Страница 13 из 46
Ей нравилось, что он такой, внешне спокойный и невозмутимый, менялся и становился ураганом. Ему нравилось, что ее независимость таяла в его руках. Она становилась податливой, и он мог делать что хотел.
10. Фэй и Пит
В эти дни Пит практически не видел Сета. Сет по природе своей был скрытным человеком, а после смерти родителей вообще замкнулся. Пит уважал его выбор и старался не докучать своему другу. Он как никто другой знал Сета и знал, что лучше оставить его на время. Когда он решит, он сам придет и поделится. Ему, правда не хватало их субботних поездок в тир и других чисто мужских развлечений, но Пит вполне мог смириться с этим. Ведь приятелей у него было хоть отбавляй и, прознав, что он опять живёт у матери, они тут же наперебой стали приглашать его на вечеринки. Так уж получалось, что где был Пит, было веселее всего, было самое вкусное пиво и красивые девчонки.
Пит всегда был не прочь поразвлечься и редко когда отказывался. И вот в пятницу он отправился на вечеринку к знакомому знакомого, которого едва знал. Это была студенческая вечеринка и ему сказали, что молодые девчонки там гарантированы.
Пит, закупив пару ящиков пива, колесил по городу на своем стареньком форде. Настроение было отличное, и он любил просто проехаться перед весельем и побыть наедине с собой. Это давало ему заряд энергии и позволяло всегда быть веселым. Надо отключиться от забот и от проблем, скопившихся за день. Вся его жизнь была сплошными взлетами и падениями. Иногда у него заводились деньги, и тогда он гулял и угощал весь город, когда же наставали плохие времена, он просто ждал нового подходящего случая, относясь ко всему философски. Пару раз Сет предлагал ему помощь, но Пит категорически отказался и даже не стал объяснять причину.
Пит ехал, задумавшись о своем, и пропустил красный сигнал светофора. В этот момент дорогу переходила какая-то девушка, и он проехал, едва не задев ее. У Пита сердце ушло в пятки, и он резко ударил по тормозам. Выглянув в окно, услышал:
- Смотри куда едешь, урод.
Пит уж было хотел тронуться дальше, но что-то показалось ему знакомым в ее голосе, и он сдал назад. Она отскочила в сторону, но убегать явно не собиралась и ждала вся собравшись, словно шла на бой.
Пит вышел из машины и понял, что это Фэй. Широко улыбаясь, он направился к ней. Девушка тоже узнала его, и ее боевой запал тут же улетучился. Пит умел очаровать одной улыбкой, откидывая прядь волос со лба. Они так обрадовались друг другу, словно были знакомы всю жизнь.
- Привет, красавица, а я уж думал, что больше никогда тебя не увижу и мое сердце так и останется разбитым на всю жизнь. Но ты исцелила его сейчас одной улыбкой.
Фэй продолжала улыбаться, а он сказал:
- Тебе говорили, что она у тебя просто фантастическая!-Ну, что-то подобное, но не в таких ярких красках.
- Это хорошо, значит я первый.
- Не надо смущать бедную девушку, - ответила Фэй, нисколько правда не смутившись. Этого у нее было не отнять, она себе нравилась, и если кто-то говорил ей комплименты, воспринимала их как должное.
- Ну и что будем делать? - Пит сразу взял быка за рога. Но Фэй тоже не растерялась, почему-то то, что они вместе будут что-то делать, казалось само собой разумеющимся.
- У тебя есть предложения?
Пит сразу заметил в ней перемены. Не напряжена, веселая, с ней явно произошло что-то хорошее и это радовало, и хотелось почему-то сделать ей что-то приятное, чтобы она расцвела еще больше.
- Я еду на вечеринку, много пива, танцы и все такое, ты как?
- Почему нет? Поехали.
Фэй было настолько легко и естественно с Питом, словно он был ее вторым я, все было как надо и одежда и слова, как любимые тапочки, ничего нигде не жмет, все удобно и просто.
На вечеринке Пит не отходил от нее ни на шаг, и все девчонки ей завидовали. Она поняла, что Пит пользуется огромной популярностью и то, что он предпочел ее, ей ужасно льстило. Она ощущала себя вдвойне привлекательней и остроумней. Правда она все время следила, чтобы не выпить случайно лишнюю банку пива, потому что понимала, что ее понесет и неизвестно в какую сторону. Они танцевали до упада, а потом выходили покурить и шутили, подсмеиваясь друг над другом, а в промежутках между тем, становясь серьезными и узнавая что-то друг о друге. Так Фэй узнала о матери Пита, а он о ее учебе и мечте стать журналистом. Все это вызывало какое-то взаимное уважение и тягу, они просто не могли наговориться и за один вечер они сблизились так, словно были знакомы много месяцев.
- Вечеринка просто класс! – сказала Фэй, когда они вышли в очередной раз глотнуть воздуха и отдохнуть от громкой музыки, – я вообще-то практически не бываю на таких мероприятиях, нет времени, да и денег тоже.
- Надо будет это поправить, теперь я тебя буду часто приглашать, готовься. А деньги это ерунда, я достану если надо.
Фэй улыбнулась. Еще никому она не признавалась в том, что нуждается в деньгах. Это казалось ей чем-то интимным, о чем не говорят посторонним людям. А так как близких у нее никого не было, то она и не говорила ни с кем. А реакция этого удивительного парня вызвала в ней бурю эмоций.
- Знаешь, мне кажется, что я сейчас засну прямо здесь.
- Я отвезу тебя домой, - сказал Пит.
Подъехав к дому, он сказал:
- Так значит вот здесь и живет загадочная Фэй…
- Эппл.
- Загадочная Фэй Эппл. Я должен увидеть все своими глазами, чтобы потом рассказать это потомкам.
- Ну, тогда прошу, - засмеялась Фэй.
- Какая замечательная у тебя квартира, - сказал Пит, развалившись в кресле. – И ты здесь одна живешь?
- Ага, - ответила Фэй и все-таки открыла себе еще пива и протянула другую банку Питу.
- Тогда мы будем плясать и веселиться до утра.
Фэй включила музыку, но оттуда, вместо ее любимого рока, раздалась медленная мелодия и Пит, подскочив, тут же пригласил ее на танец.
В его объятиях было так хорошо. Так спокойно и умиротворенно и когда он наклонился поцеловать ее, это было самой естественной вещью на свете. Мягкие его губы, были такие нежные. Она чувствовала, что просто тает. Фэй и не думала, что мужчина может быть таким нежным. Его прикосновения к ее спине были легкими, еле осязаемыми, словно крылья бабочки. Будто он боялся ее спугнуть. Этот опыт для Фэй был очень ценен, ведь такую нежность она не ощущала никогда в своей жизни.
Они не разговаривали, но во взглядах друг друга читали и вопросы и ответы, и это позволяло им действовать сообща, как слаженной команде, будто они проделывали это несчетное количество раз, но в то же время это было впервые. Питу, всегда нуждавшемуся в том, чтобы кого-то защищать, она была просто находкой. Такая маленькая, худенькая и беззащитная. Ему хотелось обнять ее и защитить от всего мира, этим и была вызвана его осторожность. Он не мог допустить небрежности. Ведь надо было исправить то, что натворил Сет! Надо вернуть ей веру в людей; ее жгучая ненависть в глазах, когда она смотрела на него, таяла. Он это видел, он чувствовал, что она расположена к нему, что он ей нужен. Он не мог отказать ей в этом. Если надо он убережет ее от всего. И Пит осязал ее доверие, ее податливость и он не мог его не оправдать.
Легко он раздел ее, а она его. Наслаждаясь каждой минутой, они были просто половинами одного целого. Питер позволял ей выбирать, командовать, направлять. Пит постоянно шептал Фэй что-то приятное: какая она потрясающая, какие у нее красивые ноги, что ее прикосновения сводят его с ума. Еще никто ей не говорил такого. Обычно все молчат, словно воды в рот набрали, а Фэй постоянно нуждалась в одобрении. Когда он сказал, что она самая потрясающая девушка на свете, она была на седьмом небе. И Фэй верила ему, ей казалось, что она действительно такая. В глубине подсознания она понимала, что это может быть просто присказка, которую Пит в порыве нежности говорит всем девушкам, но ей было все равно. Она наслаждалась мигом, и все остальное было неважно. Все равно он такой чудесный! Это их слияние длилось всю оставшуюся ночь. Оно прекращалось, а потом плавно возобновлялось вновь. Они, не переставая, гладили друг друга, просто дружеские объятия опять возбуждали их. Молодые и неутомимые они так подходили друг другу. Пит был высоким и по-мальчишески стройным, и Фэй нравилось трогать его тело, а он наклонялся и целовал ее всю от губ до пальцев ног, как будто ее тело было просто сказочным лакомством. У Фэй к утру болели губы, а все тело горело от его щетины. Потом они надолго заснули, даже во сне обнимая друг друга, словно боялись потерять.