Страница 28 из 72
— Штефан, ты что, считаешь., что можно ее отпустить одну?
Тот и бровью не повел.
— Андор присмотрит за ней, — ответил он. Василий, как всегда, подозревая худшее, проворчал:
— Ему надо не присматривать, а придерживать ее, и лучше водить на короткой толстой цепи.
Его привычные колкости остались без внимания, но Лазарь вдруг заметил:
— А ей, кстати, ничего не стоит перемахнуть за борт!
— Вот об этом можно как раз не беспокоиться, — ответил Штефан, — она не умеет плавать.
— Кто тебе сказал это? — воскликнули хором оба друга;
Этот, казалось бы, невинный вопрос, произвел вдруг на Штефана магическое действие: он изменился в лице, вскочил и опрометью бросился вон из зала. Лазарь и Василий переглянулись и поспешили за ним.
Когда они подошли к Андору, тот спокойно закуривал сигару.
— Где она? — спросил Штефан, оглядывая плохо освещенную палубу.
Андор кивнул в сторону дамской комнаты, которая как раз открылась. Оттуда к борту метнулась фигурка… Таня! Она подоткнула юбку за пояс, ее голые белые ноги хорошо виднелись сначала на палубе, потом на поручнях и.., только тихий всплеск воды за бортом. Она нырнула в реку прямо рядом с лопастным колесом.
Сердце Штефана замерло, ему даже показалось, что оно перестало биться. В ужасе он перегнулся через перила и стал всматриваться в темноту, страшась увидеть разорванное на куски тело девушки. Но огромное колесо продолжало вертеться, взбивая пену, и вокруг не было ничего. Однако тут он сообразил, что Таня осталась позади, так как колесо вместе с течением реки ускоряло движение корабля. Так что там — безжизненное тело или плывущая к берегу дерзкая девчонка? Вряд ли Таня утонула или ударилась о колесо: он видел, как ловко она ныряет, да и рассчитано было все нарочно так, чтобы ее не заметили сразу. И Штефан не раздумывая прыгнул в воду.
.Остальные трое проводили его взглядом, посмотрели, как он ловко избежал опасности столкновения с лопастями, и переглянулись.
— Не думаю, что нам стоит продолжать поездку в Новый Орлеан и поджидать Штефана там, — сказал Василий.
Андор кивнул, Лазарь ухмыльнулся. Через минуту все уже были в воде.
Таня с трудом смогла перевести дыхание, выбравшись из воды на берег. Она хорошо плавала, но ей не приходилось делать это в одежде, да еще и против течения! Бог даст, такой заплыв у нее первый и последний. Она так безумно устала, все тело болело, руки и ноги дрожали. Надо было бы встать и убираться отсюда как можно быстрее…
Но она была не в состоянии пошевелиться и решила осмотреться. Парохода не видно, скрылся за поворотом, как она и рассчитывала. Больше она ничего не могла увидеть — было очень темно, так как густые облака скрыли и луну, и звезды. Девушка подумала, что с этим ей тоже повезло: в темноте легче скрыться. А вдруг кто-нибудь вздумает ее искать? Хотя это так мало вероятно… Также мало вероятно, что она сможет дождаться здесь какой-нибудь случайной лодки, чтобы перебраться на другую сторону.
Но если ей в чем и повезло, так это в том, что Андор так и не заметил ее исчезновения. Иначе бы она еще в реке услыхала шум и крики. Андор бы сам за ней не прыгнул, а побежал бы звать Штефана, которому еще нужно раздеться — не прыгать же в реку в таком шикарном виде… А потом, они бы посчитали, что время упущено и «принцесса» пошла ко дну.
Как ни тешила себя Таня подобными мыслями, она не должна была расслабляться и считать себя в полной безопасности. Ее спасет только крайняя осторожность. Вот еще немного отдохнет и направится прочь от реки, на всякий случай. Даже если Андор и последовал за ней, у нее все равно преимущество и в расстоянии, и во времени. Кроме того, ей плохо видно, зато хорошо слышно. Сейчас пока она слышит только свое дыхание да тихий плеск волн… И вдруг раздался крик — мужской голос!
Таня насторожилась и прислушалась. Больше ни звука. Казалось, что кричали недалеко, но это мог и ветер донести какой-то отдаленный шум. Таня поняла, что мешкать нельзя — не так все спокойно, как кажется. Она поднялась и стала карабкаться наверх. Потом пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание и уговорить себя не бояться залезть в чащу кустов.
Наконец она собралась с духом и двинулась вперед, едва сдерживаясь, чтобы не понестись опрометью. Надо было идти медленно и тихо, вслушиваясь в тишину. Пробираясь сквозь густые заросли, девушка не переставала думать о погоне. Неужели эти четверо будут действительно искать ее, бросив на пароходе все свои вещи, без денег? И все эти лишения только из-за того, чтобы найти какую-то замарашку и продать ее в бордель? Ответ напрашивался сам собой — нет. Они скорее найдут другую жертву. А вдруг она на самом деле принцесса? Тогда выходит, что они пойдут на все, чтобы найти ее… Нет! Лучше и не думать об этих глупостях. Если все это правда и она должна выйти замуж за этого мерзкого Василия, то надо удирать со всех ног…
Таня брела сама не зная куда. Осторожно разводила ветки в стороны, старалась ступать очень аккуратно. Ее начал мучить голод, и она даже подумала, что надо было сначала поужинать, а потом бежать. Сейчас темно, и найти какую-то пищу можно будет только днем. Придется быть на подножном корме до тех пор, пока она не набредет на какую-нибудь ферму. Она надеялась, что люди не откажут ей и подадут кусок хлеба.
Вскоре она набрела на какую-то тропинку, и идти стало легче. Таня даже остановилась, чтобы вылить воду из ботинок. Она в который раз порадовалась, что у нее есть нож, переложила его поудобнее — сейчас оружие может пригодиться, как никогда. Потом она постояла и снова прислушалась. Тишина.
Наверное, тот голос, который она слыхала, раздавался с другого берега. Вот куда скорее всего могли направиться ее преследователи, если они есть! Какая она молодчина, что в последний момент решила плыть на противоположный от Нэтчеза берег. Теперь их разделяет река, и можно перестать так волноваться. Можно? Все-таки ее одолевали сомнения, поэтому Таня решила быть предельно осторожной.
Но рано было радоваться такой удачной мысли — спрятаться от преследования на другом берегу. Теперь возник еще один вопрос: как перебраться в Нэтчез? У нее нет денег на паром. Не плыть же обратно! Надо что-нибудь придумать, продать, что ли, замечательную жилетку Штефана? Да, но ее сначала нужно постирать, а то вон какая грязная! Кстати, неплохо и всю одежду привести в порядок.
Вспомнив об этом, Таня вновь направилась к реке, но прошагала еще пару миль вперед, чтобы можно было без опаски приблизиться к воде. Небольшая стирка займет минут пять — семь, и потом она опять спрячется. Вернее, найдет место, чтобы хоть немного поспать. Она так устала за весь день, что буквально валилась с ног. Больше ей сегодня ничего не придумать, дорогу не найти, поэтому главное — это восстановить силы и ясность ума.
Вскоре Таня нашла отличное место: небольшая заводь, огороженная с одной стороны упавшим в воду большим деревом, а с другой — низко растущей ивой. За ветвями ее никто не увидит ни слева, ни справа, а со стороны реки тем более. Сначала Таня хотела окунуться прямо в одежде, потом подождать, пока вода стечет, и отправиться искать место для ночлега. Но, оглядевшись вокруг получше, переменила свое решение — в таком тихом месте можно раздеться, хорошенько все перестирать и помыться самой. Много времени на это не уйдет, да, кстати, и взбодрит ее немного.
Она стала внимательно вглядываться вдаль, пытаясь разглядеть противоположный берег, но в такой темноте увидела просто черную полосу. Потом Таня еще раз посмотрела по сторонам — никого, и только после всех предосторожностей стала быстро раздеваться. Она с удовольствием окунулась в прохладную воду. Было бы у нее побольше времени и не угрожала бы ей опасность быть пойманной, она бы поплавала немного… Девушка принялась за стирку своих испачканных вещей. Проделала она это ловко, в считанные минуты, тщательно все выжала и задумалась: а не стоит ли подсушить одежду? Не полностью, немного, так как понимала, что не может оставаться на берегу слишком долго, да еще в беззащитной наготе. Почему-то волнение не покидало ее, и кромешная тьма вокруг больше пугала, чем успокаивала.