Страница 19 из 42
Так как студенты, слушавшие этот предмет, в большинстве своем являлись первокурсниками, то напрямую, в лицо, они не решались его вразумить, но все же взгляды, бросаемые на новичка, были весьма недружелюбными и красноречивыми.
Ли Хэн живо положил руки на парту и постарался сделать вид, будто усердно занимается. Но тут неожиданно для себя обнаружил, что учебник, которым предложила ему пользоваться сидевшая рядом студентка, вдруг сдвинулся в сторону.
Самую малость, сантиметра на три! Но это стало прямым показателем того, насколько презирали его другие ученики.
Профессор улыбнулся.
– Мне думается, мы еще неоднократно будем с вами беседовать о возникновении и развитии виртуальной реальности. Ну, а теперь, может, хотите послушать немного о так любимой вами Королевской дороге?
– ДА!
– О–о–о, расскажите, пожалуйста, профессор.
Популярность Королевской дороги была абсолютной также и среди учащихся. Из всех студентов факультета Виртуальной реальности не было ни одного, кто не играл.
– Ну, что ж. Увлечение виртуальной реальностью только поможет вам в обучении. Кстати, а что вы все думаете о способностях творческих классов?
Для многих вопрос профессора прозвучал как гром среди ясного неба. Однако смышленые студенты догадались, к чему он вел. Навыки творческих классов в Королевской дороге сейчас проходили стадию переоценки со стороны всех игроков.
Например, песня, которую исполнял бродячий бард–поэт, придавала приключениям толику романтики. И даже при выполнении очень похожих заданий, если в одной из групп были бард или музыкант, то и молва о подвигах этих игроков распространялась дальше, и Славы они получали значительно больше. Благодаря этому при выполнении все более трудных и опасных заданий уже стало обыденным брать с собой в бардов.
Это же касалось и художников. Говорили, что картины, которые рисовал игрок Беранога, аристократия с материка скупала с горящими глазами.
Портрет же увеличивал авторитет и добавлял Славы и Благородства. Если в деревне на видном месте повесить изображение играющего, то у данного игрока появлялась возможность взять особое задание, которое не могло быть получено в обычное время. Задание, которое иначе НИПы давали только при крайне высоком уровне дружбы.
Как результат, значимость художников для других игроков возросла. О самом же классе теперь стали говорить, что он увеличивает известность путешественников посредством рисунков.
– Если бы мы говорили о художниках еще несколько месяцев назад, то мнение о них сводилось бы примерно к следующему: 'Эй! Чего это ты тут сидишь да рисульками занимаешься, когда за стенами полчища орков?!' Не правда ли? Так думало большинство. Но сейчас в Королевской дороге мнение о творческих классах кардинально меняется. И большая часть людей считает, что этот путь хоть и не из легких, но зато если ты смог чего–то на нем добиться, то уважение и почет тебе обеспечены, причем даже большие, чем ремесленникам.
С этими словами профессора студенты были согласны.
– Действительно, это же так здорово – быть художником и путешествовать по удивительному Версальскому континенту.
– Великие люди, распространяющие искусство в землях, полных неизвестности и хаоса!
Кажется, некоторые студенты и вовсе замечтались.
Откровенно говоря, даже взяв обычного Воина или Паладина, которые практически не погибали в сражениях, это не прибавляло игрокам безопасности при путешествиях по миру игры. В то же время пусть Художники и обладали слабыми боевыми способностями, из–за чего их походы по континенту были более рискованными, зато они могли творить шедевры и этим не только ободрять окружающих игроков, но и зарабатывать всеобщую славу и почет.
Неудивительно, что таким классом многие начали восхищаться.
– Я вот тоже в последнее время частенько думаю, что стоило тогда выбрать один из творческих классов.
– Творить шедевры, получая уважение и восхищение людей... Блин, это же чертовски заманчиво.
В аудитории поднялся гул.
Ли Хэну же захотелось ругнуться.
'Ёшкин кот, да вы все живете в мире иллюзий'.
Стоило бы только побывать ученикам в городе художников, Родиуме, как все их сказочные представления тут же бы лопнули, как мыльный пузырь! По меньшей мере, они бы узнали, что такое боль, горечь и голод, когда созданные тобой произведения не получают должной оценки со стороны других игроков!
Ли Хэн прекрасно помнил эти деньки, когда ему приходилось продавать сделанные со всем прилежанием статуэтки всего за несколько медяков. Когда он в сотый, тысячный раз вступал в спор с игроками, которые пытались по максимуму сбить цену, считая, что плодами скульптора являются бессмысленные поделки.
Так что те, кто на себе не испытывал подобное, не могут рассуждать об искусстве.
Безусловно, сам Ли Хэн тоже не был чистым, как ангел. К влюбленным парочкам он не грешил применять всевозможную лесть, стараясь выручить за статуэтку хоть на копейку, но больше, а для глупцов специально взвинчивал цены.
Чего скрывать, Хэн был скульптором, который готов обчистить ваши карманы до последней монетки!
Выждав, пока галдеж в аудитории немного поуляжется, профессор продолжил.
– Художники получают опыт и Славу, если сделанные ими после всех усилий и страданий произведения искусства признаются как имеющие художественную ценность. Для них это действительно большой успех, когда работа получает оценку 'прекрасная', 'великолепная' или 'грандиозная'. А вот скажите, знаете ли вы, что является критерием, определяющим ценность работы?
В зале тут же поднялась рука.
– Меня зовут Ким Хенджун, профессор. А разве это определяется не уровнем мастерства соответствующего навыка?!
Это был вполне закономерный ответ, который, в принципе, можно назвать здравым. Потому что повреждения, наносимые большинством атакующих техник, например, фехтования или стрельбы из лука, определяются по уровню навыка.
Ли Хэн слегка мотнул головой.
'Уровень навыка – это не все'.
Даже когда его скульптурная техника была на начальном уровне, некоторые хорошо сделанные скульптуры получались 'прекрасными'. В то же время после повышения техники до среднего уровня скульптуры, созданные без больших усилий, не могли получить какой–либо художественной ценности.
Допустим, вы достигли высшего уровня скульптурного мастерства и теперь штампуете скульптуры одну за другой. Можно ли назвать это искусством? Безусловно, свойства используемых инструментов, материалов или уровень навыка оказывают в какой–то степени влияние на работу, но не настолько, чтобы считать их определяющим фактором.
– Нет, вы не правы. Может, еще у кого есть другие варианты? Прошу, не стесняйтесь.
– Меня зовут Пак Сумин. Профессор, а может, все меняется в зависимости от проработанного образа?! – произнесла одна девушка в очках.
Она сидела через два ряда сбоку от Ли Хэна.
'И это тоже неверный ответ'.
Если бы это было так, то невероятно массивная, но не слишком детализированная статуя Ледяного дракона не стала бы "великолепной'.
Проработанный образ. Конечно, он в какой–то степени тоже играет роль. Но суть искусства ни в коем случае не может определяться одной техникой. Если стараться просто тщательно изображать все, вплоть до мельчайшей детали, то такую скульптуру нельзя будет назвать произведением искусства.
Система Королевской дороги, которую знал Ли Хэн, не была настолько глупой.
'Но все же безрассудно делать упор только на одни размеры. Ведь если даже создать огромную скульптуру, при этом не вложив в нее больших усилий, то ничего не получится'.
Свои ответы озвучили еще несколько студентов, но профессор каждый раз говорил лишь 'нет' и спрашивал, есть ли еще какое–нибудь мнение.
В конце концов, когда больше уже никто не выдвигал предположений, профессор сказал:
– Тогда мы поставим вопрос по–другому. Давайте отстранимся от специфических условий, которые нам предложены в Королевской дороге. Как в нашем реальном мире можно оценить ценность искусства?