Страница 56 из 102
— Мама, — успел еще шепнуть Бобеш, идя к люльке, — а ты сосиски обязательно принесешь?
— Принесу, — ответила мать.
Бобеш качал люльку и мечтал о кладе. Придет время, он вырастет, будет такой, как отец, отправится в далекие страны, туда, где мало людей и много-много золота, и будет искать клад. Он слышал однажды от учителя, что есть на свете такие страны, где находят слитки золота величиной с булыжник. Вот в такую страну он, Бобеш, и отправится. И, может быть, скажет Гонзику, чтобы тот тоже пошел. И, когда у него будет много денег, он обязательно раздаст бедным, кому сейчас, как говорит дедушка, может быть, даже хуже, чем им, живется. Бобешу вдруг стало хорошо-хорошо! Он был очень рад, что раздал деньги бедным и все стали богатыми.
— Дедушка, — спросил он вдруг, — говорят, есть на свете страны, где можно найти золото.
— Есть, Бобеш, но это очень далеко.
— Дедушка, а это не сказка? На самом деле есть такие страны?
— Правда, Бобеш, есть.
— Хорошо, дедушка, тогда я туда поеду и привезу золото.
— Ну, порадовал ты меня, Бобеш! Значит, когда-нибудь еще заживем!
— Ты знаешь, дедушка, обязательно заживем! Я тебе куплю трубку.
— Это дело!
— А знаешь, что я куплю бабушке?
— Нет, не знаю.
— Новые очки, а то у нее выпадают стекла.
— Вот она будет рада!
— А еще я тебе, дедушка, куплю шубу.
— Вот молодец, а то мне на самом деле холодновато.
— Эй, эй, дедушка! — воскликнул Бобеш. — Франтишек уже не спит, смеется.
— Да это он тоже радуется, что ты пойдешь искать клад.
— Дедушка, мне кажется, ты надо мной смеешься. Ну вот увидишь, когда я вырасту, я, честное слово, пойду искать золото!
— Да я тебе верю, — ответил дедушка.
Мать тем временем вернулась, вынула из люльки Франтишека, поцеловала его и сказала: «Ты мое золото».
— Как он хорошо выспался, моя радость! Как он хорошо выглядит! Ну видишь, вот Бобеш. Вот он, вот Бобеш! Такой непоседа! Не любит он качать Франтика. Я тебе, я тебе, Бобеш! Я тебе задам! — грозила мать Бобешу пальчиком Франтишека.
Бобеш засмеялся и спросил:
— Мама, а когда Франтишек начнет говорить?
— Пожалуй, не раньше чем через год.
— Так не скоро? И я тоже так долго не говорил?
— Тоже.
— Ну ладно, я пойду немножко погулять.
— Бобеш, не ходи. Я должна отнести работу, а ты здесь с бабушкой и с дедушкой присмотришь за мальчиком… Не капризничай, Бобеш, ты же знаешь, что я тебе обещала. Но, если ты не будешь слушаться, ничего не получишь.
— Я буду, мама, — сказал Бобеш, но ему все-таки очень хотелось пойти на улицу.
На улице лежал снег, и за рекой на холме, как раз там, где запускали осенью бумажного змея, были теперь каток и горка. Там каталась на санках Миладка. Бобеш подумал-подумал и решил, что сосиски все-таки лучше, чем кататься с Миладкой на санках.
Целый час с нетерпением он ждал мать. И когда бабушка заговорилась с маленьким Франтиком, то не утерпел и побежал на улицу ей навстречу. Зимой парадные двери были закрыты, и в подъезде было совсем темно. Бобеш шел ощупью, вытянув вперед руки. Он боялся на что-нибудь наткнуться. Вдруг двери распахнулись, и из сапожной мастерской выскочил стремглав Пепик с тазом, полным грязной воды. Он впотьмах налетел на Бобеша и обдал его всего помоями. Пепик закричал, закричал и Бобеш, но было уже поздно. От крика вода не высохла.
— Ах ты, противный мальчишка! — замахнулся Пепик на Бобеша. — Лезет прямо под ноги!
— Что здесь такое происходит? — спросила хозяйка, появившаяся в дверях. Она уперла руки в бока и остановилась на пороге.
Увидев перед дверью большую лужу, хозяйка закатила Пепику оплеуху… собственно, хотела закатить, но едва размахнулась, как Пепик нагнулся, подставил таз, и хозяйка разбила себе об него руку.
— Ах ты прок… хулиган… из-за тебя я всю руку разбила!
Вышел хозяин, схватил Пепика за шиворот и закричал:
— Я тебя научу вежливости!
Бобеш смотрел как очумелый, сколько Пепик получил подзатыльников.
— Проходи, мальчик, — сказал хозяин. — Что ты нам несешь?
— Ничего, я шел не к вам, — ответил Бобеш.
— Ну, проходи, проходи. Ты должен обсохнуть. Ведь с тебя течет, как с водяного.
Он взял Бобеша за руку и закрыл за ним дверь.
— Как же я ушиблась, как же я ушиблась! — стонала хозяйка и держалась за руку.
Бобеш смотрел на стол, за которым сидели два ученика и еще один подмастерье, и заметил, как один паренек подмигнул другому и засмеялся. А тот, у которого на коленях были ботинки, посмотрел в сторону хозяйки и, увидев, как она поглаживает себе руку, криво усмехнулся. Потом обернулся и подмигнул другому. Тот усмехнулся тоже. Пепик сидел в углу, резал какую-то кожу, иногда вытирал себе глаза, сморкался, смотрел на Бобеша, морщил нос, грозил ему кулаком и даже показывал язык. Бобеш испугался.
— Я пойду, — сказал он.
— Куда же ты пойдешь? — спросила хозяйка.
— Встречать маму.
— А где твоя мама?
— Пошла относить работу.
— Шитье?
— Да. Отнесет шитье и купит мне сосиски! — похвастался Бобеш.
— Сосиски?
— Да.
— Хорошо живете, если мать сосиски покупает, — сказала хозяйка и снова погладила себя по руке.
Бобеш хотел было добавить, что мать принесет ему еще и хлеба, но хозяйка ушла в комнату. Вернувшись, она сказала Бобешу:
— Ну, беги, мальчик, встречай свою мать и скажи ей, чтобы она зашла к нам.
У Бобеша куртка и штаны были еще мокрые, но он об этом даже не думал. Думал только о матери. И, как только вышел на улицу, сразу ее встретил.
— У тебя мокрая куртка! Что ты снова натворил? — нахмурилась мать.
— Меня облил Пепик, но он нечаянно. Он меня не видел, и я его тоже. Знаешь, как ему попало за это от хозяев!
— Ну, пойдем домой. Ты такой мокрый, опять еще заболеешь…
— Мама, хозяйка велела тебе передать, чтоб ты к ней зашла.
— Она сейчас тебе наказала?
— Да, сейчас.
— И она спрашивала, где я?
— Да. Я сказал, что ты пошла относить работу.
О своем разговоре с хозяйкой относительно сосисок он почему-то умолчал, только шепотом спросил у нее:
— А ты принесла мне сосиски?
— Опять они будут требовать денег, — сказала как будто про себя мать и на вопрос Бобеша вообще не ответила.
Мать отнесла сумку сначала в кухню, а потом положила ее в комнате на стол. Бобешу не велела ни к чему притрагиваться, пока сама не вернется.
— Отец еще не пришел? — спросил Бобеш дедушку.
Дедушка стал жаловаться матери:
— Йозеф совсем спятил. Сразу после болезни — и уже полдня в лесу. Там еще поймает его лесник ненароком…
— Да, — махнула рукой мать и пошла к двери. В дверях сказала дедушке: — Мне через Бобеша хозяева передали, чтобы я к ним зашла. Опять, наверное, чувствуют, что у меня есть немного денег, будут требовать за квартиру.
— А откуда они знают, что у тебя есть деньги? — спросил дедушка.
— Ну, это они выудили у Бобеша.
Бобеш хотел спросить мать, что они у него выудили, но мать была уже в дверях.
— Тебя опять выспрашивали хозяева, Бобеш? — спросил дедушка.
— Ты должен был сказать, что не знаешь, куда пошла мать, — укоряла бабушка.
— Бабушка, мама же сказала, куда пошла.
— Ты глупый.
— А почему, бабушка?
— Потому.
— Дедушка, почему я должен был сказать, что не знаю, где мама?
— Потому что они будут требовать у матери деньги.
— А почему, дедушка?
— Потому что мы должны им за квартиру.
Это Бобеш уже понимал. Слова «долг», «должны» слышал он частенько. И однажды, когда он спросил об этом маму, она объяснила ему все подробно. Теперь Бобеш понял, почему он не должен был говорить, где мать. Он был еще очень мал, но уже знал, что лучше бывает, когда у матери есть деньги, чем когда их нет. Когда есть деньги — есть хлеб, молоко, сахар. И все веселые. А когда нет денег — нет ни хлеба, ни всего остального. И все грустные.
— Но, дедушка, ведь у хозяев много денег. Ты же сам говорил, что они богатые. Значит, деньги им не нужны. У них и детей даже нет. Зачем же им тогда деньги?