Страница 41 из 52
- Свертывайте операцию. Отход, - процедил Гридик, с досадой пнув невинный куст лопуха под ногами. - С ней бесполезно сражаться в лесу, она легко положит там всех.
Хану грубо запихнули в закрытый тентом кузов небольшого грузовика, с ним же туда запрыгнула пара солдат. Брезент снова откинулся и в щели света показалась голова Инны, коротким повелительным жестом приказавшая им выметаться. Они, ни секунды не мешкая, моментально исчезли за пологом.
Девушка села на скамейку напротив и машина поехала. Хану молчал, он не знал, что сказать.
- Я не буду извиняться, - тихо сказал она. - Операция задумывалась так с самого начала. Это мой долг перед своей страной и народом.
Хану не проронил ни слова. Если это и было все так, то не ему, сейчас ее осуждать. С самого начала зная, что его используют, он не хотел себе в этом признаться. Это не было предательством с ее стороны, это было работой и призванием, а он только приманка и пешка в этой сложной многоходовой игре.
- Мы потеряли большую часть населения во время последнего кризиса и едва ли бы могли пережить новый, - продолжила Инна, не смотря в его сторону. - 'Санпе' стремительно набирали силу, а их агентурная сеть и возможности значительно выросли, угрожая окончательно дестабилизировать город. Мы уже знали, что в Бюро был их 'крот' и подозревали Марту. Мне пришлось сблизиться с Кайзи, использовав вслепую для хорошей легенды. Я знаю его с детства, но никогда не испытывала к нему настоящего чувства. Он уже давно даже не друг. Кайзи, словно часть моего собственного тела - полностью предан мне и я могу делать с ним тоже, что без колебаний сделала бы и с собой, если бы это потребовалось. Возможно, это звучит банально и пафосно, но иногда мы должны жертвовать собой, ради своего народа. Собственным счастьем, ради счастья других, иначе эта ничтожная жалкая жизнь не имела бы смысла и цели. Ты помнишь, что говорил нам Нима об эгоцентризме? Но, я пока еще не умею и не могу чувствовать все это на таком абсолютном и безусловном уровне, как он. Но хотя бы, жертву ради блага собственного народа, я хорошо понимаю. Пока хоть это.
Инна замолчала, эмоционально переживая все сказанное. Она, действительно верила во все это и говорила уже от чистого сердца с каким-то революционным надрывом и отречением.
- К несчастью, они выкрали Кайзи и план был на грани провала. Он ничего не знал об этой операции, но всю свою жизнь Кайзи любит меня и без колебаний принял бы любое решение. Риск был велик, но мы рискнули продолжить операцию. Следующей возможности, могло бы и не быть.
Хану заметил, что он со странным облегчением, выделил и для себя отметил то, что она никогда не любила Кайзи. Как странно устроен человеческий ум - даже сейчас, его почему-то еще до сих пор очень интересовало то, что чувствует эта роковая красавица. Сколько раз он уже успел обмануться на ее счет... Но, каждый раз, Инна сказочным фениксом воскресала из осколков его разбитых чувств и пепла надежд, чтобы построить свой новый хрустальный и дивно сверкающий образ в лучах его воображения, чтобы уже в следующий момент, вдребезги разбить его снова!
Хану устал в рваном ритме метаться в ее лабиринтах тупой и бестолковой мышью. Неужели все это, могло быть таким сложным, когда любить ее было так просто? Ничего не требуя, не заставляя, не претендуя, не забирая?
Говорить не хотелось, в душе было пусто. Хану не знал, чего она от него ждала сейчас - эмоционального взрыва? Чтобы он ее обнял, утешил, простил или наоборот наорал?
Задним числом, уже так легко распутать все нити. Стало понятно, почему она устроила ту паузу и послала его именно к Марте, у которой, как раз тогда, шла ее лекция. 'Санпе' не смогли не клюнуть на это. Спектакль был показан на славу, а ее заунывная первая речь, видимо, опиралась уже на представленный наверх отчет Эддички и была специально выстроена в тоне, который Хану даже не слушал. Оставалось только красиво исполнить выход на террасу над 'бродячими' и мастерски разыграть сцену спасения жертвы на алтаре, чтобы вскрыть очень важную часть вражеской агентурной сети. Бедный Таши, Марта, мусорщик, команда корабля, Сван. Все они уже наверняка арестованы. Мира, однако, пока оказалась не по зубам. Ну, так они еще что-нибудь придумают, но хватило ли им наглости тронуть учителя?
- Нима знал обо всем этом? Он шепнул тебе что-то в том зале, - спросил Хану с внутренней уверенностью, что наставник свободно читал у всех мысли.
- 'Делай, что должна, все будет в порядке', - ответила Инна. - Я была очень удивлена, но этот учитель, несомненно, владеет многими сиддхами. Я уверена, что он знал, о чем говорит.
- А что ты сказала Кайзи, когда он пришел к нам в отеле? - снова спросил Хану.
- Правду, - сухо ответила Инна. - Я ему все рассказала. Его появление было очень неожиданным, но я знала, что он поймет, хотя могла бы вообще не объяснять ему ничего. Он никогда не ждет и не требует ответа, благодарности или извинений. Ему достаточно того, что я вообще есть. Кайзи, лишь моя собственная боль. Меня беспокоила только Мира. Она непревзойденный, расчетливый, умелый убийца и лучший боевик 'санпе'. Таких еще не знала история города. Это настоящая легенда. Лучшим исходом всей операции могла бы быть ее нейтрализация. Но, к сожалению, не вышло.
Кайзи, теперь напоминал Хану адаптированную к этому миру, версию 'Квазимодо', отягощенного еще и кодексом 'бусидо'. Но вот от поверхностной Эсмеральды, в Инне можно было найти лишь только внешность.
- А что бы они могли сделать с Кайзи? - он уже задавал ей ранее этот вопрос про себя, но сейчас она была откровенна и скорее всего, сейчас сказала бы правду.
- 'Санпе' бы использовали его, точно так же, как нас, а потом бы выкинули, ненужным мусором, других вариантов быть не могло, - девушка пожала плечами.
- Как вы? - Хану пытался заглянуть ей в глаза.
- Как и мы, - ответила Инна с вызовом, наконец повернув к нему лицо.
Оно было все в слезах. Эта сильная девушка плакала. Все маски сброшены и сейчас уже не было никакого смысла играть, а значит, ее слезы могли означать только то, что она к нему неравнодушна.
Машина тряслась по разбитой дороге. Солнечные лучи, пробившиеся через дырочки тента, плотно заполнены танцующей пылью. Она скрипела на зубах и толстым слоем покрывала их лица и кузов. Они оба молчали, им нужно было время подумать.
Хану не был тонким знатоком женской психологии и поэтому, не знал, считала ли она сейчас, что любит его и так ли это было на самом деле, но так и не смог разобраться даже в собственных чувствах. Любит или любил ли он сам? Что это такое вообще - любовь?
Мы любим очень многие вещи - близких, себя, дружбу, еду, власть, деньги, секс, хорошую погоду, путешествия, уважение, признание окружающих, милых животных, хорошую работу, юмор, бои без правил и еще сотни самых разных вещей и объектов. Мы любим все, представляющее для нас некую ценность, все то, с чем не хотелось расстаться. Всегда что-то внешнее по отношению к нам. Любовь это векторная величина, она всегда куда-то направлена. Но откуда тянется вектор, что объединяет все это многообразие? Не имеем ли дело с одной и той же вещью, выраженной так разнообразно и многолико - с собственным умом и игрой его проекций?
Хану знал, что в некоторых языках, существуют десятки слов и понятий, обозначающих различные виды любви, но все это, можно было выразить лишь одной формулой и связкой - ум и желание. Ясная и неподвижная прозрачность своего ума и желание, как всего лишь движение в нем. Словно из бездонного чистого озера, отвалился крохотный камешек и ничтожная, еле заметная струйка воды начала ручеек, реку и в конце концов, уже мощным водопадом и через тысячи рукавов образовала грандиозное и колоссальное зрелище бушующего эмоционального моря качающее на своих бурных волнах все события этого мира. Никто уже даже не знает, да и не вспомнит про тихое озеро, родившее жизненный хаос и эти потоки. И самый мощный из них бурлит, омывая собой, свой же собственный образ, который сам и создал своим же бурным течением. В конце концов, ум любит лишь сам себя и ничего более. Свои иллюзии, свои фантазии - все это только кажется внешним. Что же любит он в Инне - характер, глаза, уши, руки, все тело, комплект всего этого? Где в этом сложном, изменчивом и составном объекте, та суть, то неизменное, к чему направлено его желание? Как можно в непостоянстве искать вечность? В пустой иллюзорности - несотворенную реальность? Цепочка от Нимы - 'незнание, эго, желание', казалась сейчас очевидной и очень доходчивой.