Страница 134 из 215
В тот момент на Клариссе были заштопанный домашний халатик и шлепанцы, что вовсе не портило общего впечатления, которое усугублялось столь невинным и простодушным взглядом фиалковых глаз из-под длинных черных ресниц, что не оставалось сомнений: эта императрица очень дорогая и очень порочная шлюха.
Кларисса поправила свои естественно пышные и почти не причесанные волосы.
Кора, которая не уступала ей ростом и также достигала шести футов с лишком, была, пожалуй, посильнее, побыстрее и даже стройнее Клариссы, но ощутила неполноценность своей быстроты и стройности – это была стройность овчарки, стройность львицы, стройность дикарки рядом с ланью, рядом с борзой.
Признав относительное поражение, Кора прошла в гостиную, аккуратную, как уголок у кроватки старушки в богадельне. У окна, занавешенного плотной, хоть и потертой, портьерой, стоял небольшой письменный стол с тетрадками и книгами – почему-то именно он и привлек внимание Коры.
Кларисса перехватила ее взгляд и заметила:
– Я решила, что, когда мое имущественное положение улучшится, я поступлю в университет. Но, честно говоря, – тут она сдержанно улыбнулась, показав жемчужные зубы, – я плохо, легкомысленно училась в школе, и мне приходится догонять и догонять… Сегодня, например, я задумалась с утра, когда и где произошла битва при Акуензуаре?
– И что же?
Кларисса лукаво улыбнулась.
– Мучилась до самого завтрака, просмотрела весь учебник и даже энциклопедический словарь. А вы не знаете?
– Простите, но я плохо знакома с историей вашей страны.
– Конечно, то, что необходимо знать каждому нашему патриоту, для вас, жителей Галактического центра, – мышиная возня…
Кора промолчала. Ну чем она могла утешить эту красавицу, забывшую дату битвы?
– И знаете что? – вдруг воскликнула Кларисса голосом отличницы. – Я вспомнила эту дату!
Где же у нее рождается звук голоса? – подумала Кора. Наверное, за пупком. И на пути оттуда набирает глубину и надтреснутую звучность. Эта мысль помогла ей преодолеть гипноз присутствия Клариссы.
– Поделитесь со мной этим открытием! – попросила Кора.
– Оказывается, Акуензуар был предводителем странствующих монахов, которые вырыли пещеру Скупых слез, а битва была при Кензуаре. Представляете, какая я глупая?
Кларисса не улыбалась. Она показала Коре на низкую кушетку, а сама уселась на шатком стуле. Их разделил угол письменного стола.
Кларисса постучала по столу длинными холеными ногтями.
– Если бы не бабушка, я не смогла бы поддерживать в порядке руки, – сообщила она. – Ведь столько стирки и мытья посуды!
– Сколько я должна вам за информацию?
– Мое финансовое положение неблагоприятно, – официально ответила красавица. – Я оказалась игрушкой в грязной политической игре.
– Вам обещали за это заплатить?
– Не говорите глупостей. С такими людьми я не играю на деньги. В ином случае они теряют к тебе уважение и ты не получишь ничего. Я рассчитывала на брак с Густавом.
– Он обещал на вас жениться?
– Он поклялся в любви. Я была столь доверчива, что отдала ему все деньги на покупку учебников по физике.
В старинных романах писали в таких случаях, что глаза героини затуманились. Кора увидела именно это – глаза Клариссы заволокло туманом. Как будто из фиалковых они стали серыми, бездонными и непрозрачными, как опалы.
– Неужели у него не было своих денег на книги?
– Откуда у него деньги? – небрежно отмахнулась красавица от неприятного воспоминания. – Если только те, что тетя Рагоза давала ему на конфеты.
Глаза Клариссы неожиданно поменяли цвет и стали зелеными. Это было великое достижение, даже для такой красавицы.
– Вы лжете? – спросила Кора.
– Обычно меня обвиняют во лжи покинутые любовники.
– Вы не ответили на вопрос.
– А я и не хотела отвечать. – Кларисса засмеялась низким, глубоким смехом греческой богини.
Бабушка звенела чашками на кухне за тонкой стенкой.
– Значит, вы отдали возлюбленному все свои скромные сбережения на покупку учебников по физике… Простите, но я готова заплакать.
– Пожалуйста, здесь многие рыдают, – ответила Кларисса.
– Но потом оказалось, что он вас недостоин.
– Конечно, недостоин. Он улетел на Землю и не взял меня с собой, хотя мне так хотелось учиться в университете! – Кларисса нежно погладила тетрадку, лежавшую на краю стола.
– Значит, в вашем разрыве виноват только он? – спросила Кора.
– Все не так просто. – Кларисса возвратила глазам прежний фиалковый цвет. – Мне пришлось выдержать неприятный разговор с дамой Рагозой. Старая метелка предупредила меня, что я не проживу и дня после свадьбы с Густавом. Представляете мое состояние? Девочка, только что из школы, совершенно невинная, смущенная первой любовью, только-только расставшаяся с девственностью, – и вдруг услышать такие слова от женщины, на которую надеялась опереться и найти в ней мать вместо той алкоголички, которая бросила меня в приюте!
– Она так и сказала – не проживете и дня?
– У нас ничего так просто не говорится. – Кларисса откинула со лба непослушную прядь. – Дама Рагоза спросила меня, как я отношусь к отвару из кукольных орешков. О ужас, подумала я. Мне пришел конец!
– Почему?
– Потому что это страшный яд, от которого нет спасения. Половина злодейств в нашей истории совершена с помощью этого отвара. Сначала у жертвы выпадают волосы, потом – зубы, потом размягчаются кости… И ни один доктор ничего не докажет, потому что при этом человек остается совершенно здоровым. Он и умирает совершенно здоровым.
– Вы ей поверили?
– А кто меня защитит? Я не принадлежу к клану, у меня даже нет старшего брата.
– А принц Густав?
– Он бросил меня! Он променял меня на свои эгоистические интересы! О, как я его ненавижу!
Кора почему-то решила, что сейчас глаза Клариссы загорятся желтым пламенем. Но ничего не произошло. Красавица простодушно глазела на Кору фиалковыми глазами, и лишь ее ногти выстукивали что-то нервное по поверхности письменного стола.
– Пока его не было, вы нашли нового поклонника?
– О, вам насплетничали, вам наклеветали! – вздохнула Кларисса. – Иного я и не ожидала. Вы знаете, в чем мое проклятие?
– В чем?
Глаза Клариссы заглядывали в душу и молили о пощаде.
– В моей красоте. Все мужчины планеты желают, чтобы я им принадлежала. Но мне нужны дом, семья, дети, университет, тихое семейное интеллигентное счастье. Вы меня понимаете?
– Я стараюсь вас понять. Но это трудно.
– А я не так проста, как думают многие. Почему-то считается, что ум и красота несовместимы. Подобно гению и злодейству. Так вот, они совместимы: гений, злодейство, ум, красота!
– Из всех поклонников вы избрали принца Кларенса?
– У меня не было выхода. Я считала своим моральным долгом дождаться возвращения неверного Густава. Принц же мог меня защитить. Не более того.
– И что произошло?
– Густав меня снова предал. Я так ждала его, а он меня предал! На первом же балу! Вы можете представить себе, что он отказался сражаться из-за меня на дуэли? Какая низость, какое коварство! Оказалось, что ему дороже собственная ничтожная жизнь, чем мое счастье!
Бабушка принесла поднос с двумя чашками чая и жалкой горсточкой печенья на тарелочке с битым бочком. Кларисса хотела, чтобы Кора осознала степень ее бедности. Бабушка поставила поднос на стол.
– Неужели принц Кларенс тоже вам совсем не помогал? – спросила Кора, обводя взглядом комнатку с потертыми обоями, скрипучей мебелью и аккуратно зашитым ковриком с изображением пруда с лебедями.
– Если бы я унизилась до того, чтобы принимать подачки от мужчин, я перестала бы себя уважать, – твердо возразила Кларисса. – Лучше благородная бедность, чем продажное богатство!
Бабушка, все еще стоявшая у стола, принялась хлопать в ладоши. У бабушки были молодые руки.
– Именно поэтому, – продолжала Кларисса, опустив глаза, – тень от длинных ресниц пересекла ее щеки, как тюремная решетка, – именно поэтому я согласилась принять вас и продать вам информацию… Если эти сведения не затрагивают стратегических секретов моей родины.