Страница 151 из 160
Я слушала ее, а сама спрашивала себя: "Верю или не верю ей". С одной стороны Жаннин говорила так, будто слова шли от чистого сердца, правдоподобно и непритворно. Но с другой - она сама себя считала мастером тонкой игры, так что, навострившись в лицемерии и изворотливости, могла лгать весьма искусно.
Разговор с ней не принес мне заметного облегчения. Хотя кое-какие факты я узнала. Например, что в стакан с отваром снотворное мог положить любой из обитателей Китчестера. Но что мне это давало? Только еще больше вопросов и подозрений!
Когда мы, после короткого стука в дверь и едва прошелестевшего "войдите", попали в комнату Эллен, то обе сощурились от непривычного дневного света, бившего в незашторенное окно. Миссис Уолтер лежала на тахте, сильно зажмурившись и обхватив голову руками.
- Может быть, закрыть шторы? - предложила я.
- Нет! - резко выдохнула Эллен и разлепила глаза. - Надо просто привыкнуть к свету, и резь пройдет. Я позволила себе маленькое баловство со шторами, но мне так надоел сумрак. И впрямь, чувствуешь себя погребенной в могиле.
- Яркий свет - встряска для больного организма. Вам итак пришлось сегодня понервничать. Так что будьте душечкой, Эллен, давайте занавесим окно.
- Жаннин, вы радеете обо мне не менее горячо, чем моя Тереза. Если бы она была здесь, то, несомненно, запретила бы мне подобное ребячество.
И вправду, стоглазого Аргуса, денно и нощно стерегущего здоровье и сон своей многострадальной хозяйки, на своем посту не наблюдалось.
- Куда же подевался ваш сторожевой пес? - шутливо спросила я.
- О, сегодня на мою голову сыплются все тридцать три несчастья! - раздраженно ответила Эллен. - Закончилась микстура для очищения крови, и Тереза поехала за ней аж в Солсбери. У доктора Тодда иссяк запас еще на прошлой неделе... Жаннин вы что-нибудь узнали?
- Я опросила буквально каждого! Никто не видел мистера Уолтера со вчерашнего ужина.
С губ Эллен сорвался тревожный возглас. Щеки ее горели лихорадочным румянцем, а пальцы, теребившие белое кружево на воротнике, сильно дрожали. Мне совершенно не нравилось ее состояние. Женщина была необычно возбуждена, будто стояла на грани истерики.
- Где же мой муж? Неужели... неужели с ним что-то случилось? - нервно воскликнула она - После всего, что произошло... Я так боюсь! Страшно боюсь.
- Только не вздумайте мандражировать! - Жаннин сдавила хрупкое запястье больной. - Ох, у вас ритмы частые! Сейчас я спущусь и сделаю вам отвар, он ослабит горячку и успокоит. Эллен, вы не должны впадать в панику!
- Жаннин вы так добры! Вы и Найтингейл, единственные, кто печется обо мне... Но как же мне не беспокоиться? Он не мог уйти, не сказав никому ни слова. Нет, с ним что-то произошло. Что-то нехорошее... Да, да... нехорошее...
Негромкий стук в дверь прервал ее. Робко вошла Джудит и сообщила, что леди Редлифф требует к себе миссис Клифер. Жаннин на мгновение скуксилась, но уже в следующую секунду поспешно засуетилась вокруг изможденной женщины, растирая ей руки и обещая тотчас же вернуться с отваром, как только леди Редлифф отпустит ее.
- Идите, идите, Жаннин! Не гневите матушку задержкой из-за меня, - нетерпеливо велела миссис Уолтер. - Вы же знаете, как она будет возмущена. Мы обе... я буду виновата.
Когда мы остались одни, Эллен вновь закрыла глаза. Но через пару минут, вдруг поднялась с тахты и неровным шагом направилась к узкой двери в дальней стене, ведущей в спальню ее мужа.
- Я должна еще раз все осмотреть, - услышала я торопливые слова. - Может быть, он оставил мне записку. Он не мог... исчезнуть... Он где-то спрятался. Это так на него похоже... спрятаться.
- Ну, конечно же, он спрятался! - воскликнула я, озаренная догадкой. - Эллен, помните, он все время твердил, что спустится в подземелья и напишет свой шедевр! Он там! В подземельях!
- В подземельях, - бессмысленно повторила она, точно не осознавая, о чем речь.
- Наверняка, он там! Я возьму лампу и спущусь туда. Я приведу его, даже если он будет сопротивляться! Если его там нет, то о крайней мере, мы будем точно это знать.
- Нет! Нет, нет, нет, - надрывно выдохнула Эллен, и бросилась ко мне. - Нет, Натингейл, ты не можешь туда спускаться. Там... там... живут мертвецы. Я слышала, как они стонут... Это ужасно, ужасно... И там сквозняки, они убьют тебя, убью, как моего мальчика.
- Эллен, успокойтесь, прошу вас, - я осторожно высвободилась из ее судорожной хватки, - Я уже однажды спускалась туда. Уверяю вас, там нет ничего смертельного, хотя и жутковато немного. А сквозняков и привидений я не боюсь.
По ее телу прошла сильная судорога. Я испугалась, что еще чуть-чуть и бедная женщина лишится чувств.
- Тогда я пойду с тобой! - неожиданно твердо произнесла она.
- Что вы говорите, Эллен! Вы же еле на ногах держитесь!
- Там мой муж!
Против столь категоричного заявления я не могла ничего возразить.
- Хорошо. Но дайте мне слово, как только почувствуете себя хуже, сразу же вернетесь.
Но женщина не ответила мне, я сомневалась, что она вообще услышала меня. Ее воспаленные глаза, очерченные темными кругами, были абсолютно пусты, словно сознание самовольно покинуло ставшее неугодным тело.
- Эллен, Эллен! Это безумие! - я сжала ее плечо. - Никуда вы не пойдете. Оставайтесь тут. Скоро к вам поднимется Жаннин. А я схожу и посмотрю, это займет всего четверть часа.
- Я должна быть сильной, - прошептала в ответ Эллен. Ее стеклянный взгляд стал более осмысленным. Веки несколько раз медленно, словно нехотя, опустились и поднялись, и взгляд остановился на моем лице. - Я должна, должна... надо пойти туда... Там мой муж, я найду его.
Немного пошатываясь, она прошла в свою комнату, взяла с тахты толстую шерстяную шаль и старательно обмотала ею плечи. Затем зажгла керосиновую лампу и, держа ее в одной руке, кивнула мне, дав понять, что готова.
Моросил мелкий дождь, окропляя лицо и холодными струйками скатываясь по шее за воротник блузы. Весь путь до высокой башни с огромной дверью, ведущей в подземелье, мы проделали молча. Эллен будто не замечала неприятной сырости, так же как не замечала и меня, шедшую чуть позади. Только беспрерывно теребила бахрому на шали.
Дубовая дверь оказалась открыта настежь.
- Он там, - выдохнула Эллен и, не раздумывая, скрылась в чернеющем проеме.
Только однажды я была здесь. Это не то место, куда тянет вернуться еще раз. Более того, в этих подземельях до сих пор витал дух чего-то невыносимо гнусного и страшного, так что даже в прошлый раз, когда мы с Джессикой были здесь, единственным желанием моим было - как можно скорее выбраться на свет.
Я шагнула следом за Эллен. Все время, пока мы спускались по истертым ступеням, мне казалось, что я слышу позади себя чьи-то шаги, и будто чьи-то ледяные руки тянутся ко мне, чтобы утащить в непроглядную бездну. Все это было, конечно, игрой воображения, но сердце тяжелым камнем бухало в груди, потворствуя страху.
Мы вышли на площадку перед арочным входом, оскалившимся острыми зубьями решетки. Желтое пятно света пробежало по стене и низкому потолку, на краткий миг выхватив львиную морду, высеченную под полуистлевшим щитом. Я точно почувствовала на себе застывший взгляд каменных глазниц льва, немилосердно проникший в самые потаенные глубины моей души. Пока я оробело всматривалась в очертания грозного стража, Эллен скрылась во тьме. Ни секунды не задумываясь, она устремилась в один из туннелей, в тот, который вел к тюремным камерам. И я торопливо последовала за ней.
Вдруг что-то коснулось моего лица, словно холодная, влажная ладонь. Я отшатнулась и вскрикнула, и мой собственный голос эхом вернулся ко мне. Я протянула руку к лицу и поняла, что угодила прямо в паутину. Стряхнув ее, я поспешила уверить Эллен, что со мной все в порядке, но женщина, даже не заметила мой вскрик. Она застыла в проеме, ведущем в длинный зал, и что-то невнятно бормотала.