Страница 4 из 74
В соседней земле Сулима с «гвардейцами», как и предполагалось, никто не ожидал. Поэтому местное отделение охраны сдалось фактически без боя. Охранники тут же были разоружены, заботливо перевязаны веревками и методично, но аккуратно избиты. После чего Сулим прочитал им лекцию о том, кто есть кто в этом горном краю, и, оставив их в полном недоумении, так же весело под восторженные вопли «гвардейцев» помчался к себе восвояси исполнять сложные вице-премьерские обязанности.
Протесты соседей поступили уже через несколько часов. Поняв, что реакции со стороны руководства Чечерии не будет, соседний губернатор обратился непосредственно к Большому Брату. И через два месяца Сулим был представлен к награде: он получил звание Героя Большой Земли. За высокую боевую готовность к борьбе с террористами всех мастей.
Теперь душа Сулима успокоилась окончательно. Он понял, что, не смотря на свой молодой возраст, он вполне сможет управлять этой сложной страной. А, может быть, его ожидает и более высокая миссия.
6
Рано утром в соседней комнате противно задребезжал мобильный спутниковый телефон. Вставать очень не хотелось. Тем более, что вчера до поздней ночи пришлось резаться в бильярд. Причем на кон сначала был поставлен гранатомет «Муха», а затем пришлось тащить два ящика снарядов к нему. Дело чуть не дошло до любимого джипа. Но вовремя удался дуплет в правую лузу, и вместе со спасенной партией был спасен верный «боевой товарищ». Впрочем, и гранатомет был заменен трофейным «калашом» в придачу к которому дали пару заряженных магазинов. От вечернего напряжения голова отчаянно болела, но телефон не прекращал верещать. И Сулим нехотя побрел в соседнюю комнату.
— Здорово, брат. Это Ачик. Ты что, еще спишь? Пора вставать. Тебя ждут великие дела!
— Кто это? — не понял спросонья Сулим.
— Я же тебе сказал: это Ачик. Ну, если хочешь, Браток. Теперь понятно?
— Угу! — Сулим моментально взбодрился и начал бегать по комнате, одной рукой придерживая трубку телефона, а другой делая круговые движения.
— Кончай бегать. От твоего сопения у меня в голове звенит.
Сулим остановился посреди комнаты, глухо перевел дух и плюхнулся на топчан.
— Прости, брат, я тебя внимательно слушаю.
— Сегодня вечером ты должен быть у меня в Палате. Сейчас садишься в самолет и дуешь на всех парах. Тебя встретят и прямиком ко мне. И не забудь, пожалуйста, мою долю за прошлый транш.
— Да, да, конечно. — Сулим поскреб пятерней в бороде. — У меня уже давно все приготовлено.
— Вот и ладно. Только чтобы никто не знал, куда и зачем ты направился.
— Это — само собой! — Сулим завалился на спину и начал дергать в воздухе ногами.
— Ну что ты опять запыхтел, как паровоз? Мы тебе героя прилепили, чтобы ты остепенился. А ты ведешь себя несерьезно. Я все сказал. Вечером у меня, как штык.
В трубке раздались короткие сигналы отбоя. Сулим еще некоторое время повертел ее в руке и бросил на топчан. Затем длинно витиевато выругался и поплелся на кухню.
После чашки горячего зеленого чая немного полегчало, но голова по-прежнему оставалась тяжелой. Поэтому пришлось выскочить во двор и вылить на нее целый кувшин холодной воды. Затем взял палку и громко постучал в соседнее окно. На стук моментально появилась лохматая сонная голова.
— Сули к, ты чо в такую рань бушуешь?
— А ты, паразит, немытая рожа, с утра даже намаз не прочтешь. Тебе бы только дрыхнуть. Делом заниматься надо. Ачик звонил.
— Кто, кто?
Сулим осекся на полуслове, прикусил язык и погрозил высунувшемуся из окна палкой.
— Давай дуй сюда! Много болтаешь! Ты мне нужен.
Когда парень выскочил на улицу, Сулим схватил его за лацкан гимнастерки и поволок в сторону сарая.
— Лезешь в хранилище и достаешь десять лимонов. Все упаковать, как обычно. И чтобы никто ни гу-гу! Понял? Иначе башку оторву!
Парень послушно закивал головой и полез в подвал. Через десять минут он появился на поверхности с объемным баулом в руках.
— Вот. Готово. Тебя сопровождать?
— Да. Только до самолета. Позвони на пост и предупреди, чтобы все было тип-топ. Впереди пошли четверых наших на джипе. Пусть за «зеленкой» как следует присмотрят. Там на днях опять Азик объявился. Я обещал, что мы его поганую башку в сортире утопим, как нам завещал Большой Брат.
— Да, Азика хрен поймаешь! Он на прошлой неделе троих наших уложил.
— А вы больше ушами хлопайте! Я же вам сказал: у него в Анычаре сестренка есть. Вы ее приволоките сюда, и пусть она повоет на всю «зеленку». Глядишь, он и выскочит. Вот вы его и кокнете. — Сулим прихлопнул по баулу рукой и потряс в воздухе. — Ты все точно отсчитал? Смотри! А то у тебя с арифметикой всегда нелады были. Если что не так, оторву башку.
— Да ладно, Сули к, что тебе моя башка? Лучше я тебе башку Азика приволоку.
— Это другой разговор! — Сулим прихватил баул, открыл ворота гаража, распахнул дверцу джипа и небрежно бросил его на заднее сиденье. Махнул рукой выбежавшим из дома бойцам. — Поехали!
7
Как и было обещано, машина Братка подкатила к самому трапу самолета. Двое молодых людей в одинаковых темных костюмах приняли из рук Сулима баул и услужливо распахнули двери авто. Через мгновение машина мчалась, минуя все кордоны и посты, время от времени крикливо повизгивая сиреной. Встречный транспорт шарахался в сторону, а попутный поспешно уступал дорогу.
Перед въездом на территорию Палаты машина слегка притормозила. Но, взглянув на номера, охрана немедленно взяла под козырек и услужливо распахнула ворота.
— Совсем как у меня в Чечерии! — восхищенно проговорил Сулим. — Только «зеленки» нет.
— Как это нет? — удивился шофер. — Для нас везде зеленка. Я имею в виду зеленый свет.
— Э, нет, — вздохнул Сулим. — Наша «зеленка» — совсем другое дело. Оттуда постоянно какая-то сволочь лезет и пульнуть норовит.
— У каждого свои трудности. — Шофер круто подрулил к крыльцу Палаты и полез из машины. Следом за ним выскочили оба молодых человека, ловко одновременно отворили двери автомобиля и здания и отскочили в сторону, пропуская Сулима вперед.
Сулим огляделся по сторонам, перехватил из рук одного из парней свой баул и уверенно вступил на крыльцо.
Последние полтора года ему часто приходилось бывать в Палате. Можно сказать, что он приезжал сюда запросто. Порой он даже не успевал переодеться в нормальный цивильный костюм и являлся пред ясные очи Большого Брата в потертых джинсах или в спортивном трико и аляповатой футболке, в которой он обычно гонял мяч у себя во дворе. Кто-то из сотрудников Собственной Канцелярии однажды пытался сделать ему замечание. Сулим только потеребил свою бороду и, глядя куда-то поверх головы чиновника, заносчиво произнес:
— У нас в Чечерии бутиков-мутиков не имеется. И во фраке воевать не сподручно.
На этом инцидент был исчерпан. Тем более что Большой Брат смотрел на эти маленькие вольности Сулима сквозь пальцы. Но этого не одобряли даже земляки. Однажды, когда чечерское телевидение показало момент встречи Сулима с Большим Братом, один из старейшин тейпа Зандан, восседавший с другими стариками в чайхане, долго кряхтел и, наконец, встав с места, потряс палкой в сторону экрана:
— Этот безродный шакал позорит нас перед всей Большой Землей. Он нас доведет до беды. Спаси нас Аллах от напасти. Отец его был безумцем, и он туда же.
Когда об этом доложили Сулиму, он долго натужно смеялся и пощипывал пальцами бороду. И только проезжая мимо дома аксакала, несколько раз плюнул на плетень стариковского двора. Через неделю все об инциденте забыли. А через месяц «жигуленок», на котором ехал из города сын старика, нашли перевернутым в ущелье. Он сгорел дотла вместе с водителем. Видимо, тот не справился с управлением.
Больше никто и никогда по поводу поведения Сулима не высказывался.
Браток встретил Сулима на пороге приемной. Забрал баул и, кряхтя, отнес в комнату отдыха. Затем вернулся в кабинет, достал из шкафчика бутылку коньяка и две рюмки. Кивнул на них Сулиму.