Меч света

– Я никогда не прощу тебе, что ты его чуть не задушил. И не говори мне, что ты хотел только заставить его Размякнуть, как Цветик втирал мне про поставленный удар, и то, что он хотел тебя только Вырубить. Вы ничем не лучше друг друга. Мы ясно Видели, что вы не умеете рассчитывать приложенные вами силы. Теперь мне всё равно. Прощай.

– До встречи, – проговорил я.

Пока я спускался вниз, мне в спину слышались её всхлипы и рыдания. Она продолжала смотреть нам вслед, пока мы уходили. Айка тихо скулила, что-то пытаясь сказать своей Хозяйке.

Мы брели по по ущелью до самого рассвета. Тарфельд то и дело спотыкался на покрытой щебнем тропе, хотя и высоко подымал ноги. Мне приходилось поддерживать его под локоть. С первыми проблесками зари Микула осмотрелся назад и сжалился над эльфом. Освобождённый Тарфельд сел на камни потирая запястья.

– Так как же тебя угораздило? – уставился на него Микула.

Эльф вздохнул.

– Я сам виноват. Решил сократить путь через это Чёртово Болото! Там я встретил этого Кретина! Ты бы видел его! Он устроил на меня Охоту!

– С чего ты взял, что на тебя? Ярик выслеживал виверну. Он мог принять твой шорох за неё.

– Нет! Он меня заметил! Ты бы Видел Его Взгляд! У меня просто не было другого выбора! Но я всё равно виноват. Признаюсь, я и правда решил на него напасть первым, прежде чем он меня не пришил!

– Ясно. Так Ярик тебя уделал? Хо-хо! Хорош! С твоим-то двухсотлетним опытом, да проиграть пятнадцатилетнему юнцу! Стареешь, Али….

– Бездна Глубин! Я же просил Никогда не называть Этого Имени!!! А по поводу боя… А то! Ты и сам прекрасно понимаешь, что равных ему бойцов – нет! За мелким исключением… – Тарфельд покосился в мою сторону..

Из меня пробил смешок.

– Польщён. Но меня спасла только случайность, – ответил я. – Ударь он чуть точнее, я бы пел сейчас среди Небес.

Микула хохотнул.

– Когда Ярик бьёт, он полагается на Чутьё. Так что не прибедняйся, малыш. Уклониться от его удара – это нужно Искусство, а не Случайность.

Мы снова посмотрели на эльфа. Затем Микула открыл свой рюкзак, из которого вынул и кинул Тарфельду рюкзак поменьше. Так вот зачем он взял такую огромную сумку непомерных размеров!

Затем он выдал ему свой лук и запасной меч.

– Так, Друг, раз уж ты не пленник, в Риндол с нами будешь добираться на общих основаниях.

Эльф сник и напялил лямки.

– Почему ты не предупредил меня ранее? Я бы тогда предпочёл остаться с арканом на шее!!!

Я не понимающе на них уставился.

– А чего это пленники не могут тянуть поклажу? А вдруг они устанут меньше своих сторожей и сбежат!

Мои спутники только рассмеялись.

– Неужели ты думаешь, что кто-то в здравом уме будет нести поклажу вместо своих палачей? – фыркнул Тарф. – Пленник наоборот должен быть доставлен по месту в целостности и сохранности!

– К тому же, – поддержал Микула, – о каком уставании меньше стражей идёт речь? Пленника кто-то кормить собирался?

Богатырь расхохотался. Тарфельд наоборот скис.

– Ладно, понятно всё с вами, – сказал я. – Предлагаю нам продолжить путь. Кстати, мы не будем пробовать запутывать следы, если кто-то будет нас преследовать?

Микула фыркнул.

– Во-первых, у Ярика – Чутьё. Если захочет, даже без собак нас выследит. Во-вторых, кое-кто обещал постараться, чтобы он нас хотя бы ближайшую неделю даже и не думал преследовать.

По опыту я знал, что неделя у Таи при упоминании Яросвета, мифическим образом является от силы днём в Реальности. Но своим спутникам я этого не сказал. До полудня мы шли молча. Затем мы сделали привал у ручья.

– Микул, а почему ты называешь Тарфельда Алистаром и почему это ему так не нравится? – спросил я, когда мы сняли рюкзаки.

– Просто его так назвали родители. В честь его деда. Да, того самого. А почему он решил сменить это имя и почему оно ему так не нравится, лучше спроси у него.

Я вопросительно глянул на эльфа.

– Я не хочу иметь ничего общего ни с этим старикашкой, ни с моим разлюбезным припразлюбезным папашей. У меня нет с ними ничего общего. То, как называла меня Мать, всегда останется только между нами. И… Нет.. Только между Ею и мной. Отказавшись от своего имени, я как бы продемонстрировал своему братцу, что отказываюсь от претензий на трон. Шишкам в Скрытой Обители это конечно пришлось не по нраву, но я их смог убедить, что это не более, чем политический трюк, чтобы меня меньше искали. Искать конечно меньше не стали, так как всё равно хотят засадить в самую глубокую темницу, но дело не в том.

– Так откуда взялся Тарфельд?

– Мы с ним росли вместе. Он был стеснительным, мечтательным и романтичным. Короче, он бы тебе не понравился. Любил поэзию и музыку. Играл на лютне. Я же был ребёнком беспокойным. Что особенно доставало моего братца. Тарф всегда прятал меня, когда я устраивал очередную пакость. Ему это сходило с рук, пока наши Жрецы не подняли восстание против Короля. Я поддержал восстание. Они сделали меня символом, знаменем, ради которого должны были умирать наши воины. Даже сейчас не могу поверить, что я тогда был на столько глуп, что поддался на их авантюру! Нас на голову разбила фракция генералов, которые были за продолжение Войны. Тарф и тут меня спрятал. Но когда к нему пришёл мой братец, он ему в этот раз не поверил. С тех пор я взял это имя. Просто как символ… как знамя… как напоминание моему брату, что мне плевать на трон, но я, всё равно, рано или поздно приду и отомщу за моего лучшего друга!

– Понятно.

– Что понятно? – спросил Тарфельд. – Мне например многое совершенно не понятно. Начиная от того, как ты спасся из того пожара и кончая тем, как оказался в Убежище.

– По поводу пожара я первый хотел у тебя спросить. А про Убежище – сильно долгая история.

– Мы всё равно на привале и никуда не спешим. Да, Микул? – повернулся эльф.

Здоровяк молча кивнул. Он грыз травинку и наслаждался жизнью, слушая нас.

– Так как насчёт пожара?

– Ладно, – согласился я. – Я добежал до болота в котором Пламя сбивалось дымом.

Тарфельд глянул на меня как не дурака.

– АнСар! И ты не задохнулся? Воистину! Судьба благоволит АнСару!

– Ты то как?

– В отличие от некоторых, которые любят бегать вдоль пожара и выживать Только Чудом, я побежал в сторону от того направления, куда шёл ветер. Так можно выбраться из пожара или обнаружить одну из прорех в нём, где пламя сбивает само себя. Через такую прореху я и выбрался.

– Ясно.

– Потом я пошёл в Риндол. Нужно же было переговорить с Квалисимусом обо всём произошедшем. У меня было множество вопросов к нему. Я обогнул Убежище, так как не хотел недоразумений с местными, которые алиров очень не любят. Потом я захотел срезать путь через эту Чёртову Впадину. Что дальше было ты и сам понял. Микулу расспрашивать бесполезно, с ним и так всё понятно. Да и обычно он не сильно разговорчивый.

– Зато ты тарахтишь без умолку! – перебил его богатырь.

Эльф улыбнулся.

– Да, что есть, то есть. Так что, уважаемый АнСар, давай рассказывай.

Мне пришлось задуматься. Что бы такого им рассказать, чтобы было правдоподобно? Чтобы не задавали лишних вопросов? Мне вспомнились слова Весемира и опыт Таи. От лжи всегда только хуже. Если совру, у них появятся подозрения и повод для вопросов. Но никто же не заставляет меня говорить всё! Можно сказать только Часть Правды.