Страница 30 из 52
- А сейчас? - не смог остановить себя Хану.
- А сейчас, все тоже самое, только с корочками от Бюро, - уже буквально прошипела Инна.
- А что говорят власти?
- Власти имеют хороший откат с этого бизнеса, а от повторения прошлых событий пока помогает 'одержимость' города и ритуалы Бюро. Не будь их, все бы давно повторилось сначала. Если угодно, то инквизиция 'шенпо' - единственная сила способная удержать власть в городе, а его людей от самоуничтожения в очередной заварушке. Я работала у отца не потому, что мне это нравилось, а потому, что не вижу другого способа сохранить хоть какой-то порядок, пусть даже в таком его виде.
- Вся власть в городе принадлежит только Бюро? - удивленно спросил Хану, представив себе что-то вроде Ватикана.
- Полная автономия в составе федерации. У себя мы решаем все сами. С внешним же миром, ведут дела федералы. Мы же, не производим ничего кроме 'духовного поиска'. Фактически, Спирит-таун это просто большой монастырь с многочисленными кафедрами и факультетами своих духовных традиций. Ну, и конечно, с социальными институтами, которые все это обслуживают.
- А не проще навести порядок в самих духовных традициях, как это было ранее? - Хану рискнул снова вернуться к теме.
- Это теперь, уже просто большой бизнес. Найти настоящего учителя в наше время стало очень непросто. Поэтому, его и называют - 'время упадка'. Учителя еще есть, но их все меньше и они уходят один за другим, а передать линию сохранив ее непрерывность, все чаще становится некому. Времена ортодоксов прошли, а к новым обстоятельствам, учение толком, так и не смогли адаптировать, - ответила Инна, на этот раз, дав ясно понять, что она хочет окончательно закрыть эту больную для нее тему.
- Как ты думаешь, зачем они так рискуют, пытаясь вытащить меня? И кто они такие вообще? - спросил Хану, спеша прояснить ситуацию, пока их опять не забросило в очередное нежданное приключение.
Инна, немного подумав, обозначила свою позицию, даже не пытаясь скрыть явную неприязнь:
- Это все просто политика. Вечная подковерная борьба за власть в Спирит-тауне, а значит, в определенной степени, и во всем мире. По крайней мере, в его духовной составляющей. Скорее всего, это люди из традиции линии 'санпе'. Они руководили анклавом до событий 'Кризиса веры', в развитии которых, и виноваты сами. По крайней мере, они несут за это ответственность, поскольку сумели как-то допустить такое. С тех пор, с началом возвышения 'шенпо', они вынужденно уступили место и ушли в тень, но видимо, до сих пор не успокоились, устраивая всевозможные пакости, чтобы вернуть себе свое положение. Их босс использует тебя так же, как и наше Бюро, возможно и не так прямолинейно, но тоже, мало не покажется. Нам надо просто выжить и постараться держаться от всех них подальше.
- А чем принципиально отличаются 'шенпо' и 'санпе' в их взглядах? - не мог не спросить Хану, пока Инна еще была разговорчива.
- Принципиально - ничем. Это две атеистические традиции с общим философским и этическим фундаментом. Разница в списке авторитетных и признанных ими канонов, а также определения ими конечного плода их практик. Это, само по себе, лично для меня, очень странно, поскольку обе они настаивают на внеконцептуальном конечном постижении, но тем не менее, все же пытаясь его описать через понятия. По сути, думаю, разница лишь в величине кормушки, к которой в текущий момент, они имеют доступ.
Определенно, Инна была очень зла на всех них. Возможно, как раз из-за манипуляций Гридика с ее возлюбленным. Но, она явно получила наилучшее образование и выглядела очень умной и начитанной девочкой, а значит, либо образование или учителя, все же были не очень хорошими, либо она оказалась совершенно тупа или просто не имела необходимых способностей, чтобы понять, принять и применить все изученное. Либо, с самим учением было уже давно что-то не так.
Хану решил пока оставить все это дозреть где-то в уме и дождаться альтернативной трактовки событий от кого-то еще. Он ясно осознавал, что от него хотело Бюро, но несколько запоздал с этим пониманием и чуть не лишился жизни. Теперь, уже гораздо важнее было знать, чем его могут теперь неприятно удивить люди 'санпе'. Вторую такую засаду, он может уже и не пережить, поэтому соображать надо было быстрее.
Впрочем, Бюро очень грамотно разыграло свои карты, ни разу так и не предоставив ему шанса к спасению. Инна же, как раз и оказалась их собственным 'джокером', похоронившим игру. Они хорошо просчитали его, но забыв про себя. И от гроссмейстеров 'санпе' не стоило ждать меньшего, раз они, столько лет бодались с 'шенпо' на равных с переменным успехом.
Хану, по-прежнему, не понимал мотивацию Инны, что вызывало в его уме град бесконечных вопросов: 'Предположим, она видит в мне Кайзи. Но, надеется ли она еще, когда-то снова вернуть в это тело его самого? Да и как она это может сделать без ритуала и Оракула, даже если найдет его живым и здоровым? А может ей это и не надо? Обусловлена ли женская любовь лишь телом? Или лишь умом? Или всегда обоими? Любит ли он сам Инну? Только ее тело? Только ее ум? А если, ее ум в другом теле? А если, ее тело, но уже с другим умом?'
Его мысленный штурм прервало приближение знакомых голосов из трактира. Теперь к старой парочке присоединился матрос, без которого бы, они уже вряд ли смогли бы пройти по, теперь уже узкому для них, пирсу. Троица хлопала друг друга по плечам и клялась в вечной дружбе и верности, по несколько раз осведомляясь о здоровье близких, которых только недавно вспоминали, но несколько в другом контексте. Делали пару шагов, крепко обнимались и снова клялись, что видимо, было следствием хорошей сноровки персонала, душевной атмосферы бара и высокого качества его продукции.
Наконец, уже довольный жизнью, капитан занял свое место в рубке и корабль оторвался от пирса. Свесившаяся в трюм сверху пьяненькая голова матроса, чуть заикающимся голосом объявила им, что они почти на месте. Был поздний вечер и сейчас это выглядело уже так, словно им предстоял ночной десант в партизанский лагерь где-то в лесу.
Зайдя за мыс, судно остановилось возле уже ожидавшей их там крошечной шлюпки, с загоревшимся фонарем при их приближении. Быстро пожав руку, встречающему их человеку, они сели в лодочку, грозившую опрокинуться при любом небрежном движении. Рулевой умело и уверенно удерживал ее между длинными гребнями больших волн, каждая из которых, была намного выше борта шлюпки. Хану даже не знал, умеет ли он плавать. Но, к счастью, все закончилось благополучно и вскоре, они уже были на берегу и садились в машину. Его не покидало ощущение, что он смотрит в кино заезженный шпионский сюжет, штампуемый киноиндустрией сотнями.
17
Мужчина, который их встретил, оказался хозяином маленького прибрежного отеля из десятка бунгало, утопающих в джунглях в паре километров от города. Он выглядел тихим и скромным человеком с печальной, словно извиняющейся улыбкой. Его звали Сван и он жил тут вместе с семьей, работая садовником, шофером, гидом и всем, кто только мог бы еще вдруг понадобиться. Здесь же, была пристроена к делу и вся его семья. Бизнес его, видно, шел не очень хорошо, но они совсем не выглядели этим расстроенными. Хотя, возможно, просто был не сезон.
Больше всего, сейчас Хану хотел, чтобы его оставили в покое, но судя по словам Инны, такое едва ли могло получиться, по крайней мере, в этом мире. Он словно взял в долг и теперь ожидал калькуляции процентов. Самое же неприятное, заключалось в полном непонимании того, чем ему предложат расплачиваться.
Им дали новую одежду и поселили в дальнем домике в джунглях. По легенде, они были молодой и счастливой семейной парой, прожигающей тут свой медовый месяц, что уже этой же ночью, не потребовало совсем никакой симуляции.
Не в силах заметить собственные недостатки,