Страница 13 из 23
Потянулись спокойные размеренные дни. Афины гипнотизировали меня своими ритмами, и чем дальше, тем больше я влюблялась в этот город. Какое же это было счастливое время! Я свободна, я вольна делать то, что мне хочется. И счастью моему, казалось, не будет конца. А потом наступил день, когда нужно было сделать выбор. Тяжелый выбор, с учетом моего юного возраста. Решение, которое раз и навсегда обрывало все шелковые ниточки, связующие меня с родными и близкими. И вот я должна оставить семью, бросить все, принести такую жертву на алтарь моей неуемной тяги к приключениям. И во имя моей любви.
Сама поражаюсь – как я тогда решилась на такой поступок? Я часто задаюсь этим вопросом и сейчас, а ответ всегда один и тот же: просто ты была молода, а молодым неизвестно чувство страха. Лишь врожденное свободолюбие дало мне силы так решительно и круто изменить собственную судьбу.
Афины 1937–1938 годы
Мисс Бушнелл, будущая наставница Пенни, однажды утром явилась на виллу сама. Она вознамерилась провести предварительное собеседование с соискательницей. Мисс Бушнелл заранее выдвинула условие: она не станет заниматься с Пенни, пока лично не убедится в серьезности намерений своей ученицы. Сама она приехала в Афины для учебы в Британской школе археологии, получив специальную стипендию после окончания женской гимназии где-то на севере Англии. Для чего потребовалось занять почетное второе место по итогам успеваемости в списке выпускников. Высокая, долговязая девушка в круглых очках, с выгоревшими на солнце волосами. Судя по всему, они с Эвадной были одного возраста, но интересы мисс Бушнелл лежали в совсем иной плоскости: ее занимала исключительно археология. Уолтеру мисс Бушнелл порекомендовал сам директор Британской школы. И вот наставница колючим взглядом придирчиво рассматривает потенциальную ученицу, а Пенни, отлично понимающая всю важность собеседования, изо всех сил старается произвести на гостью благоприятное впечатление.
– Что вы читали? Есть ли у вас опыт работы? Как у вас обстоят дела с греческим? – посыпался на нее град вопросов.
Пенни тут же сунула под нос мисс Бушнелл свои зарисовки музейных артефактов и замерла в ожидании. Та внимательно изучила рисунки и уже с большим интересом глянула на собеседницу.
– У вас острый глаз, но наша работа требует особой тщательности в прорисовке всех мелочей и безупречно точных линий. Вам следует использовать более качественные ручки и карандаши. Поскольку я не смогу обеспечивать вас канцтоварами, придется самостоятельно позаботиться о своих орудиях труда. Я полагаю, вы уже успели побывать во всех здешних музеях?
Пенни молча кивнула. Она немного растерялась от резкого тона. Начало разговора не сулило ничего хорошего.
– Если я все же соглашусь заниматься с вами, то предупреждаю заранее: я не потерплю пустой траты времени. А потому никаких отпрашиваний и увиливаний от занятий. Придется забыть обо всех вечеринках и прочих увеселительных мероприятиях. У меня практически нет свободного времени, а то, что есть, я не намерена растрачивать на светские забавы своей ученицы. Ясно? В вашем возрасте девушки легко увлекаются многими вещами, но стоит им столкнуться с первыми трудностями, как они тут же легко остывают. Не ждите от меня комплиментов. Я хвалю в исключительных случаях и лишь тогда, когда работа действительно того заслуживает.
Голос наставницы был по-прежнему резким, но взгляд, устремленный на Пенни, потеплел.
– На данный момент могу сказать следующее: я по достоинству оценила ваши усилия произвести на меня хорошее впечатление. – Она кивнула на рисунки. – Но если вы намереваетесь заняться иллюстрированием археологических находок уже на профессиональном уровне, то придется вернуться к основам рисунка и начать все сначала. В нашем сообществе научная репутация зачастую зависит от того, сколь точно воспроизведена археологическая находка на листе бумаги. Малейшее искажение, пустяшная погрешность в прорисовке, и репутация потеряна навсегда. Вы когда-нибудь бывали в стратиграфическом музее?
Пенни уставилась на нее непонимающим взглядом. Мисс Бушнелл улыбнулась.
– Это латинский термин с греческими корнями, из области геологии. Буквально переводится как «слои и их воспроизведение на рисунке». Именно на уровне стратиграфии все наши открытия и находки очищаются от второстепенных деталей, сортируются, инвентаризируются, а потом запечатлеваются на бумаге под самыми разными углами зрения. После чего на данный артефакт можно ссылаться в научных работах или использовать его для дальнейших исследований. Советую почитать труды Джона Пенделбери и, конечно, все, что написал о Кносском дворце сэр Артур Эванс.
– Папа знает его. Они познакомились в Оксфорде на одном обеде, – тут же вставила словечко Пенни.
– Менее всего меня интересуют ваши светские контакты! – отрезала мисс Бушнелл. – Вам следует перечитать все, что есть по предмету. Вы также должны четко уяснить себе, чем именно занимаются студенты в Британской школе археологии. Я могу раздобыть вам читательский билет в библиотеку Пенроуз, но прежде хочу оговорить условия нашей будущей совместной работы. Я проведу с вами шесть занятий, а потом уеду на раскопки, но оставлю вам кучу заданий на время моего отсутствия. Если справитесь, то в следующий раз дам больший объем. Но для начала немедленно отправляйтесь в стратиграфический музей и на месте посмотрите, что и как следует делать. Мне бы также хотелось, чтобы вы сами поприсутствовали на раскопках и своими глазами увидели, как ведется регистрация артефактов. Весной я собираюсь вместе с супругами Пенделбери на Крит. Если дела у вас пойдут хорошо, то могу взять с собой. Так что цель есть и есть к чему стремиться.
Весной! Пенни нервно сглотнула. Они ведь с Эвадной должны вернуться домой к Рождеству. Но она лишь молча кивнула в знак того, что безоговорочно принимает все условия.
– Я была бы рада поехать с вами на Крит. Но, как вы понимаете, для этого мне нужно предварительное согласие родителей.
– Зачем? Сколько вам лет?
– К весне будет уже восемнадцать.
– И, конечно, за всю свою жизнь вы не проработали ни дня. А вот в моем родном городке полно тринадцатилетних подростков, которые трудятся полный рабочий день на заводе. Уверена, родители не станут возражать против вашей учебы, хотя сама по себе наша работа грязная. Таких наманикюренных пальчиков, как у вас сейчас, на раскопках вы себе не сможете позволить. И кожа быстро задубеет на солнце.
Мисс Бушнелл критически обозрела нежные белые ручки Пенни с накрашенными ноготками.
– Ах, не в этом дело! Просто у родителей свои планы на мой счет.
– Понятно! Что ж, если вы из тех, кого готовят к пышному появлению в свете, одна из тех дебютанток, которые стремглав мчатся в Букингемский дворец за кусочком пирожного на придворном балу, то предупреждаю сразу: давайте распрощаемся прямо сейчас!
Мисс Бушнелл встала с явным намерением уйти.
– Ах нет! Пожалуйста! – взмолилась Пенни. – Я совсем даже не хочу дебютировать в свете. Я бы с большим удовольствием осталась здесь. Мне нравятся Афины. У меня ведь греческие корни. Отец понимает мое увлечение. Я напишу ему и все объясню. Я действительно хочу работать, заниматься каким-нибудь интересным делом. Один человек сказал мне когда-то, что главное в жизни – это понять, что именно тебе нравится, и научиться делать это хорошо.
– Замечательный совет! – одобрила мисс Бушнелл. – Полагаю, у вас нет никакого образования?
– Да! – сокрушенно вздохнула Пенни. – Считается, что для девушек из высшего общества оно совсем даже не нужно. Но ведь родителей не выбирают, правда? А все они хотят, чтобы их дети были в точности такими же, как они.
– Справедливое замечание! – Взгляд мисс Бушнелл стал еще доброжелательнее. – В самом деле, как я могу вас винить в том, что от вас не зависит? Но все может измениться, если вы сами станете распоряжаться собственной судьбой. Но не ждите чудес! Вам понадобятся годы и годы, чтобы натренировать глаз, чтобы научиться видеть предмет во всей его полноте и правильно изображать на бумаге то, что вы действительно видите перед собой. А для этого вам потребуются уверенность в своих силах, терпение и масса справочной литературы. – Мисс Бушнелл в прощальном жесте взмахнула обветренной рукой: – Увидимся на следующей неделе, Пенелопа! По крайней мере, родители дали вам красивое греческое имя.