Страница 108 из 161
- Да ты что! - возразил Егор, поворачивая свою руку ладонью вверх, чтобы сплести пальцы с рукой Гели. - Я рад, что оказался там и помешал этому подонку.
Ангелина поправила одеяло, укрывая Егора:
- Не надо мне было возвращаться, - призналась Соболевская, - всем только хуже стало.
- Не говори так! - нахмурился Егор. - Знаешь, как я обрадовался тебе?
Ангелина криво улыбнулась:
- Знаю, но что это меняет? Ты же сам понимаешь, что все уже не так, как было раньше. - Девушка отвела взгляд от мужчины. - У каждого своя жизнь. У меня муж, у тебя невеста.
- Невеста? - удивленно протянул Егор, крепче сжимая пальцы Гели и пытаясь поймать взгляд девушки. - Какая невеста, о чём ты?
Соболевская ругала себя, зачем она сейчас завела этот разговор. Он совершенно неуместен и не нужен им обоим.
- Катя, - пояснила Геля. - Я встретила её здесь в больнице. И она сказала, что вы собираетесь пожениться.
- Какая чушь! - возмутился Спиридонов. - Не знаю, что там себе придумала Катя, но я никогда не собирался жениться на ней.
- Это неважно, - Геля решила сменить тему.
- Важно! - Егор поманил девушку указательным пальцем левой руки. Геля наклонилась, и мужчина четко проговорил ей: - Я любил и люблю только тебя, Ангел. И лишь тебя видел своей женой. С Котовой меня ничего не связывает, это все фантазии Катерины. Слышишь?
Уловив волнение в голосе Егора, Геля поспешила успокоить его:
- Слышу. Успокойся, пожалуйста, мы сейчас зря говорим об этом.
- Не зря! - Егор вцепился в руку девушки. - Я бы хотел, чтобы мы с тобой поговорили обо всем, решили все вопросы, расставили точки. Геля, разве ты не видишь, что наша история ещё не закончена?
- Егор, - Геля отодвинулась от мужчины, - давай сейчас не будем об этом. Тебе стоит подумать о себе, а не обо мне. Сосредоточься на выздоровлении.
Спиридонов с досадой прошептал:
- Я уже устал думать. С тех пор, как ты вернулась, я ни одной ночи нормально не спал. Мысли о тебе не покидают меня.
- И я тебе говорю об этом! - девушка освободила свою руку. - Сейчас важно твое выздоровление.
- А мне уже лучше! - возразил Егор. - Разве не видно?
- Нет, - качнула головой Геля. Егор выглядел бледным, с темными кругами под глазами, сухими губами, плюс эти бинты ещё на груди.... Сердце девушки сжималось от жалости к нему. - Может, ты что-нибудь хочешь?
- Хочу, - загорелись глаза Егора, - чтобы ты всегда была рядом.
- Я не об этом, - Ангелина не знала, как отвлечь Егора от навязчивой идеи вернуть её. - Может, тебе подать что-то нужно? Попить, например?
- Мне ещё нельзя, - грустно улыбнулся Спиридонов. - Видишь, стоит кружка с водой? - молодой человек указал рукой на тумбочку. - Вот таким способом утоляю жажду.
Ангелина потянулась к кружке, отжала бинт и обтёрла губы Егора.
- Так?
- Да, спасибо. - Спиридонов серьёзно смотрел на девушку. Его взгляд, казалось, проникал в душу. Словно во Вселенной они остались только вдвоем. Он и Она. И никого больше вокруг не существует. Только их чувства, живущие глубоко в душах. Только эти безумно родные глаза, любимые когда-то губы, руки, голос....
Ангелина с трудом разорвала контакт взглядов и отвернулась. Сердце билось с бешеным ритмом, кровь бурлила. Как раньше, когда она была влюблена в Егора. Когда жила, дышала только им. Ведь это же не значит, что она до сих пор любит Егора? Вовсе нет. Это всего лишь отголоски старого чувства.
Геля поцеловала Егора в щеку:
- Выздоравливай, - и поспешила покинуть палату.
То, что она испытала сейчас, совсем ей не понравилось. Все эти эмоции делали её уязвимой, слабой. У неё же есть Димка, и он её будущее, зачем ей прошлое, которое не желает отпускать её? Лишнее это все, как и то, что привнесло оно с собой. Нужно уезжать отсюда, забыть всех этих людей. События прошлого. Ни к чему хорошему её месть не привела, как и предостерегала мама. Ну, забрала она компанию у Набутова, ЧТО это ей дало? Да ничего, Виктор Владимирович все равно не сможет понять той боли, что разбирала душу его дочери и бывшей жены. Человек, не желающий вникать и понимать чувства других людей, никогда не сможет никому сопереживать. Да и нельзя ничего вернуть, все утеряно безвозвратно. Разве станет Набутов прежним, хорошим отцом? Нет, не станет. Станет ли Анна умнее и добрее? Никогда, такие люди не меняются. Да и у них с Егором нет будущего, даже если бы у них не было Димки. Все равно в ней сидит обида, что когда-то он поддержал её врага, а не свою девушку. Его поступок, а именно защита Гели от преступника почти развеял тот горький осадок, но совсем он не исчез. Нет, стоит бежать отсюда без оглядки!
Вернувшись в палату, Геля легла в кровать, не желая разговаривать с соседками по палате. Настроение не то, хочется спрятаться ото всех.
Почти в полночь раздался звонок в доме Набутовых.
- Витя, мне нужно чтобы в течение недели было принять решение по строительству под Уссурийском. - Резко сказал Цветков.
- Вадим Игнатьевич, - Виктор отвечал спокойно, но знал, что избежать скандала вряд ли получится, - без главного держателя акций ничего не получится. А Геля сейчас в больнице.
- Меня не волнует, КАК ты это сделаешь, но решение должно быть в нашу пользу.
- Вадим Игнатьевич, когда Ангелина выйдет на работу, мы решим это вопрос.
Набутов был уверен, что Геля специально воспротивится и сделает все назло ему. Но нужно найти подход к дочери, убедить её принять верное решение.
- У нас нет времени, ты понимаешь это, Витя? - повысил голос Цветков. - В общем, так.... Или ты приструнишь свою дочь или это сделаю я.
- Вадим Игнатьевич, - Виктора прошиб холодный пот от тона Цветкова. Стало страшно за Гелю. Дуреха, ну, куда она полезла? - Послушайте меня....
- Я все сказал, Витя. - Цветков не прощаясь, отключился.
Набутов метался по кабинету, внутри бушевал ураган чувств: злость на Цветкова, обида на дочь, страх за неё же. И понимание, что если дочь не уступит, все может закончиться ужасно! Потерять дочь он не желал! Завтра же поедет к ней в больницу и поговорит. Они должны вдвоем найти выход из положения. Черт, зачем он связался с Цветковым? Денег захотел, и к чему это его привело? Не стоило лезть к таким людям, сидел бы на своем месте, строил дома и жил в своё удовольствие.
Набутов лег только под утро, накрутив себя до такого состояния, что тряслись руки. Утром он не откладывая, поедет в больницу к дочери. Медлить больше нельзя.
Глава 37
Утром Лиана собралась ехать к дочери. Матвея с Захаром она оставила дома, сама приготовила вещи для Гели, поставила обед в судках в пакет. Дождалась такси и уехала.
Гелю она застала в коридоре.
- Привет, дочка. Как ты? - женщина обнялась с Ангелиной, отдала ей сумки и пока девушка относила их в палату, расположилась в холле на диване.
Геля вскоре вернулась и села рядом с матерью.
- Ещё раз привет. - Ангелина откинулась на спинку дивана. - Чувствую себя лучше, уже домой хочу. - Отозвалась девушка и спросила. - Как там Дима?
Лиана внимательно посмотрела на дочь.
- Мне не нравится его настроение. Что у вас все-таки произошло?
Ангелина рассказала Лиане о последних событиях. Соболевская старшая выслушала дочь, решив дать ей высказаться, а потом сказала:
- Вы оба сейчас упрямитесь, как два барана. Дима встал в позу, лелеет свою обиду, а ты не захотела нормально поговорить с мужем, все объяснить ему.
- Я не раз пыталась! - возмущенно вскинулась девушка. - Но Дима игнорирует мои звонки и сообщения.
- А чего ты хочешь? Ты обидела его.
- Я же не специально! - Геля взмахнула руками. - Господи, мама, ты думаешь, что я намеренно хотела сделать мужу больно? Ты же знаешь, что он для меня значит.