Страница 56 из 72
Возможно, нужен непосредственный контакт с противоположным полом, думалось ему. Или, может быть, из-за того, что он подглядывал тайно, а здесь в баре – смотри, сколько хочешь. Надо бы тайком поглазеть на разных голых девчонок и, особенно, тетенек. Потому что более взрослые женские особи вызывали отчего-то больший интерес и какое-то потаенное маняще-беспокойное чувство. И чем вообще они, эти женские прелести, собственно говоря, волнуют кровь и будоражат запертые глубоко непонятные инстинкты.
Где можно тайком поглазеть на голых тетенек? Эта мысль теперь
регулярно посещала заинтересованного странным парадоксом Робу.
В бане, к примеру.
– Но это слишком вульгарно, – подумал Роба, – что за интерес смотреть – трутся мочалками, мылятся…
Можно в женских раздевалках на стадионах и в спортзалах. Но, поди, найди эти раздевалки – спрашивать же не будешь. Нудистских пляжей поблизости не было – не ехать же в Крым или на Черноморское побережье Кавказа из-за этого.
И тут Роба вспомнил, что несколько лет назад они с пА и мА ходили в спорткомплекс "Мир фитнеса". Там, помимо спортивных залов с различными тренажерами, были мужская и женская сауна. Он с пА ходил в мужскую, а мА, естественно, в женскую. К этим саунам примыкали два открытых плавательных бассейна, обнесенные высоченными, кажется пластиковыми, заборами. И один забор, тоже очень высокий, был общим, разделявшим мужской и женский бассейны.
Все плескались в них голыми и под открытым небом. Было это зимой, и Роба даже помнил падающие медленно снежинки, веселую музыку и звонкий женский смех из соседнего бассейна.
– Вот там и можно в спокойной непринужденной обстановке порассматривать, чем же они отличаются и в смысле возраста и вообще…, – решил Роба, как всегда, не откладывая задуманного в долгий ящик.
В сауну он, конечно, не пошел – что там делать в этой жарище, да и потеющие женские тела – зрелище не из самых приятных. Роба прошел в сам бассейн и присел на его бортик, сбоку от лесенки, по которой купальщицы спускались в воду. Он был невидим, и места для маневра вполне хватало. Здесь было весьма многолюдно, несмотря на предвечернее время – женщины, девушки, девочки, в том числе и ровесницы Робы… Сколько же их здесь, и все такие разные. Он смотрел во все глаза на проходящие рядом стройные женские фигурки и мог видеть все-все в мельчайших подробностях. Боясь пошелохнуться, он ощутил бурный прилив жара в своей голове и учащенное сердцебиение…
– Вот это, да! – на него нахлынуло непонятное возбуждение, окружающий мир стал ярок и очень красочен. И прекрасен, как в сказке… Казалось, он способен смотреть на этот мир вечно… И любоваться…
Но неожиданно с ним случилось нечто совсем непредсказуемое и удивительное…
Что именно?
Давайте умолчим об этом и пощадим робино самолюбие… Роба же в настоящей панике пробкой выскочил из бассейна и рванулся к выходу, по пути цепляя испуганно шарахающихся в сторону женщин…
Посетив все городские казино, Роба не нашел больших отличий игры в рулетку. Во всех игорных заведениях играли только в Американскую рулетку. Европейская и французская рулетки были почему-то не в ходу. Собственно говоря, различия между ними были небольшими. Они отличались лишь размерами игровых столов, распределением чисел на колесе, да еще в Европейской рулетке было тридцать семь номеров, поскольку отсутствовал номер 00 или Double zero. Тем лучше, решил Роба – не будет никакой путаницы. Основная трудность заключалась в поиске подходящего места, откуда можно было вмешаться в процесс игры. За игровым столом могло поместиться до шести человек, и почти всегда все места были заняты. Рулетку обслуживали крупье и его помощник, который занимался сортировкой разноцветных фишек. Вот он-то как раз и был тем непоседой, который мог случайно наткнуться на невидимого Робу и тогда все могло пойти прахом. И все же за пару недель Роба наловчился искусно лавировать возле игрового стола. Рекогносцировка и тренировочный процесс, таким образом, были завершены.
Теперь нужен был только первоначальный капитал, чтобы купить фишки. И оставалось главное – подыскать себе надежного взрослого партнера. Искомый субъект должен обладать определенными криминальными и шулерскими наклонностями, без определенных моральных принципов, но быть честным с Робой. Таковых на горизонте пока не наблюдалось. Но Роба не спешил и пока занимался вопросами теории вероятности и практической отработкой будущих действий на поле брани, то есть, непосредственно, в игровом зале.
В один из визитов в казино на глаза Робе попался невзрачный человек в прикиде, претендующем на щеголеватость, с невыразительным узким лицом и маленькими бегающими глазками. Роба его сразу узнал. Человек этот жил на их улице, в панельной девятиэтажке, через два квартала от робиного дома. Ни фамилии, ни имени его, Роба не знал, поскольку близко с ним не общался. Впрочем, и все другие знали его только по странной кличке Графин. То ли это была производная от фамилии, а скорее, это прозвище тот заслужил из-за своей фигуры, весьма смахивающей на прямоугольный графин с длинным узким горлышком.
От роду Графину было, где-то, под тридцатник, женатым он не был и нигде постоянно не работал. На жизнь он зарабатывал, то мелкой спекуляцией, то незаконными валютными операциями. Поговаривали также, что он "сидел" за что-то около трех лет, но за что конкретно – никто не знал. Пару раз Графин бывал и в их дворе, угощая подростков дешевым вином, изображал из себя блатного и рассказывал всякие страсти про жизнь на "зоне".
И вот сейчас этот самый Графин выходил из казино с лицом явно неудачливого игрока. Похоже, на ниве азартных игр ему в этот раз не повезло, и неудачник двигался по улице неверной походкой подвыпившего человека, на ходу решавшего дилемму: то ли зайти в какое питейное заведение и "добавить", то ли отправиться домой и "на боковую".
– То, что надо, – решил про себя Роба, – этот тип наверняка не откажется от предложения подзаработать непыльной работенкой.
И Роба, продолжая оставаться в режиме невидимости, отправился вслед за ним. Если Графин по пути "добавит", то разговаривать с ним на эту тему будет бесполезно. По прежним встречам Роба отмечал, что алкоголь добавляет Графину лишь многословности, хвастовства и бестолковости.
Будущий партнер миновал, однако, пивной бар и поплелся к входу в метро. Роба мгновенно материализовался и сел ему на хвост. Так и есть – выйдя через две остановки, Графин поглядел зачем-то на небо долгим пристальным взором, а затем направился прямиком к своему дому.
– Здорово, Графин! – Роба догнал его у самого подъезда, дверь которого закрывалась на кодовый замок.
– Здорово, парень! – тот смерил его удивленным взглядом, – только, что-то я не припомню тебя среди своих корешей.
– Да, ладно тебе… Забурел, что ли, – укорил его Роба, – есть серьезный разговор.
– Ну, говори свой разговор.
– Наше общение будет длинным, может, давай не на улице, а зайдем к тебе домой?
– Я, кого попало, на свою хату не вожу, – маленькие глазки Графина забегали, изучая робино лицо.
– Тогда давай найдем какое-нибудь укромное местечко, – предложил Роба.
– Да, чё ты хочешь-то пацан, – забеспокоился Графин, – об чём базар повести собираешься?
– Есть возможность зашибить хорошие бабки, – Роба нарочито старался говорить жаргонным языком, чтобы казаться взрослее.
– Да-а-а? – недоверчиво протянул Графин, – а я-то тут, какими колесами буксанул?
– Я все расскажу подробно. Только надо где-то пристроиться.