Страница 7 из 12
Теперь, избавившись от Филипа Кэкстона, Кристина была вне себя от ярости. Они встретились лиг, вчера, а сегодня он уже попросил ее выйти за не замуж — и все это без единого слова любви! Он за вил ей только одно — что хочет ее! И повел себя в этом гораздо разнузданнее, чем Питер или сэр Чарли? Те по крайней мере держались как джентльмены!
Думая обо всем случившемся, Кристина чувствовала, как в ней с каждой секундой возрастает гнев. Кэкстон вел себя хуже любого варвара. Как ей хотелось немедленно вернуться на балкон и снова ударить по этой надменной физиономии!
По-видимому, эти чувства отражались на ее лиц поскольку Джон, внимательно глядевший на сестру уже несколько минут, неожиданно спросил:
— Крисси, объясни, ради Бога, что это с тобой! Вид у тебя такой, словно еще немного — и ты взбесишься и начнешь буянить. А я-то думал, что у тебя просто болит голова.
Заставив себя прислушаться к Джону, Кристина рассеянно прижала руку ко лбу, словно проверяя, что ощущает, но тут же, не выдержав, взорвалась:
— Головная боль? У меня только одна головная боль — тот тип, которого я оставила на балконе! Джон, этот высокомерный негодяй просил меня выйти за него замуж!
— Кто именно? — спокойно осведомился брат.
— Филип Кэкстон, кто же еще?! И он имел наглость поцеловать меня — прямо там, на балконе!
Но Джон, вместо того чтобы возмутиться, неожиданно развеселился:
— Кажется, дорогая сестричка, ты наконец встретила мужчину, который знает, чего хочет, и готов добиваться своего. Говоришь, он просил тебя стать его женой, и всего после одного дня знакомства? По крайней мере Браун и Баттлер знали тебя немного дольше. Похоже, Филипу Кэкстону ты действительно нужна.
Вспомнив слова Филипа, Кристина обозлилась еще больше:
— Да, он хочет меня. Так прямо и заявил… ни слова о любви, лишь о похоти.
Джон снова рассмеялся. Не часто он видел сестру такой сердитой. Если бы Кэкстон попытался позволить себе какие-то серьезные вольности с Кристиной, пришлось бы вызвать его на дуэль. Тогда Джону было бы сейчас не до смеха. Но можно ли винить мужчину за поцелуй и предложение руки и сердца? Повстречай Джон такую красивую женщину, как его сестра, наверняка сделал бы то же самое.
— Знаешь, Крисси, очень часто, почти всего, желание предшествует любви. Скажи Кэкстон, что влюблен в тебя, это скорее всего оказалось бы ложью. Мужчина понимает, что влюблен, лишь когда встречает женщину, без которой не может жить, уверен, что любовь расцветает медленно, и уж, всяком случае, не за два дня или даже две недели. Однако, кажется, Филип Кэкстон готов полюби тебя, если предложил замужество. Вместо того чтобы так злиться, могла бы воспринять все как комплимент.
Немного успокоившись, Кристина откинулась сиденье и мрачно уставилась в пространство.
— Что ж, это все равно не имеет значения, не т ли? Я больше никогда в жизни не увижу Филипа Кэкстона. Собственно говоря, мне вообще не следовало приезжать в Лондон. Здешние мужчины сами не понимают, чего хотят. Они просто стараются привлечь себе побольше внимания, и каждый хвастает, что лучше других. А подобные Филипу Кэкстону считан что могут получить все, стоит только протянуть руки. Такая жизнь не для меня. Видимо, в душе я все-та простая сельская девушка. — Набрав в грудь воздуха Кристина медленно выдохнула:
— О, Джон, я то рада, что возвращаюсь домой!
Глава 5
Прохладный морской ветерок весело развевал юбки Кристины, когда она и Джон садились на судно, которое должно было доставить их в Каир. Кристину проводили в маленькую каюту, которую придется делить с другой пассажиркой. Джону отвели каюту напротив. После того как на борт подняли багаж, Кристина вышла на палубу, чтобы бросить последний взгляд на любимую Англию. Наблюдая, как матросы в спешке готовятся к отплытию, девушка припомнила сегодняшнее суматошное утро.
Кристина снова не спала почти всю ночь и пробудилась от громкого стука в дверь. На пороге появился Джон. Немного помедлив, он подошел ближе и встал у кровати. Его красивое лицо было встревоженным и огорченным. В руках он держал бумагу. Протирая сонные глаза, Кристина вопросительно взглянула на брата.
— Он прибыл, Крисси. Боюсь, мне придется немедленно уехать.
— Кто прибыл? — зевнула девушка. — О чем ты, Джон?
— Приказ о назначении. Прислали раньше, чем я ожидал, — пояснил брат, протягивая ей письмо. Кристина медленно читала, ошеломленно качая головой.
— Каир! — воскликнула она. — Но ведь до него больше четырех тысяч миль!
— Знаю, дорогая. Придется ехать через час. Прости, что не смогу проводить тебя домой, но Говард говорит, что будет рад поехать вместо меня. Я буду скучать по тебе, сестричка.
— Ни в коем случае, братец, — улыбнулась девушка. — Я уже давно решила, что еду с тобой.
— Но это просто смехотворно, Крисси! Что ты будешь делать в маленьком военном гарнизоне, да еще в Египте? Климат там отвратительный и крайне нездоровый. Невыносимая жара. Подумай, во что превратится твое лицо!
Но Кристина, рывком сбросив одеяло, вскочила постели и, упрямо вздернув подбородок, встала пере, Джоном:
— Я еду, Джон Уэйкфилд, и это мое последнее слово! Тебя не было весь прошлый год, и я едва с ум, не сошла от тоски! Больше мне этого не вынести! Кроме того, мы вовсе не так уж долго пробудем в Египте Девушка огляделась и, заметив разбросанные по комнате платья, охнула:
— О, я зря трачу время! Уходи отсюда и подо, жди, пока я оденусь и сложу вещи. Надолго не задержусь, обещаю.
Вытолкав брата из комнаты, она позвала Мэри и попросила помочь ей собраться. Нужно спешить, что бы у Джона не было предлога оставить ее в Англии.
Меньше чем через час Кристина была уже одета и готова к отъезду. Джон больше не возражал и даже признался, что рад решению сестры.
И вот теперь они отправляются в незнакомую страну о которой Кристина знала так мало. Она внимательно разглядывала остальных пассажиров. Как странно, что Джон — единственный офицер на борту!
— Крисси, тебе следовало подождать меня! Не желаю, чтобы ты выходила на палубу одна!
Кристина испуганно встрепенулась, но тут же успокоилась, увидев стоявшего у поручней брата.
— О, Джон, ты настоящая наседка! Какая опасность может мне здесь грозить?
— Тем не менее я предпочел бы, чтобы во время путешествия ты не выходила на палубу одна.
— Ну хорошо, если ты настаиваешь… — сдалась Кристина. — Я только сейчас подумала: как странно, что на борту нет ни одного офицера, кроме тебя. Должно быть, не только ты получил приказ о назначении в Каир.
— Ты права. Я сам не понимаю, в чем дело, но до приезда в Каир ответа нам не узнать.
— Может быть, тебя ожидает какое-то специальное задание? — предположила Кристина.
— Сомневаюсь, Крисси, но все станет ясно, когда мы сойдем на берег в Каире.
Джон обнял Кристину за плечи, и оба молча смотрели, как исчезают за кормой берега родины.
Кристине путешествие показалось долгим и утомительным. Она возненавидела тесное пространство каюты. К тому же на корабле было некуда пойти и нечем заняться. Зато она подружилась с соседкой по каюте, миссис Бигли. Миссис Бигли навещала своих детей, учившихся в английской школе, и теперь возвращал в Египет. Ее муж был командиром того полка, в который был назначен Джон. Но миссис Бигли не мо объяснить Кристине, почему ее брата послали в Кан и знала только, что остальные офицеры пополнения должны отправиться к месту службы не раньше через месяц. И поскольку ответов на вопросы все р но не находилось, Кристина решила не думать о загадке до приезда в Каир и проводила почти все время чтением или на палубе. Прочитав все взятые с собой книги, девушка начала часто наведываться в маленькую судовую библиотеку.
В самом начале путешествия она приобрела поклонников, соперничавших друг с другом за малейший знак внимания с ее стороны. Один, американец по имени Уильям Досон, оказался весьма милым молодым человеком с добрыми серыми глазами темно-каштановыми волосами. На его худом лице грубоватыми чертами почти всегда играла приветливая улыбка, а говорил он с каким-то невероятным акцентом. Кристина могла часами сидеть и слушал его занимательные истории о жизни в приграничной области Дикого Запада.