Бессонница

– Мара, откуда у тебя мой номер? – Я сделал паузу, запоздало подумав о том, что это прозвучало не очень вежливо. – Что-то случилось?

– Твой номер я взяла у Лорены. – Я мог поклясться, что она как минимум лукавит, если не вдохновенно врет. – Но сейчас это не имеет значения… у меня беда !

– Какая беда?

– Похоже, у меня тут… чей-то труп.

– Какой еще труп, Мара? Где?

– Тут… рядом с клубом. То есть, я не уверена, что это… мертвый труп.

– Что, он живой? Живой труп ?! Ты уже успела выпить?

– Я сама не понимаю, что с ним, – призналась она честно, и я понял, что поездка в город на сегодня отменяется. – Он очень странный… я не могу понять, живой он или мертвый… и я не уверена, что это человеческий труп. Если это вообще труп.

– Пожалуйста, приезжай и помоги мне с этим разобраться. Мне нужно открывать клуб, а у меня тут такое! Я места себе не нахожу!

– Я буду минут через двадцать, хорошо?

– Хорошо, – печально ответила она. – Я буду ждать. Вы сможете меня найти в кабинете, это на втором этаже в том здании, где расположен клуб. Я распоряжусь, чтобы охранники вас впустили.

– Вакханки , – коротко пояснил я, и только после этого понял, что для Эдуарда это ничего не объясняет.

– Вакх… кто?

– Вакханки. Ты знаешь, кто такой Дионис?

– Конечно. Бог виноделия.

– А вакханки – это, если можно так выразиться, его прихожанки. Служительницы культа. Раньше они слонялись по миру, несли хаос, сводили смертных с ума, бесконтрольно устраивали оргии и поедали своих детей, если у них рождались мальчики. Когда их включили в цепочку выживания, им пришлось остепениться. Теперь они живут среди людей, некоторые – как Мара, например – даже имеют свой бизнес. Конечно, зов крови и старые привычки невозможно полностью изжить, но оргии они теперь устраиваю за городом, а пять килограмм мяса, которые они съедают на обед, можно купить в обычном супермаркете.

– А… она со мной ничего не сможет сделать? – спросил он.

– Она может тебя изнасиловать. Кстати, они могут продолжать это веселье довольно долго. А если к ней присоединятся подружки, то бесконечно. Но сегодня она не в настроении, у нее проблемы .

– Хотя бы одна положительная новость за весь день…

– Где твои подруги? – полюбопытствовал я.

– Они так разволновались, бедняжки, я отправила их поспать. – Мара посмотрела на Эдуарда. – М-м-м… а я знаю тебя. Ты Эдуард Мун, художник. Правильно? Я люблю твои картины. Я купила одну из галереи. С Демоном Реки. Она висит у меня дома, в спальне, над кроватью. Она прекрасна. Труп – это ужасно, правда? – Эдуард моргнул и недоуменно воззрился на собеседницу, пытаясь понять, как это она перескочила с одной темы на другу. – У меня пропал аппетит – за обедом я смогла съесть только пять куриных ножек! Что со мной будет? В последнее время у меня и так нет аппетита, а если буду продолжать в таком ключе, то похудею, испортится цвет лица, ногти начнут ломаться…

– Мне… очень жаль, что у вас пропал аппетит, – осторожно ответил Эдуард. По его лицу можно было понять, что «пять куриных ножек» не ассоциируются у него с плохим аппетитом.

– Мара, покажи мне труп, – вмешался я. – Потом вы с Эдуардом сможете обсудить все темы на свете.

– Охранники отнесли его в подвал. Не хватало мне только того, чтобы он лежал у всех на глазах! В подвале не было места, пришлось полчаса передвигать вещи. Надо будет завести еще один подвал, побольше. Интересно, сколько это будет стоить?

– Не обращай внимания, – шепнул я Эдуарду, пока Мара рассуждала вслух о том, в какую сумму обойдется ей новый подвал. – Они обычно много говорят, а в стрессовых ситуациях рот у них просто не закрывается. Слушай и кивай, не обязательно даже отвечать.

– Вот он, – сказала она, кивнув на лежавший на полу брезент.

– Плохие новости – он мертвее самого мертвого на свете трупа, – начал я. – А теперь давай посмотрим, кто это. Заодно и проверим, не ждут ли нас новости похуже .

– Ох , – коротко отреагировала на мое заявление Мара.

– Что это? – спросила Мара недовольно. – Он вампир?

– Вампиры уже мертвы, так что после смерти тела не остается. Это полуобращенный Незнакомец.

– Да это же Джонатан! – заговорил Эдуард. – Тот самый, который был с Анной тогда, в метро!

– Да. – Я снова оглядел молодого человека. – До Незнакомца ему оставалась максимум неделя.

– Она убила свое создание? Почему?

– Хороший вопрос, на который у меня пока нет ответа. Скорее всего, ее что-то напугало. Сильное эмоциональное потрясение.

– И что теперь с ним будет?

– Он пролежит тут еще несколько дней, а потом начнет разлагаться, и тогда твой клуб начнут обходить за несколько миль.