Страница 20 из 52
- А в чем опасность? - не отставал Хану, ожидая новое увлекательное путешествие ног при появлении неудобного для нее вопроса.
- Опасность как в том, что практикуя такой путь, человек дает специальные обеты, нарушение которых, как говорят, приводит к очень неприятным для него последствиям, так и в том, что переоценив свои способности, ученик не только потеряет зря время, силы и энергию, но и испытает разочарование и гнев, которые еще более усугубят его ситуацию и опять же, приведут к тем же самым неприятным последствиям. Поэтому, такие 'особые пути', сравнивают с канатом, натянутым между вершинами двух высоких гор. Чтобы перебраться с одной на другую, ты можешь либо долго идти, спускаясь вниз и потом карабкаясь вверх обычным путем, либо верно оценив свои силы, перейти к цели сразу по канату.
- А что эта за 'неприятные последствия'? - спросил Хану, живо вообразив себе заседание духовного трибунала с расстрельной статьей за нарушение взятого обета.
- Как уже сегодня говорил директор... - сказала девушка и мрачно посмотрев куда-то за его спину, словно там кто-то сейчас показывал ей большой плакат с текстом подсказок. - Во-первых, едва ли можно считать приятным подарком укоренение негативных качеств собственного ума, неизбежно приводящих к страданиям. А отсутствие результатов в практике приведет к разочарованию, а оно - к озлоблению и так далее по нарастающей. Во-вторых, есть мнение, что существует бесконечное количество миров с очень различающимися условиями для существования в них живых существ. Некоторые из них называют 'адскими мирами'. Люди практикующие особые пути, иногда вступают в контакт с самыми разными тварями других более 'тонких' планов или миров, которые могут серьезно влиять на их практику или даже жизнь. При нарушении взятых обязательств, есть очень большая вероятность того, что это влияние будет очень негативным с последующим перерождением в измерениях этих адских миров.
- Их кто-то так наказывает за это? - он представил себе сурового следователя в виде ангела или демона, придирчиво разглядывающего материалы его многотомного дела.
- Нет, они наказывают себя сами. Каждым своим действием мы закрепляем в уме привычку сделать то же самое и в следующий раз, таким образом, все больше изменяя свой собственный ум. После смерти, когда некоторые составляющие того, что мы обычно считаем собой распадаются, а поток сознания естественным образом занимает свое положение в соответствующей его состоянию среде. Точно так же, как выпущенная в воду глубоководная рыба, стремится сразу же занять свое место в омуте.
Это же можно увидеть и в обычной жизни в той же школе, к примеру. Ботаники, преступники или любые другие люди с одинаковыми наклонностями, очень быстро социально сплачиваются, хотя их никто специально не наказывал проводить время друг с другом. Поэтому, человек с умом полным гнева, перерождается в аду, ленивый и тупой - животным, а очень жадный - в мире голодных духов и так далее.
- Хорошо, но так какая связь между 'зарытой собакой' при проверке учителя и особыми методами? - не унимался Хану.
Инна подозрительно смерила его взглядом. Похоже, все ее фокусы, должным образом уже не работают и он по-прежнему способен задать толковые вопросы. А может, она уже успела потерять хорошую форму и привлекательность? А вдруг, это просто деревянный и бесчувственный кретин с очень хорошей сопротивляемостью к любовной магии или может, он просто гей? Да, нет, в иные моменты, он был не в силах отвести от нее взгляда и это безошибочно чувствовалось. Она что-то упустила и теперь, словно сама танцует с саблями на этом канате над пропастью, балансируя между опасностью сказать слишком мало или уже слишком много.
- У ученика нет другого метода проверить особенные качества учителя, если он не демонстрирует столь же 'особых' сиддх. Логика и этика тут никак не помогут проверить его квалификацию в этом, - ответила Инна, стараясь закрыть эту тему.
- Но если учитель бесспорно этичен и действительно, высокоморален, то он не способен и врать, выдавая себя за особого мастера, верно? - дотошно подметил Хану.
- Неверно. Потому, что проверка нравственности учителя требует очень много времени, да и то без всяких гарантий адекватной оценки. Способный лицемер может не дать повода в нем усомниться, но и ничему хорошему, он научить не способен, - парировала девушка. - Кроме того, учитель может и сам искренне ошибаться в уровне своей практики и потому, на самом деле, не являться мастером, способным вести учеников по 'особому' пути. А ученики, еще не обладают ни должной мудростью, ни прочими способностями, позволяющими опознать самозванца. А сиддх, достигнутых такой 'особой' практикой, учитель, в силу своих обетов, им не показывает, даже если они у него действительно есть.
- Значит, выхода нет? - наконец, сдался Хану.
- Выход есть, - с наигранной уверенностью заявила Инна, словно в бездарном рекламном ролике. - И именно для этого и создавалось ССБАУНЛПиБ. Его целью как раз и является подтверждение чистоты линии преемственности духовного учения и квалификации его учителей. Все это гарантирует ученикам 'Сертификат Бюро' и избавляет их от лишней головной боли, сомнений и ошибки, которую непременно кто-нибудь совершил бы, попавшись в лапы мошенников.
Хану, невольно нервно оглянулся по сторонам, поскольку такая патетика была уже явно обращена к внешнему зрителю и напомнила ему высокопарный стиль Эддички. Ему даже почудились тихие аплодисменты где-то за стенами.
- Но почему, это доверили именно линии шенпо? - спросил Хану, рассчитывая такой провокацией выбить девушку из этой неудачной роли.
Инна недоуменно подняла брови, опешив. Она молча смотрела на него, лихорадочно пытаясь понять, что он еще может знать. А еще, нужно было обязательно продумать и то, откуда он это знает и как ей поступить теперь. Каждая секунда промедления с ответом, могла еще больше укрепить его подозрительность и грозила срывом первоначального плана и экстренным переходом к силовому сценарию для спасения всей операции.
Девушка быстро подняла руку, как бы останавливая дальнейшие вопросы Хану и беря себе дополнительное время.
Он же, понял ее жест, еще и как знак 'не вмешиваться' для скрытых свидетелей их беседы, что сильно испугало его. Хану поняв, что сильно рисковал, перегнув палку и потому, поспешно добавил:
- Я нашел биографию Флавия, здесь в библиотеке.
У Инны от лица отлила кровь и она с видимым облегчением выдохнула. И скорее всего, не только одна она. Сидеть на столе, теперь уже в совсем неуместной позиции, давно не имело смысла. Она встала и все так же молча, направилась к резному деревянному шкафчику, достав из него бутылку красного вина, два стакана и штопор.
12
Она не торопилась, приводя свои мысли в порядок. Сама открыв бутылку, Инна подошла к Хану с уже наполовину наполненными бокалами и протянув ему один, села на стул рядом с ним.
Разговор обещал быть долгим и трудным и она начала рассказывать:
- Хорошо, я объясню. 'Кризис веры' совпал с описанными в этой книге событиями, добавив к голодным бунтам еще и восстания на религиозной почве. Люди обвиняли духовных учителей в том, что все они только самозванцы и аферисты, словно клопы сосущие последние соки из простого народа. Жгли храмы и библиотеки со священными текстами, в поисках продовольствия громили монастыри. Это было темное и смутное время. Никто никому уже не верил. Власти делали, все что могли, пытаясь навести порядок, но эти волнения затронули даже военных.
В конце концов, все это, видимо привело в действие какое-то проклятие. В один прекрасный вечер, на улицах, впервые появились 'бродячие', что закончилось настоящей резней. В течение нескольких дней, пока не разобрались в чем дело, больше половины людей погибло, а остальные были парализованы страхом. Никто не знал, что им делать. Везде был хаос и паника. Немногие выжившие прятались в подвалах или грабили то, что еще оставалось.