Страница 145 из 179
Увы, памятник Изабеллы, как и все прочее, мы безвозвратно утратили. Он был поврежден и изуродован во время Реформации 1530-х годов, когда францисканский монастырь разогнали. Затем, еще до 1566 года, когда в царствование Елизаветы I бывшая святыня нищенствующего ордена стала местной приходской церковью, сэр Мартин Боуз, лорд-мэр Лондона, продал памятник вместе с девятью другими надгробиями царственных особ и несколькими надгробными плитами за 50 фунтов. О том, что сталось с ними, ничего не известно.
Церковь, в которой они когда-то находились, была разрушена при Великом пожаре 1666 года, а позже ее восстановил сэр Кристофер Рен как церковь Христа. Именно церковь Рена была разрушена во время бомбардировки Лондона, и ее руины мы можем видеть еще и сегодня. На месте, где был монастырь, теперь разбит небольшой парк, стоит здание, принадлежащее почтовой службе, и проходит оживленная магистраль. Где-то здесь под землей и покоится прах давно почившей королевы.{1931}
История сурово обошлась с Изабеллой. На протяжении столетий ее осуждали, в основном историки-мужчины, за адюльтер, за поругание брачных традиций, за ее жестокость, за плохое управление страной, за молчаливое одобрение убийства, которого, возможно, не было и в помине. Она — femme fatale английской монархии.
И все же Изабелла заслуживает великой жалости из-за безвыходной ситуации, в которой она оказалась — и восхищения тем, как она с ней справилась. Смещение Эдуарда II стало политическим императивом, и она успешно возглавила переворот, чтобы его добиться. Поступая так, она осуществила первое конституционное парламентское свержение английского короля с престола, создав прецедент для свержения Ричарда II в 1399 году, Генриха VI в 1461 и 1471 годах, Эдуарда IV в 1470 году, Эдуарда V в 1483 году и Карла I в 1648 году. Таким образом, значение, которое имеет Изабелла в истории Британии, трудно переоценить, поскольку процессы, инспирированные ею во Франции и Эно в 1326-1327 годах, вызвали к жизни политическую тенденцию, которая привела непосредственно к упадку монархической власти как таковой и появлению демократии. Если бы дочь Филиппа IV предвидела подобный результат своих действий, сама бы она, без сомнения, ужаснулась.
Точно так же невозможно преувеличить значение Изабеллы для династии, поскольку она не только передала свои притязания на Францию сыну, но также активно подстрекала его добиваться этой цели — тем самым развязав войну, которая, как известно, продлилась более столетия. Однако отдаленные последствия этого опять-таки были разрушительны, поскольку Англия вышла из конфликта, потеряв почти все свои континентальные территории, и политическое смятение, порожденное проигрышем, стало одной из причин еще одной династической катастрофы — войны Алой и Белой Розы.
Причина падения Изабеллы крылась в том, что она связалась с алчным Мортимером, поскольку сама она, без сомнения, являлась умелым и компетентным государственным деятелем, и ей удалось осуществить единственное успешное вторжение в Англию со времен норманнского завоевания. Но ее таланты были в конечном счете растрачены попусту в политических интригах, направленных только на обеспечение выживания непопулярного и тиранического режима.
Если бы Мортимер никогда не вошел в ее жизнь, если бы после отречения Эдуарда она правила одна, с помощью Ланкастера, итог мог быть совершенно иной — и не только для истории, но и для ее репутации, которая чрезвычайно пострадала из-за ее откровенно аморального поведения. Но в наши дни общество склонно смотреть на подобные взаимоотношения с гораздо большей терпимостью и пониманием — так что по крайней мере сегодня возможно судить об Изабелле снисходительнее, чем в прошлом, когда ее осуждали во многом благодаря тому, что она была просто женщиной, посмевшей нарушить обычаи мира, в котором жила.
Если в Ньюгейте и в замке Райзинг и обитают призраки, в их числе нет безрассудной и сумасбродной королевы, стенающей, горько сокрушаясь о жестоком убийстве своего мужа. И ни в малейшей степени не верно утверждение, что Изабелла Французская должна остаться в истории под именем «Французской Волчицы».
Основные источники
Ниже приводятся краткие описания и характеристики всех основных современных событиям источников, па которые я ссылаюсь в тексте и в примечаниях. Они расположены в алфавитном порядке фамилий и названий. Более подробно об этих текстах говорится в разделе «Библиография», приведенном ниже.
Адам из Юска — способный юрист, проживавший в Монмуте, получил образование в Оксфорде и затем пользовался покровительством могущественного семейства Мортимеров. Его хроника касается в основном периода с 1377 по 1421 год, основана на свидетельствах из первых рук, но лишена критического подхода.
«Анналы святого Павла» (A
Джеффри Бейкер (Geoffrey Le Baker, работал около 1350 года) — приходский священник из Суиибрука в Оксфордшире, написал хронику, охватывающую 1303-1356 годы, но заказу своего покровителя сэра Томаса Мура (или de la More) из Нортмура (умер после 1347 года), рыцаря и члена Парламента из Оксфордшира, который был верным слугой и сторонником Эдуарда II и присутствовал при его отречении. Помимо информации, полученной от патрона-очевидца событий, Бейкер также обильно черпал сведения из более ранней хроники Адама Мьюримута (см. ниже). Стиль Бейкера бойкий, изобилует описаниями, порой сбивается па мелодраматические эффекты, но как историк он зачастую ненадежен, поскольку склонен к преувеличениям; живое воображение часто заставляло его просто выдумывать. Он был твердым сторонником королевской власти и патриотом. Его труд был начат около 1350 года и завершен в 1358 году.
До конца XIX столетия, когда Э. Моунд Томпсон (Maunde Thompson) правильно идентифицировал автора, хронику Бейкера ошибочно приписывали самом сэру Томасу Муру.
«Брут» (TheBrut) — хроника, охватывающая события до 1333 года. Существует в нескольких вариантах. Большая часть из них — это переводы с какого-то французского оригинала. Для нашей книги наиболее важными были лондонский и северный варианты хроники, написанные в 1330-е гг.
Уолтер из Гисборо (Guisborough, или де Гисберн), он же Уолтер Хсмингберг (Hemingburgh), часто неправильно именуемый Хеминг-фордом (ум. после 1313 или после 1338), был каноником-августинцем в приорате Гисборо (Гисбери) в Йоркшире. Он написал превосходную, вполне надежную и вразумительную хронику событий с 1066 по 1312 год, широко используя современные ему источники, начиная с 1290 года, и приводил в скопированном виде важные документы. Высказывалось мнение, что в продолжении, охватывающем 1327-1346 годы (которые не могли быть все написаны Уолтером) вольно использовались данные из сочинения, известного под названием «HistoriaAurea» («Золотая история»), написанного Джоном, викарием из Тайнмута, около 1346 года.
Томас Грей из Хитона (Sir Thomas Grey of Heton) (ум. 1369) был достаточно именитым рыцарем из Нортумберленда, который, находясь в заключении в Эдинбургской тюрьме в 1355 году, написал сочинение под названием «Scalacronic» — драматичное, но компетентное изложение событий истории, в основном северных областей, при правлении Эдуарда I, Эдуарда II и Эдуарда III. Его отец сражался под Бэннокберном в 1314 году. Грей в немалой мере основывался в своей работе на трудах Гальфрида Монмутского, Беды Достопочтенного и Ранульфа Хигдена, а также на «Historia Aurea» викария Джона из Тайнмута (см. выше, в параграфе об Уолтере Гисборо). Его рукопись, хранящаяся в настоящее время в колледже Тела Христова (Corpus Christi College) в Кембридже, посвящена Эдуарду III. Из всех современных ему авторов Грей, пожалуй, более всего сочувствовал Эдуарду II.