его вплотную к креслу Рика. Я вывел ветровое стекло своего скутера вверх до отказа. Гонка обещала быть что надо.
— Сторожевые роботы выключены, — доложил Биас. — Счастливого пути.
Скутер Рика свечой взмыл в воздух, набирая высоту — сверху будет легче засечь невидимый сейчас для наших радаров «Миротворец». Я поднял машину следом.
Вскоре наш лагерь остался далеко позади. Скутер Малыша увеличивал скорость бешеными темпами. Я мельком взглянул на спидометр — красный столбик индикатора уверенно преодолел отметку триста километров в час и быстро двинулся дальше.
Спустя сорок минут сумасшедшей гонки, выйдя в район, где по нашим расчетам находился корабль Шарпа, мы сбросили скорость, развели машины на пятьсот метров друг от друга и двинулись вперед. В полном соответствии с законом подлости, ветер, создававший проблемы всю дорогу, стих сразу после того, как мы прибыли на место. Температура повышалась, влажность росла. Собирался дождь.
Через полчаса я услышал в шуршащем помехами эфире возглас Рика и повел свой скутер влево, в его сторону, но он тоже взял влево и начал снижаться. Через минуту он крикнул: «Нашли!» — и указал рукой вниз. Мы были метрах в сорока друг от друга и в четырехстах метрах над землей. Под нами, на большой поляне стоял «Миротворец». С первого взгляда становилось ясно, что с кораблем не все ладно — картина напоминала последствия катастрофы при взлете или посадке. Его правый борт, которым он упирался в сплошную стену джунглей, был сильно помят. Правый блок маневровых двигателей сбит и валялся торчком у самой кормы, тоже поврежденной. Несколько деревьев-гигантов, вывернутых с корнем, упало в сторону зарослей, а два сломались и рухнули на корпус корабля. С воздуха мы хорошо видели место, где «Миротворец» стоял первоначально — трава и кустарник там были вмяты в землю брюхом трансгалакта, а вокруг виднелись расчищенные от кустов участки с установленными на них палатками и навесами для техники. Лагерь выглядел так, будто подвергся интенсивному обстрелу, как и вся местность вокруг, а неподалеку от него начиналась широкая полоса взрытой земли — там, где корма корабля пропахала поляну, содрав всю почву до скального основания. Повсюду в лагере валялась искореженная пулями и снарядами техника. Вокруг редкой цепью стояли сторожевые роботы, многие из них были повреждены и повалены на землю.
— Бог мой! — выдохнул в эфир Крейг. Мы осторожно снизились, и теперь разглядывали поляну, больше напоминающую поле боя, во всех подробностях. — Стив что, развязал на Тихой войну?
— Я больше хотела бы знать, с кем он воевал, — сказала Кэт. Она подняла свое сиденье, отодвинув его дальше от моего кресла, и вынула из седельного зажима свою винтовку.
— С кем бы Стив ни сражался на этом месте, он проиграл, — заключил Крейг. — На сеансе связи мы видели остатки разбитой армии. Но мы хотя бы знаем, что сам он остался жив. По крайней мере, оставался жив до сеанса.
— Всем приготовиться, — сказал я, и тоже отцепил винтовку, сняв предохранитель. — Снижаемся до предела, осторожная разведка с воздуха. Далеко не расходиться, из вида друг друга не терять. Кэт, Крейг, разверните кресла и следите за тылами.
Мы медленно вели машины над землей. Под большим навесом стояли три скутера, изрешеченных пулями. Одна из стоек, перебитая у самой земли, ушла в сторону и тент сильно провис. Четвертый скутер был совершенно разбит и выброшен из-под навеса ударом снаряда, который прошил его насквозь. Переносная станция для зарядки батарей лежала на боку. Опущенная задняя стенка бывшей столовой напоминала дуршлаг — столько в ней было отверстий от пуль; от стола и кресел остались лишь куски пластика и рваные клочья обивки. Жилые палатки тоже все прострелены, две сбиты, на месте третьей виднелась воронка от взрыва гранаты.
Я провел скутер за границу лагеря и, пролетев над сторожевым роботом, разваленным пополам попаданием снаряда, приблизился к развороченной корме «Миротворца». Там, в глубине разбитых разгонных двигателей стлался едкий дымок и проскакивали длинные трескучие молнии; время от времени вся корма одевалась сеткой разрядов. Толстенная стойка правого блока маневровых двигателей, согнутая и сломанная, упиралась в большое дерево. Сам блок сейчас лежал прямо под нами — огромный параллелепипед, смятый в гармошку спереди, ощерился рваной дырой там, где он раньше крепился к стойке; оттуда торчали концы оборванных кабелей и энерговодов.