Эпилог

    Нам предстояло прожить эту неделю поврозь. То есть мы бы виделись в институте и сидели рядом в столовском общепите, но максимум, что дозволялось - держаться за руки аки невинные одуванчики. Да уж. 

    - Гош, я не смогу. Не выдержу, - промямлила убито. 

    - Выдержишь. Мы оба выдержим. Плевое дело, - отозвался он небрежно. В конце концов, ему бросили перчатку. И чтобы Мэл да не поднял? - И вот еще что. Осталось уладить небольшую формальность. Нужна твоя подпись на проекте брачного контракта... Алло!... Алё, Эва! Не слышу тебя. Связь, что ли, пропала... Перезвони. 

    -38- 

    - Спятила?! - обрушилась на меня Вива. - Подписывай, не раздумывая. 

    Вот уже с час шла генеральная примерка свадебного платья, и всё это время личная стилистка ругалась, не переставая. Разумеется, когда не зажимала ртом булавки. 

    - Соображаешь или нет? Похоже, не соображаешь. Мозги, что ли, высохли? Тебе предлагают полное содержание! На каждого рожденного ребенка - отдельный банковский счет! 

    - А в случае инициации развода с моей стороны - потеря родительских прав на каждого рожденного ребенка, - понизила я голос, скосив глаза на телохранительницу из дэпов*, замершую у двери. 

    - Не успела выскочить замуж, а уже о разводе подумываешь? - Стилистка уперла руки в бока. - А кто пел о любви до гроба? 

    - Ничего я не думаю. Просто... В договоре есть раздел о моем праве на пользование семейными реликвиями. А зачем они мне? Мне Гошик нужен, а не артефакты и недвижимость. 

    - Неизлечимая балда, - покачала головой Вива. - Любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда. Ты должна заранее подготовить пути отступления. К примеру, цацки, купленные на твое имя, останутся при тебе в случае развода. Так что тяни из муженька камешки покрупнее и побольше. 

    - Не совсем так. В договоре прописано: если развод произойдет по моей инициативе, то драгоценности, приобретенные в браке, становятся собственностью мужа, а те, что приобретены до брака... Тьфу! - сплюнула я в сердцах. - Если Мэл потребует, отдам всё, мне не жалко. Меня унижает сам факт. Получается, мы не доверяем друг другу. 

    - У меня голова заболела от твоей философии, - отмахнулась девица. - Лучше глянь и зацени. 

    Она подкатила большое зеркало на колесиках, выгнутое в виде полукруга, чтобы я могла созерцать себя со всех сторон, в том числе и со спины. 

    Несмотря на многоступенчатый фатиновый подъюбник с гибкими кольцами и метры тканей, истраченных на наряд, свадебное платье получилось легким, почти невесомым, потому что Вива использовала материалы с улучшениями. 

    - Оно будет волочиться по земле и соберет подолом всю грязь, - отметила я, крутя головой. 

    Конечно, соберет. Погода решила испортить мне свадьбу, напустив на столицу пасмурный фронт. Зарядили дожди переменной интенсивности, а вчера напомнил о себе первый майский гром. 

    - Не соберет, - уверила стилистка. - В модели использованы ткани с эффектом мгновенного самоочищения. К тому же, платье не мнется. Не забудь, через два дня ты записана в косметический салон. На полный набор процедур. 

    - Можно подумать, после свадьбы жизнь закончится, - пробурчала я, смотрясь в зеркало. Вива превзошла саму себя. Платье выглядело сногсшибательно, но пока что оно - как футляр. Предстоит дополнить образ прической, макияжем и прочими сопутствующими деталями. 

    - А если споткнусь? Оно же длинное. 

    - А как ходили в старину? Это сейчас юбки - выше задницы, а в прежние времена женщины надевали одежду до пят. И вообще, чем ты недовольна? - пожала плечами Вива. - Длинное платье - классика. У тебя не тот статус, чтобы щеголять в эксцентричных моделях. Взять, к примеру, киноактрису Мими Момо. Шлейф её свадебного платья составил пять метров. И ничего, справилась. А твой шлейф гораздо короче и снимается. Для гражданской церемонии - самое то, а перед банкетом отстегнем часть верхних юбок. 

    К слову, Вива приняла приглашение с порхающими амурчиками, но в качестве личной стилистки. Она собиралась следить за моим внешним видом, чтобы я получилась идеальнейшей невестой за всю эпоху свадебных торжеств. Моей свадьбе надлежало стать триумфом, застолбившим имя Вивы в мире моды и стиля на веки вечные. 

    - Простая как пробка, - заключила Аффа. - Подписывай. Зная тебя, предвижу, что инициатором развода тебе не бывать. Чего боишься? 

    - Ничего. Договор сделает наши отношения коммерческими, - вздохнула я. - Почему нельзя жить без юридических бумажек? Зачем прописывать права и ответственность? И вводить в обязанность условие любви и уважения. Любой брак и так строится на них. 

    Хотя нет, не любой. В мире Мэла нет места чувствам. Серьезные отношения опираются на контракты и договора. 

    - Вот вы с Симой будете составлять брачный контракт? 

    - Сравнила комарика с медведем, - усмехнулась девушка. - Во-первых, Сима не заикается о женитьбе. А во-вторых, если он предложит подписать бумаги вроде тех, что тебе всучил Мелёшин... я... я обижусь. 

    - Вот видишь! 

    - Так то ж Сима. У него ни кола, ни двора. А тебе нужно втиснуться в семью Мелёшиных и выгрызть лучшие куски в свою пользу. 

    - Зачем? 

    Аффа простонала в голос. Наверное, и глаза к потолку возвела, но по телефону не видно. 

    - Сама разбирайся со своим Мелёшиным, коли воспринимаешь хорошие советы в штыки. 

    Она отключилась, а я еще долго смотрела на погасший экран. И ведь ни одной путной мысли в голове. У Басты и спрашивать нечего. Сестрица Мэла посмотрит на будущую невестку как на умалишенную и покрутит пальцем у виска. 

    До свадьбы осталась неделя, и я прожила её, погрязнув в вихре предсвадебных приготовлений, потому что учеба отступила на дальний план. 

    После памятного полнолуния Константин Дмитриевич не упрекнул меня в безнравственном поведении, перевалив всю вину на внука. Ну да, ведь из нас двоих у Мэла есть мозги, потому что он - мужчина. А я всего лишь породистая кобылка, хотя и немножко слепенькая. 

    В институте Мэл передал папку с проектом брачного договора. 

    - Пустячная формальность, - повторил он. - Подпиши на каждой странице, и я отдам отцу, чтобы юристы оформили, как следует.