Бессонница

– Ты меня укусил ! – завопила она. – Как ты мог?! Ты чертов наркоман и маньяк! И я впустила тебя в свой дом?! Сейчас же уходи!

– Зачем же распускать руки? – спросил я, потирая щеку.

– Да ты настоящий психопат! Как я выйду из дома в таком виде? Что обо мне скажут?!

– Наркоман, маньяк, вампир, психопат, – перечислил я. – На твоем месте я бы подумал перед тем, как высказывать следующее оскорбление. Следы от укуса пройдут максимум через пару часов, так что нервничать не стоит. Но помни о том, что я нахожусь на добрый десяток ступеней выше тебя в цепочке выживания.

– Что-то я не заметила, что сейчас ты находился на грани жизни и смерти, – сказала она. – Совсем наоборот – ты очень хорошо себя чувствовал!

– Верно. Поэтому я выпил меньше, чем мог, и твоя жизнь и здоровье под угрозой не оказались. Или ты плохо себя чувствуешь?

– Нет. Но ты мог сделать это более цивилизованно . Попросить у меня разрешения, например. Но уж точно не кусать! Вообще-то, я испугалась !

– Я не хотел тебя напугать. Но дело в том, что я, в отличие от вампиров, не смогу выпить ни капли, если твое сердце бьется в нормальном ритме. В момент оргазма, как ты понимаешь, оно бьется быстрее. Говорят, в таких случаях кровь приобретает особый вкус.

– Ну ты… – Мара осеклась, вспомнив о моем предостережении, и снова взглянула на себя в зеркало. Одним из самых положительных моментов в поведении вакханок было то, что у них практически полностью отсутствовал инстинкт самосохранения: она могла испугаться, чудом избежав автомобильной аварии, но уже через пять минут думала о том, что ей нравится ощущение опасности, и проделывала опасный маневр на дороге еще раз. Вот и теперь она улыбалась своему отражению, и страха в ней уже не осталось. – Ты знаешь, наверное, я перегнула палку. Подумаешь, какие-то следы. Мне даже понравилось. В этом есть что-то… животное и первобытное. – Она подошла ко мне и заглянула в глаза. – Хочешь еще чуть-чуть?

– Очень, но тогда я не выйду из твоего дома на своих двоих.

– Это скучно. – Она помолчала, внимательно изучая мое лицо. – Пойдем, поплаваем под луной?

– Как-нибудь потом. Ты мне кое-что обещала, помнишь?

– Ах да. Вопросы. Что ты хочешь узнать?

– Эта женщина из Ордена. Подумай хорошенько и попытайся вспомнить – она точно ничего у тебя не спрашивала? Может быть, о своих коллегах? Или обо мне?

– Если это на самом деле твоя сбежавшая жена, то вкус у тебя отменный, не могу не признать. Но о тебе она не спрашивала. Я уже сказала, что она ни о чем не спрашивала. Просто пришла и ушла.

– Зачем ты приехал в Треверберг? – спросила она. – Ищешь Незнакомцев?

– А ты можешь мне в этом помочь? Они любят увеселительные заведения, может, они заглядывали и к тебе.

– Давно. Один раз. Это был молодой мальчик, максимум лет пятьдесят. Он вел себя настороженно, всего боялся… ну, ты знаешь, как это с ними бывает. Было бы глупо ожидать от создателя, который насильно обращает кого-то, ускоренного курса «как быть вампиром».

– И что же мальчик?

– Поискал жертву, но никто не отозвался . И он ушел ни с чем. Скорее всего, уехал из города. А теперь… теперь тут либо никого из них не осталось, либо они хорошо прячутся. И, скорее всего, последнее. Этот город создан для таких, как они.

– Назови мне свое настоящее имя, – попросила она.

– Хочешь попробовать меня приворожить? Я могу притвориться, что у тебя получилось.

– А как же Лорена?

– Лорена – это особый разговор.

– Я немного подремлю, – заговорил я. – Но тебе я спать не советую.

– Это почему же? – удивилась Мара.

– Когда я сплю потому, что чувствую усталость, мне иногда снятся плохие сны . Если кто-то спит рядом с нами, то ему снится то же самое.

– Хорошо. Тогда я просто полежу с закрытыми глазами, а ты отдыхай. Я буду охранять твой сон.