Солнце Солнц

– А мы собирались задать тебе тот же самый вопрос. Вас обоих бросили к нам примерно через час после того, как мы проиграли сражение. Я услышал выстрел… Вас не было на корабле?

Хайден кивнул.

– Мы расчищали минное поле… Теперь я вспомнил. Он стукнул меня по голове, потому что я отказался возвратиться. Вы… вы ведь уже проиграли.

– Мудрость часто вознаграждается ударом по голове. Меня зовут Трэвис. Это – Карриер. А тот… Тебе вероятно знаком… э… энсин Фаннинг. – Трэвис грустно улыбнулся. – Тебе выпала честь попасть в одну клетку с отъявленными смутьянами. Нас с Фаннингом схватили, когда мы подбирались к люку. Карриер пробился к мостику вражеского судна и убил шестерых, прежде чем его сцапали. А вы вдвоем, похоже, напали на пиратское судно с одним байком и двумя пистолетами. Да, с нами хлопот не оберешься.

– Но мы живы, – сказал ровным голосом Карриер. – Вот в чем их ошибка.

– Они не знают… – рассеянно заметил Фаннинг, – что ктото из нас представляет какуюто ценность.

– Они не знают, кто он, – прошептал Трэвис, ткнув большим пальцем в адмирала. – Но знают, что на борту был адмирал. Выкуп за него мог бы стать для них единственным светлым пятном во всем этом предприятии.

– Они думали, что я – это он, – сказал Карриер, в первый раз весело. – Поэтому и не пристрелили на месте.

– Ох… – Фаннинг наклонился и, скрипнув зубами, медленно и осторожно вытащил на тусклый свет блестящий кусочек металла. – Вот она. Давайте его заштопаем.

Каждый оторвал по полоске от рубашки. Хайден протянул их Фаннингу, и рука его дрогнула. – Секунду… – успел сказать он.

А потом все снова закрыло черное крыло.

– Не уверен, что это такая уж хорошая идея, – сказал ктото. По телу прошла еще одна судорога, он моргнул и огляделся, смутно различая тускло освещенные прутья клетки и людей в ней.

– Трэвис, я позволил вам отговорить меня от капитуляции, когда эти мерзавцы начали мучить наших людей, а теперь мне стыдно за себя. – Адмирал Фаннинг сидел в воздухе, обхватив руками колени. Когда он говорил, слова слетали с губ вместе с клочками пара. Мартор с бледным лицом, раскинув руки и ноги, висел в центре клетки.

– Но интересы экспедиции…

– К черту экспедицию! Моя главная забота – люди. Если я смогу избавить хоть одного из них от пыток, то буду считать, что выполнил свой долг.

– Они все равно обречены, – пробормотал Карриер. – Тихо, ктото идет.

Хайден собрался спросить, как чувствует себя Мартор, но промолчал, услышав, как ктото пробирается к клетке.

Секунду спустя появилось худое, бледное лицо. Пират был молод, высок и неестественно тощ. От холода его спасало несколько слоев залатанных жакетов, жилетов и штанов. Держась на безопасном расстоянии, он подтолкнул к клетке пару фляг.

– Одна – справлять нужду, другая – для питья, – пояснил он. – Не перепутайте.

Адмирал откашлялся.

– Куда мы идем? – спросил он спокойным голосом.

– Навестим дворец вуайериста, – сказал пират. – Только сначала догоним остальных. – Он оттолкнулся от клетки и пополз назад, похожий на четырехпалого паука.

– Что еще за дворец вуайериста? – прошептал Трэвис.

– Думаю, что он имел в виду туристическую станцию, – ответил Фаннинг. – Плохие вести. Это означает, что они узнали о наших замыслах.

Трэвис вздохнул.

– Здорово. Получается, что пираты знают цель нашей миссии, в то время как вашим старшим офицерам все еще ничего не известно?

Удостоверившись, что с Мартором все в порядке, Хайден перевел взгляд на заметно погрустневшего Фаннинга.

– Цель экспедиции, поиски знаменитых сокровищ, должна была оставаться секретом для всех вплоть до прибытия к месту назначения, – объяснил адмирал. – Мы опасались, что это известие могло… отрицательно повлиять на дисциплину… среди части экипажа. Возбудить настроения… Карриер коротко хохотнул.

– Другими словами, они могли бы взбунтоваться, почувствовав себя королями. Вы это имели в виду?

– Да, мистер Карриер. Именно это я имел в виду. Хайден недоуменно переводил взгляд с одного на другого. Что еще за сокровища?

– Но зачем предпринимать такую экспедицию сейчас? – Трэвис покачал головой. – Мы в состоянии войны с Мавери. Есть основания полагать, что Формация Фалкон воспользуется удобным моментом для нападения на Слипстрим. Зачем отправляться на край света в поисках какогото золота? Если только…

– Даже не думайте, Трэвис, – оборвал его Фаннинг. – Мы делаем это ради выживания Слипстрима и нашего нынешнего сателлита. – Хайден вздрогнул при этом упоминании Эйри. – Дело в том, – продолжал адмирал, – что наш флот не в состоянии на равных противостоять Фалкону. Нам нужен противовес, а так как наш Кормчий успешно испортил отношения со всеми соседями, этот противовес не может быть дипломатическим. Он должен быть военным.

– Но пиратское сокровище?..

– Да забудьте вы о сокровище. Мы разделим его на всех, это меня не волнует. Меня интересует то, что, как говорят, хранится вместе с этим сокровищем. Нечто такое, что ни к чему ни нашим парням, ни пиратам, если уж на то пошло.

– И что же это?

Фаннинг загадочно улыбнулся.

– Мы иногда забываем, Трэвис, что живем в искусственном мире. И мир этот поддерживается и обслуживается механизмами столь огромными, что мы нередко не отдаем себе отчета в их масштабе и возможностях. У всех механизмов, созданных человеком, есть двери и замки… Стоп, я уже наговорил лишнего. Достаточно сказать, что если мы найдем то, что ищем, то легко справимся с Формацией Фалкон.

Трэвис и Хайден ждали. Так ничего и не дождавшись, Трэвис раздраженно проворчал:

– Разве не вы пару минут назад говорили «к черту экспедицию»? А теперь снова скрытничаете.

– Это потому, что наш благодетель, – Фаннинг кивнул в том направлении, куда ушел пират, – подал мне идею.

Хайден решил дать понять, что не спит.

– Как юнга? – спросил он, хотя и о сокровище хотелось бы узнать побольше. Голос получился похожим на карканье; одновременно пришло чувство голода и жажды.

– Парень поправится, – сказал Карриер. – Как думаете, адмирал?

Фаннинг потянулся к прутьям клетки, подергал у основания, там, где они соединялись с корпусом.

– Корабль не был изначально разработан для действий в условиях зимы. Это – модификация. Однажды я видел, как такую вот стойку сорвало в свободном падении. И произошло это от вспучивания планок при замерзании.

– Неужели?

– Если вода попадет между планок, здесь и здесь… – Адмирал ткнул пальцем в обшивку. – …дерево может разломиться, когда подморозит.

Карриер отнесся к идее с очевидным недоверием, но Трэвис, похоже, задумался.

– При подготовке корабля к зиме щели замазывали смолой, – заметил он. – Воде просто некуда будет деваться.

– Именно, – кивнул адмирал. – Я не предлагаю использовать питьевую воду, поскольку ее у нас мало. – Он поднял вторую флягу. – Все помочатся. Надеюсь, этого будет достаточно.

Хайдену оставалось только качать головой, когда Фаннинг расшнуровал гульфик и продемонстрировал, что нужно делать. Уж не галлюцинации ли у него начались? Только так можно объяснить весь этот бред: поиски пиратского сокровища и, мягко говоря, оригинальное предложение адмирала пописать на стены.

– Что вы предлагаете? – он спросил язвительно. – Что мы вчетвером сможем вернуть судно собственными силами?

Фаннинг покачал головой.

– Конечно, нет. Мы пустим «Ладью» на дно. Нельзя допустить, чтобы аппаратные средства вооруженных сил Слипстрима попали в руки врага.

– Ага… И как мы сделаем это?

– Надо добраться до мостика. Предлагаю найти иллюминатор и подобраться к… – Фаннинг остановился заметил, что Хайден качает головой. – Что не так?

– Когда у пиратов много пленных, они вешают их за бортом и всегда выставляют часовых. Так что у каждого входа обязательно есть пара человек.

Все трое повернулись и посмотрели на него.

– А ты откуда это знаешь? – спросил Карриер. Хайден заколебался, но последний запас хитрости был исчерпан, и придумать скольлибо убедительное объяснение не получилось.