Страница 38 из 93
— Почему меня должна заинтересовать эта гадость? — грубо спросил лекарь, стараясь скрыть волнение от сверхъестественного появления прекрасной гостьи.
— Разве в городе нет ни одного честолюбивого мужчины, мечтающего о троне Мерха? Лекарь закашлялся:
— На троне Мерха сидит королева.
— Да, но она скоро должна родить. А, разрешившись от бремени, Наразен ослабнет и может попросить чего-нибудь выпить.
— Это же измена, — в страхе пробормотал лекарь. Но после долгих раздумий он спросил:
— Почему ты думаешь, что этот яд лучше, чем те, которые готовлю я?
— Можно подсыпать такую дозу, что смерть наступит в самый подходящий момент, — ответила Лилас. — И еще, этот яд действует безболезненно, но делает жертву бессильной. Королева даже не сможет позвать на помощь, а следы отравления появятся только через несколько часов после того, как тело остынет.
— Все это лишь слова.
— Ты можешь убедиться сам.
Слуги лекаря затащили в дом мальчишку-оборванца, силой заставили попробовать напиток. Он тихо умер — без боли, в молчаливом отчаянии, и синева действительно не сразу проступила на его коже.
Три слитка золота получила Лилас в обмен на сосуд. Она редко пользовалась деньгами, предпочитая не тратить их, а хранить дома в кувшине. За шестнадцать лет, прошедших со дня кончины Наразен, колдунья изредка доставала три слитка золота и играла с ними, улыбаясь…
Но сейчас ей было не до смеха.
— Ложь, — объявила она своим необычным гостям. — Кто рассказал тебе этот вздор?
— Это правда, — возразил Симму. — Скажи спасибо, что мстительная Наразен не знает этого. Недавно она приходила в наш мир из Внутреннего Мира и в гневе уничтожила весь Мерх.
— А еще скажи спасибо, — продолжал Азрарн, — что твой хозяин не слышит нас. Улум любит заключать сделки с людьми, но кто же станет это делать, если узнает, что на Владыку Смерти нельзя положиться. Выходит, что как только душа обещана ему, он сразу же подсылает своих слуг убить несчастного и сослать душу в его мир на тысячу лет?
Лилас побледнела. Она сделала ужасную глупость, которую может допустить только очень умный и хитрый человек. И только теперь она поняла это. Колдунья снова рухнула на пол и обхватила ноги Симму.
— Прекрасный юноша, скажи мне, чего ты хочешь, — я сделаю все, что ты пожелаешь. Дай мне поручение, и я исполню его. Но прошу тебя, не рассказывай о моей глупости Владыке Тьмы, Улуму.
Симму вопросительно взглянул на Азрарна, не зная, что делать дальше, и вдруг в его голове вспыхнул уголек знания, небрежно брошенный князем демонов. И Симму сказал ведьме:
— Улум ничего не узнает, если ты ответишь мне на один вопрос.
— Все, что угодно, — отвечала ведьма… И это была вторая глупость, которую она совершила.
— Скажи мне, что такое сказала ты Владыке Смерти, отчего он согласился заключить договор с тобой?
Симму произносил слова, до конца не понимая их глубинный смысл, исполняя молчаливое указание Азрарна. Но как только слова эти слетели с его губ, глаза юноши вдруг широко раскрылись — он неожиданно понял всю важность того, что произнес. Глаза Лилас тоже широко раскрылись.
— Спроси меня о чем-нибудь другом, — медленно проговорила она. — Этого мне нельзя говорить.
— Мне не нужно ничего другого. Я хочу знать именно это.
— Величайший из Владык… — начала Лилас, поворачиваясь к Азрарну.
Но демон сделал вид, что не замечает ее. Его благородное лицо почему-то напомнило колдунье, как близко королевство Азрарна к королевству Улума и то, как просто один Владыка Тьмы может связаться с другим.
Лилас мысленно проклинала все и вся. Она проклинала гранатовые деревья в своем саду за то, что те искушали ее своим ядом, она проклинала маленький сосуд, лекаря, Симму — ведь рядом с ним стоял такой могущественный страж.
Все это навело Азрарна на мысль, что, несмотря на роль служанки Владыки Смерти, Лилас заключила с Улумом договор, иначе Улум не стал бы выслушивать ее. Очевидно, ведьма обнаружила слабое место в неуязвимых доспехах Владыки Смерти. Достаточно слабое, чтобы воспользоваться этим и стать служанкой Улума, прожить лет двести или еще больше, сохраняя вечную молодость.
Когда Симму понял, что имеет в виду демон, он схватил ведьму за горло.
— Что ж, раз ты так любишь Владыку Смерти, я отправлю тебя к нему.
— Нет, — заскулила Лилас. — Я еще не готова к этому. Я все расскажу. — Но когда Симму отпустил ее, лукавые огоньки мелькнули в глазах колдуньи. Она собралась соврать.
Однако Азрарн произнес:
— Она может молчать. Я уже все знаю.
Когда ведьма вспомнила о своем договоре с Улумом, демон прочел ее мысли так же легко, как читал бы в открытой книге.
Как уже упоминалось, четырнадцатилетняя Лилас, возвращаясь домой в предрассветный час, встретила Владыку Смерти. Он стоял под виселицей, и три тела покачивались над ним. Улум и девушка долго разговаривали. И теперь Азрарн знал, о чем они говорили.
«Господин, — начала Лилас, — я преклоняюсь перед тобой — кто же не понимает, что ты могущественнее любого земного короля, могущественнее самих богов? Я трепещу от страха».
«Ты искала меня?» — спросил Улум.
«Нет, — ответила Лилас. — Я еще молода и хочу жить. Но я восхищаюсь твоей красотой и твоим величием. Я трепещу, стоя перед тобой — ведь моя жизнь висит на волоске».
«Такова любая жизнь, « — вздохнул Улум, Владыка Смерти.
«Да, — согласилась Лилас, — но когда-нибудь люди найдут противоядие от смерти. Тогда ты погибнешь! А ведь Смерть так хороша и необходима. Если люди будут жить вечно и смеяться — прошу прощения, мой повелитель, я бы никогда себе этого не позволила — смеяться над Смертью, тогда какими же чудовищами они станут! А ты, Владыка, кем станешь тогда ты? «
Возможно, Смерть создали боги, а может — люди. Улум был тенью на стене, именем, облеченным в форму. С каких пор он существовал? Достаточно долго, чтобы осознать свое существование. Но, не подвластный человеческим чувствам, он не ощущал острой боли напрасного беспокойства за свою жизнь. Однако его не прельщала жизнь, лишенная впечатлений, жизнь в мире, где люди начнут отрицать смерть.
Лилас отлично это понимала…
А в тот день на холме она говорила с Улумом низким и сиплым голосом, полным страха, восхищения и коварства.
«Мудрость и зло руководят мной. Несмотря на юные годы, я знаю много тайн. Если же я ошибусь, поправь меня. Говорят, что в стране богов, в Верхнем Мире, есть колодец, наполненный водой бессмертия. Ни один смертный не может проникнуть в тот Мир, но даже если бы и смог, все равно этот колодец неусыпно охраняют. Однако мои учителя рассказывали мне — хотя, может, и они ошибались, — что существуют легенды еще об одном колодце, который находится где-то в восточных землях нашего мира. Этот второй колодец расположен точно под колодцем бессмертия в стране богов — один под другим. Ни один смертный не знает, где находятся колодцы. В самом деле, откуда же им знать — ведь в колодце, находящемся на земле, — обычная вода. Но мои учителя сказали мне: не случайно эти колодцы расположены друг под другом. Может быть, такова прихоть богов. Когда-нибудь дно колодца бессмертия — а говорят, оно сделано из стекла — треснет, и несколько капель эликсира вечной жизни попадут из Верхнего Мира в наш — прямо в колодец под ним. Подумай, мой господин, какая случится беда, если в тот самый час какой-нибудь человек наткнется на земной колодец и узнает его секрет. Ведь этот колодец даже не охраняется. По крайней мере, так говорят».
Владыка Смерти сделал вид, что его совсем не заинтересовал этот рассказ. Но тем не менее он спросил: «Зачем ты рассказала мне эту историю?»
«Потому что, мой господин, ты — Владыка Тьмы и должен знать, где находится колодец Верхнего Мира. А значит, ты сможешь найти и его двойник на земле. Тогда ты поставишь возле него своих стражей — в ожидании дня, когда упадут капли воды Бессмертия. Или, если это слишком утомительно для тебя, разреши мне присмотреть за колодцем. Я умная, хоть и молодая. Все мое искусство я предоставлю в твое распоряжение».