Страница 33 из 61
Достигнув заданной точки погружения, «Немо» встает на якорь и повисает над поверхностью дна, как аэростат в воздухе. Помимо якоря, солидным балластом, гасящим излишнюю плавучесть «Немо», является лебедка, вмонтированная в основание обсерватории.
При помощи лебедки можно легко менять глубину погружения, обходясь без каких-либо гребных винтов и рулей.
Во внутренних покоях «Немо» разместились два комфортабельных откидных кресла, превращающихся в постели для ночного отдыха.
Впрочем, ночь — понятие весьма условное в глубинах. Она наступает «по первому требованию», стоит лишь выключить светильники и забортные прожекторы…
Однако пока еще неизвестно, кто станет первым капитаном «Немо» и когда именно выйдет в море подводная обсерватория с прозрачными стенами.
Лет двадцать пять — тридцать назад, чтобы добыть нефть со дна моря, с суши бурили наклонные скважины. Можно было сделать «подкоп» лишь на 300–600 метров от берега. Запустить стальные руки дальше, как правило, не удавалось. Но прошло немного времени, и буровые вышки-небоскребы смело вышли в море. Затем появились плавучие острова. Но нефтяники вскоре убедились, что у буровых на плаву есть своя ахиллесова пята.
Вспомним с детства знакомые истории о погибших кораблях. Какая книжка о морских приключениях обходится без кораблекрушений! Во время сильных бурь шли ко дну десятки судов. Но если гибнут корабли, то каково же приходится тогда в бушующем море плохо управляемым и громоздким буровым платформам!
За последние годы штормы и ураганы на морских нефтепромыслах унесли немало человеческих жизней и причинили материальный ущерб, оцениваемый в сотни миллионов долларов. Только за несколько месяцев 1965 года в США, например, было уничтожено пять плавающих буровых платформ, которые обошлись в сорок пять миллионов долларов.
Одна из самых ужасных катастроф случилась у берегов Англии в Северном море, которое в самое ближайшее время, видимо, станет одним из крупнейших нефтепромыслов в мире. Нефтяной лихорадке, разразившейся здесь, особенно благоприятствовало то, что Северное море довольно мелководно. Глубина его, как правило, менее ста восьмидесяти метров.
Однако в этом нефтяном Эльдорадо людей ждали не только успехи. В сочельник шестьдесят шестого года во время зимнего шторма опрокинулась и затонула буровая платформа «Си Джем» — «Морская драгоценность», принадлежавшая английской фирме «Бритиш петролеум».
Незадолго перед катастрофой с борта искусственного острова пробурили трехкилометровую скважину под водой. Геологи обнаружили богатейшее месторождение спутника нефти — горючего газа. Закончив работы, экипаж буровой начал готовиться к переезду на новое место. Но в это время начался сильный шторм, одна из опор надломилась, и буровая опрокинулась…
На помощь терпящим бедствие отправились корабли и вертолеты. Однако спасти удалось лишь немногих. Около двадцати человек — более половины команды — погибли в студеных водах Северного моря…
Гораздо безопаснее, да и дешевле, было бы устроить нефтяной «рудник» на дне морском — тогда ему не страшны никакие штормы и ураганы.
Леон Дэнфор, ученый-гидродинамик, работающий в фирме «Нортрон корпорейшн», предложил проект подводного нефтепромысла будущего. Это целый городок на дне. Он может действовать на самых дальних границах континентального шельфа — на глубине 300–350 метров.
Центр подводного «сити» — дом, напоминающий «Сихэб». Такой же просторный и комфортабельный. Только у него не шесть, а пять «лучей». Здесь будут жить буровые мастера и нефтяники. Всего сорок-пятьдесят человек.
Рядом с домом разместятся три огромных буровых ангара, похожих на газгольдеры.
Обитатели подводного «сити» дышат газовой смесью. Давление синтетического воздуха равно давлению окружающей воды. Но океанавтам редко придется покидать свое убежище. Ведь все буровые машины — под крышей, а не в открытом море, как во времена «Преконтинента-три».
В ангарах сухо и тепло. Они соединены с гостиницей и между собой галереями. Поэтому океанавты ходят на работу и возвращаются с нее, даже не замочив ног. Машины сверлят грунт сквозь прорези в палубе ангара. Вот только трубы уложены связками вдоль наружных стен. Все остальное — здесь же, под рукой.
Для транспортировки грузов и перевозки экипажа с поверхности и обратно служит особая канатная дорога с водолазным лифтом. Каждый из ангаров имеет свою дорогу. Колея канатного пути удерживается на буях.
Прежде чем покинуть подводный прииск, океанавты проходят декомпрессию. Салон для декомпрессии открыт в «звезде».
Отправляясь в подводное странствие, океанавты вызывают подводное «такси», в которое они усаживаются, не снимая аквалангов, или подлодку. Лодка подплывает к одному из шлюзов, стыкуется, и океанавты переходят на корабль. Можно отправиться в путешествие на гусеничном вездеходе или в подводных катамаранах.
Подводный «сити», разработанный Леоном Дэнфором, — это в то же время и океанографическая станция. Ученые смогут добыть здесь много ценных сведений о жизни моря на больших глубинах.
Леон Дэнфор сделал и другое предложение — основать его «сити» на одной из вершин Среднеатлантического хребта, разделяющего океан на западный и восточный бассейны. Глубина Атлантики здесь — около трех тысяч семисот метров!..
Не слишком ли смел проект Дэнфора, не граничат ли его планы с утопией? Будущее покажет. Пока же этим проектом заинтересовалась и другая крупная фирма — «Дженерал электрик».
Она решила строить подобную станцию у подводной гряды в Атлантическом океане. Трудно предугадать, какие тайны откроются людям, дерзнувшим поселиться под четырехкилометровым покровом гидросферы…
В одном из самых жарких уголков земного шара — калифорнийской пустыне Мохав — за много миль от моря строится глубоководная обсерватория, еще более удивительная и совершенная, чем «Немо». Внешне она напоминает акриловую станцию — такая же прозрачная и круглая, однако стенки ее не синтетические, а… стеклянные.
Стекло сейчас все больше увлекает конструкторов подводных кораблей и научных станций на дне моря. Первые стеклянные аппараты, правда небольшие, были созданы еще лет пять-шесть назад. Недавно американцы спустили на воду подлодку-малютку из стекла со стенками толщиной девяносто миллиметров. При испытаниях прозрачная субмарина выдержала давление, соответствующее погружению на… двадцать километров!
Подводная обсерватория, строящаяся в пустыне Мохав, может спускаться на глубину шести тысяч метров — в двадцать раз глубже «Немо». Внешне же она будет очень похожа на акриловую обсерваторию, экипаж ее тоже будет состоять из двух человек.
Что и говорить, подводный дом-шар из стекла весьма заманчив. Но, к сожалению, у него есть своя ахиллесова пята. Всякие отверстия для кабелей и механизмов резко снижают прочность его прозрачных стен.
Как же справились с этой трудностью создатели мохавской обсерватории?
Внутри стеклянного домика находится лишь самое необходимое для жизни: баллоны с дыхательной смесью, поглотитель углекислого газа, продукты, пресная вода, а также приемник-передатчик для связи и пульт управления.
Вся остальная аппаратура — снаружи. Это сделало домик более просторным, а самое главное — уменьшило количество опасных «сквозных ран» в стекле.
Стало просторнее. Но каким образом уменьшилось число сальников? Казалось бы, их должно стать еще больше. Ведь за порогом дома оказалось не только обычное забортное оборудование, но и такое, которое по всем правилам должно бы находиться в рубке.
Вне сферы установлены эхолот, механические клешни для сбора образцов, измерители скорости погружения, электродвигатели, источники энергии — аккумуляторы или топливные элементы и некоторые другие приборы.