Страница 60 из 62
– А где же она?
– Она сейчас на небе, Колин.
– С ангелами?
Лана кивнула:
– Ты ведь сам сказал, что она походила на ангела. – Тут она прижала ладонь к груди мальчика. – Но еще она здесь, в твоем сердце. И в моем сердце тоже.
– Навсегда?
– Да, она навсегда с нами. Пока мы будем ее помнить.
Джесс помог им обоим сесть в карету.
По дороге домой Лана подставила лицо солнцу, удивляясь тому, что у нее так легко на сердце. Рядом с ней Колин весело чирикал песенку, которой его научила Колетт, не думая о тяжелом прошлом, которое он уже начал забывать.
Она подняла на Джесса блестящие от слез глаза:
– Ты проявил большую доброту и заботу, Джесс. Я это не скоро забуду.
Он наклонился к ней и поцеловал в губы, обнаружив, что удивляется тому, что его настроение повышается пропорционально ее настроению.
Когда счастье этой женщины стало для него настолько важным? Казалось, только что он жил именно так, как ему хотелось, наслаждаясь возможностью никому ни в чем не давать отчета. И вот теперь он радуется простейшим вещам – если только из-за них блестят глаза Ланы.
Это не поддавалось никакому логическому объяснению, но именно так обстояли дела. Он безнадежно, счастливо, безоглядно влюбился – и его не пугает, если об этом будет знать весь мир.
Джесс улыбнулся Уизерсу, принявшему его пальто, и еще раз похлопал по карману, в котором лежала маленькая коробочка от ювелира. Однако ответной улыбки от дворецкого он не увидел.
Вместо этого Уизерс наклонил голову и прошептал:
– Появилась проблема. Марии нужно с вами поговорить.
– Скажите ей, что я буду в библиотеке.
Не успел он усесться за письменный стол, как Мария встала в дверях. Ее тесно окружили Роуз, Колетт и Надя.
– Что-то случилось! Думаю, вам надо немедленно пойти к Лане, – сказала Мария.
– Где она?
– У себя в комнате.
– Собирает вещи, – мрачно добавила Роуз.
– Собирает веши? – Улыбка Джесса погасла, брови сдвинулись. – Зачем это ей вдруг понадобилось собирать вещи?
Юная служаночка судорожно сжимала и разжимала пальцы.
– Это я виновата, – печально призналась Колетт. – Лана спросила меня насчет свадьбы, а я ей сказала, что, по-моему, вы поступаете очень храбро, отказавшись от свободы ради нее и ребенка.
– Вы сделали – что? – Джесс сощурился, пристально глядя на француженку.
– Не вините Колетт. – Вперед вышла Надя. – Я и сама сказала Лане то же самое, когда она меня спросила.
Джесс чертыхнулся. Не успел он ничего добавить, как Мария посмотрела ему в глаза и сказала:
– Этих добрых женщин нельзя обвинять. Вы не делали секрета из того, как относитесь к женитьбе.
– Это было раньше. – Он стиснул зубы. – До Ланы. А теперь точно повторите мне то, что сказала Лана.
Домоправительница пожала плечами:
– Она сказала только, что собирается сложить свои вещи и вещи Колина. И не возьмет их дорогую красивую одежду. Только те вещи, с которыми они сюда пришли.
Женщины проводили взглядом Джесса, стремительно поднимающегося по лестнице. Не потрудившись постучать, он вошел к Лане в гостиную. В камине уютно потрескивал огонь. Все оставалось на своих местах. Но дверь в спальню была приотворена, и он увидел, что на кровати лежит потрепанный саквояж Ланы. Эта картина заставила его скрипнуть зубами.
Он вошел в спальню и прислонился к дверному косяку, стараясь держаться непринужденно, несмотря на то, что сердце у него отчаянно билось.
– Что тут происходит?
Лана вздрогнула и подняла голову. На мгновение она встретилась с ним взглядом, но тут же отвела глаза.
– Сегодня из суда пришло письмо.
Она указала на бумагу, лежавшую на столике у кровати. Не говоря ни слова, Джесс взял листок и прочел его. Закончив чтение, он отшвырнул бумагу в сторону.
– Они просто спросили, когда можно будет осмотреть новый дом Колина.
Лана отрывисто проговорила:
– Возможно, ты не обратил внимания, но там спрашивают дату нашей свадьбы, чтобы можно было окончательно узаконить усыновление.
– Как я уже тебе говорил, тут нет проблемы. Мы поженимся, когда ты пожелаешь.
Она упорно не смотрела на него.
– Я не стану заключать фальшивый брак.
– Тогда пусть он будет настоящим.
– Сейчас не время дяя спектакля. Я не стану тебе такое устраивать, Джесс.
– Устраивать что?
Тут она повернулась и встретилась с ним взглядом. Ее глаза были сухими, хотя по ним было видно, что до этого она довольно долго плакала.
– Одно дело – смеяться над светским обществом, помогая мне получить опеку над Колином. Я говорила себе, что делаю это не ради себя. И это было правдой. Но теперь, когда ты был так добр, внимателен и благороден, я не смогу себя простить, если заведу это еще дальше.
– Простить?
Джесс внимательно наблюдал за ней, стараясь понять, как лучше вести этот разговор.
–Я же знаю, что тебе ненавистна сама идея брака, Джесс. Ты не скрывал, какое отвращение у тебя вызывает одна мысль о нем.
– Может, это и было так – когда-то...
– Мне невыносимо думать, что мы станем для тебя обузой, отнимем у тебя ту жизнь, которую ты так счастливо вел до того, как я... тебе навязалась.
– И поэтому ты решила просто уехать и забрать мальчика – в мое отсутствие?
– Я бы так не сделала! – В ее глазах сверкнули искры гнева. – Я собиралась дождаться твоего возвращения, а потом забрать Колина.
Хотя Джессу не раз случалось ставить на карту целое состояние, он впервые в жизни собирался ставить на карту все свое будущее. Он только надеялся, что правильно оценил ее чувства.
– Я тронут твоей честностью, Лана. Но возникает один вопрос.
– Вопрос?
По крайней мере ему удалось полностью завладеть ее вниманием. Она замерла, не положив в саквояж вылинявшее платье, которое когда-то носила во время работы в «Синем гусе».
– Вопрос всего один. – Он сделал секундную паузу. – Ты меня любишь?
Она отвела взгляд.
– Я на него отвечать не стану.
– По-моему, ты обязана сделать хотя бы это. Просто сказать «да» или «нет». Ты меня любишь, Лана?
Дожидаясь ее ответа, Джесс понял, что, оказывается, сердце можно разбить одним-единственным словом. И все же раз он сам пошел на такой риск, теперь ему нужно узнать правду. Она гордо подняла голову движением, которое он уже научился узнавать. Ее акцент стал таким же заметным, как и ком, который встал у нее в горле.
– Да простит меня Бог, хоть я и соглашалась на что угодно, лишь бы спасти Колина, но на такое я не рассчитывала.
– На что ты не рассчитывала?
– Я не позволю тебе идти ради нас на такую жертву. Ты должен нас отпустить.
При этих словах сердце Джесса радостно забилось. Он улыбнулся Лане своей привычной плутовской улыбкой.
– Видишь ли, Лана, именно поэтому я и не могу тебя отпустить. Хоть ты и отказываешься произнести эти слова, я могу прочесть их в твоем взгляде, точно так же, как ты когда-то прочла их в моем. Ты меня любишь.
– Я не говорила...
Он предупреждающе поднял ладонь:
– Не отрицай этого. Я отказывался поверить в то, что это может случиться с моим холодным, недоверчивым сердцем, но тебе каким-то образом удалось взять его в плен, и теперь тебе придется терпеть результаты. Ты меня любишь, Лана. Признай хотя бы это. А я люблю тебя. Так сильно, что собирался принудить тебя к замужеству ради мальчика, зная, что даже если ты меня не любишь, то ради него сделаешь что угодно.
Лана подозрительно прищурилась:
– Ты собирался жениться на мне обманом?
– Если понадобится. Или подкупить тебя вот этим. – Джесс запустил руку в нагрудный карман и достал оттуда коробочку из ювелирного магазина. Когда Лана отказалась ее взять, он открыл крышку и продемонстрировал сверкающее кольцо с рубином. – Я знаю, что по традиции положено дарить бриллианты, но мне кажется, что рубины тебе подходят гораздо больше. Если честно, то из всех камней, на которые я смотрел, эти показались мне созданными специально для тебя.