Страница 12 из 56
Оказалось, что испытывать его некому. НИИ ВВС был эвакуирован на аэродром Кольцово под Свердловском. Наш испытательный экипаж был занят другими делами, и к нам приехал новый экипаж — Марк Павлович Васякин и штурман Никита Панченко. Марк Павлович был колоритной фигурой. Небольшого роста, он походил на Наполеона Бонапарта. Умный, смелый — настоящий летчик-испытатель.
15 декабря состоялся первый полет самолета Ту-2. Это было торжество!
Испытания шли не очень быстро — задерживали недоведенные двигатели АШ-82. Закончились они только в августе 1942 года.
Как ранее упоминалось, этот самолет был приспособлен для бомбометания с горизонтального полета и с пикирования. В ходе работы над созданием самолета была решена задача обеспечения выхода бомб из внутреннего отсека без каких-либо приспособлении. В отсеке размещались бомбы весом до 3 тонн, то есть такие бомбы, которые к этому времени не носили даже тяжелые бомбардировщики, поэтому самолеты Ту-2 были впервые в годы войны применены там, где требовались бомбовые удары особо большой силы, например при прорыве линии Маннергейма на Карельском перешейке.
Сразу после первого полета серийного Ту-2 А. Н. Туполева вызвали в Москву. Это был первый выезд Андрея Николаевича в свет после 5-летнего заключения. С ним вылетел и я. Мы летели на Ли-2. К нам присоединились Макар Михайлович Лукин, директор соседнего с нами завода № 24, и главный конструктор завода ЕВ. Урмин. В Свердловске или Перми к нам подсел А. А. Микулин.
Встреча Туполева с Микулиным не была особо дружелюбной, а ведь они были хорошо знакомы друг с другом еще по работе с Н. Е. Жуковским. Наверное, Микулин написал какие-то «гадости» об Андрее Николаевиче после его ареста.
Когда прилетели в Москву, нас встретили сотрудники НКВД (Григорий Яковлевич Кутепов), ведь мы тоже в это время были его сотрудниками, и отвезли в Наркомат авиационной промышленности. Разместили нас четверых (Туполева, Микулина, Урмина и меня) в каком-то кабинете на 5-м этаже, поставив койки.
Андрей Николаевич очень волновался перед первой встречей с наркомом, но все прошло хорошо. Алексей Иванович Шахурин встал из-за стола, пошел навстречу и, пожав Андрею Николаевичу руку, начал расспрашивать: «Как долетели, не устали ли?» Атмосфера создалась дружеская.
Выяснилась причина вызова: в ЦК КПСС и Совете Министров было очень хорошее мнение о Ту-2 и решался вопрос о расширении его производства.
Как пишет В. Б. Шавров в книге «История конструкций самолетов в СССР», «первый сформированный полк был отправлен на Калининский фронт в 3-ю Воздушную армию (М. М. Громова), где и совершал боевые полеты, причем очень удачно, так как «мессершмитты» Me-109, обладавшие скоростью 520 км/ч, не могли атаковать Ту-2 на боевой высоте».
Ведущим инженером по самолету Ту-2 в бригаде общих видов был Игорь Алексеевич Старков. В октябре 1942 года с одной из групп самолетов Ту-2 он улетел на фронт. По его отчету первые самолеты Ту-2 попали во второй дальнеразведывательный авиационный полк (2-й ДРАП). Разведка велась в интересах Главного Командования и была крайне важной составляющей боевых действий. В одном полете было необходимо сфотографировать 3–4 железнодорожных узла, 3–4 аэродрома и попутно зафиксировать, что делается на железнодорожных и шоссейных магистралях. Поскольку указанные объекты имеют сильную противовоздушную оборону, то, понятно, выполнять такое задание могли только самолеты Ту-2.
Освоив самолеты, выполняя боевые задания, летный состав стал просить заряжать пушки бронебойными снарядами и подвешивать на внешние держатели бомбы для стрельбы по эшелонам и колоннам автомашин. Хотя для выполнения боевого задания необходимо было только фотографировать противника.
Командованием отмечалось, что в самолете Ту-2-2М-82 правильно решена тактическая схема современного бомбардировщика Его положительными свойствами являются: 1) большая бомбовая нагрузка при достаточном радиусе действия; 2) повышенная живучесть двигателей воздушного охлаждения по сравнению с жидкостным; 3) хорошая огневая схема; 4) возможность полета на одном работающем двигателе; 5) легкость освоения летным составом, 6) экипаж из 4 человек.
Новый год встречали в кабинете наркома. Аппарат Наркомата находился в Куйбышеве, а в Москве была лишь небольшая оперативная группа. Вся она и собралась у наркома. Настроение было отличное — ведь только-только разгромили немцев под Москвой, и еще шло наступление наших войск. Никто, конечно, не предполагал, что впереди еще самый тяжелый год войны — 1942-й. Шахурин был весел, даже спел несколько песен.
В начале января было принято решение о переводе объединенного завода № 22 и 124 в Казани, на котором делали Пе-2 и АНТ-42 (ТБ-7), на выпуск самолетов Ту-2. Одновременно был подписан приказ о передаче нашего ОКБ из НКВД в НКАП.
12 января 1942 год. Тяжелый день!..
На этой фразе заканчиваются записки Сергея Михайловича, как часть его воспоминаний об Андрее Николаевиче, которые он планировал подготовить к 100-летию со дня рождения Туполева в виде отдельных отрывков, «новелл», как он их называл, но не успел. Почему этот день стал тяжелым мы теперь уже никогда не узнаем…
Летом 1942 года я впервые увидел Ту-2. Сотрудникам КБ и завода раздали маленькие участки на аэродроме под посадку картошки. Копать, сажать и пропалывать выезжали всей семьей. Вот здесь-то и начал разбег по взлетной полосе Ту-2. Эта гигантская, по моим меркам, машина так меня поразила, что я бросился навстречу. Отец догнал меня в десятке метров от мчащегося самолета. Тут я и получил первые телесные наказания.
В Омске было выпущено немного самолетов Ту-2. В самый разгар освоения серийного производства, когда выпуск машин дошел до уровня 2.5–3 самолета в день, пришло распоряжение от Государственного комитета обороны: производство Ту-2 прекратить и перевести завод на выпуск истребителей Як-9 — истребители нужны стране в большей степени. Это был серьезный удар по коллективу, по надеждам дать фронту поддержку в начавшемся переломе войны. Можно догадаться, что это и был тот «тяжелый день», на котором закончились записки Сергея Михайловича.
Как рассказывает Владимир Михайлович Буль, вскоре ночью на квартире у Андрея Николаевича раздался телефонный звонок. Дежурный по заводу передал, что с ним хочет говорить товарищ Сталин по спецсвязи ВЧ и что машину он уже выслал.
Сталин тепло приветствовал Туполева и сказал, что на фронте хорошо отзываются о самолете Ту-2. Остановка производства вызвана объективными причинами, и в ближайшее время производство самолетов Ту-2 будет налажено снова и, очевидно, в Москве.
Андрей Николаевич передал этот разговор коллективу и возникшая тяжесть была снята. Продолжилась работа с чертежной документацией. Шли доработки по результатам испытаний, модифицировалось вооружение. Из-за нехватки материалов и комплектующих постоянно вносились изменения в конструкцию самолета Прорабатывалась даже замена в неответственных деталях алюминиевых сплавов на дерево.
Из книги В. Б. Шаврова: «…самолет «103«…значительно превосходил Пе-2 по скорости, бомбовой нагрузке, оборонительному вооружению и простоте пилотирования… Применение Ту-2 было очень эффективно, потери сравнительно малые. Фронтовые летчики высоко ценили его… В проекте были предусмотрены протектированные баки, система нейтрального газа, бронирование сидений и др. Это был лучший в мире фронтовой бомбардировщик».
Отчет НИИ ВВС с отличной оценкой самолета послужил основанием для серийной постройки Ту-2 на трех заводах в конце 1943 года, когда, по мнению ВВС, потребность в истребителях перестала быть острой. Самолет строился серийно до 1948 года. Всего было построено 3527 самолетов и более 20 модификаций, причем дальность была увеличена в 1,7–2 раза, а боевая нагрузка — в 3 раза.