Страница 8 из 12
- А ну брысь, подлая скотина! - на некоторое время кабанчик потерял ко мне свой интерес, заинтересовавшись скинутым рюкзаком, явно собираясь осмотреть его внутреннее содержимое, предварительно раскидав его по окрестному лесу.
Не знаю, какой злой дух в этот момент вселился в меня, едва я только осознал всю неизбежность потери своих запасов еды и всех полезных вещей. Даже нож к рюкзаку был приторочен, в руках оставался лишь один посох. По идее, зверь ненадолго отвлекся и сейчас самый подходящий момент сбежать, только вместо этого я перехватил посох за тонкий конец и бросился на подлого кабана.
- Н-на, - всю свою злость и раздражение вложил в единственный хлесткий удар по кабаньему боку.
Получившегося эффекта не ожидал ни я, ни кабан. Толстый конец посоха, легко преодолев небольшую невидимую преграду, с глухим звуком впечатался в сало под толстой шкурой. Кабанья туша, весящая минимум пару сотен килограмм, легко подпрыгнула в воздух и, медленно вращаясь вокруг своей оси, с громким визгом улетела в ближайшие кусты, подмяв их под своим весом. Еще не до конца осознав всю чудовищную силу своего удара, я целую минуту стоял на месте с открытым ртом. "Все, теперь он меня точно разорвет, даже сбежать не удастся", - проскочила запоздалая мысль, когда разъяренный кабан резко выбрался из переломанных им кустов, потрусив ко мне с налитым кровью взглядом. Только этот момент из других кустов выскочил еще один кабан, гораздо крупнее первого. На фоне этого тот подходил разве только на роль совсем небольшой подсвинки. Второй кабан быстро набрал скорость, идя на таран и повернув голову так, чтобы вовремя полоснуть своими клыками глупого человечка. "Ну, уж нет, мы так совсем не договаривались!", - опять во мне закипает дикая злость, я легко уворачиваюсь от несущейся на меня смерти, в развороте припечатывая пролетающий мимо кабаний зад своим посохом. Еще один совершенно невероятный удар лишь немного приподнимает заднюю часть зверя над землей, добавляя ему дополнительной скорости. Тот не успевает сориентироваться и таранит небольшую сосну, выворачивая ее с корнями из земли. После удара кабан несколько секунд пролежал без движений, потом встал и потряс своей большой головой. "Были бы мозги - было б сотрясение", - злорадная мысль только придала мне дополнительной уверенности, перехватив посох удобнее, со злорадной ухмылкой на губах, стал медленно приближаться к лесному великану, недоуменно глядящему в мою сторону своими маленькими глазками. Не став искушать судьбу еще раз, зверь не решился еще раз атаковать и быстро скрылся в кустах. Когда удрал первый кабан, я даже не заметил.
Едва пришло осознание произошедшего, резко навалился жесточайший откат. Руки и ноги ослабли, дыхание сбилось, в глазах помутилось. Едва удержавшись на ногах, тяжело опираясь на посох, кое-как добрел до своего рюкзака, чтобы сделать несколько больших глотков воды из фляги. Надо бы быстрее покинуть это место, вдруг обиженные свинки решат вернуться и еще раз померяться силой, но почему-то никуда не хочется идти. Даже просто двигаться не хочется. Дождавшись пока силы немного восстановятся, бегло осмотрел корни вывороченной сосны и землю под ними, вдруг там случайно чего-то спрятано. Ага, наивный, раскатал губу в надежде найти крупный бриллиант. Но пара кусков кремня, выбивающие неплохие искры при ударе друг о друга, мне действительно вскоре пригодятся. Приложившись к фляге еще раз и, наконец, опустошив ее, двинулся дальше к назначенной цели.
Озеро встретило меня тишиной и игрой бликов света на водной глади. Захотелось искупаться после долгой и опасной дороги, несмотря на сохраняющуюся слабость. Вода оказалось очень холодной, просто ледяной, но меня она лишь только бодрила, даже вылезать из нее не хотелось. Рыба тоже присутствовала тут, причем, вполне подходящая по размерам, только вот поймать ее руками никак не удавалось. Тут нужно специальное ружье для подводной охоты или хотя бы острога, но ничего подобного у меня при себе нет, как и сети с удочкой. Оставалось лишь полюбоваться на жизнь озерных обитателей и, несолоно хлебавши, выбраться на берег. Походив по берегу и побросав в воду небольшие камни, я присмотрел неплохое место, где можно устроить лагерь. С одной стороны скала, с другой берег, со стороны леса большой выворотень - давняя буря повалило огромную сосну, сухие корни которой сейчас смотрели в чистое небо. Именно эта самая сосна и привлекла мое внимание наличием легкодоступных дров для костра. В лесу сухого валежника попадалось немного, и собирать его пришлось бы на приличной территории, а тут все под рукой.
Опять придирчиво выбирал место, где будет очаг и лежка очень одинокого разумного обитателя этого мира. Удобнее всего получалось расположиться у самой скалы, рядом с большим камнем, когда-то давно скатившимся сюда чуть ли не с самой вершины горы. Он сильно отличался по цвету от камня скал, наглядно показывая им свою чужеродность. Но меня сейчас интересовал не он сам, а его удачное расположение, между ним и скалой получалось такое небольшое местечко, надежно прикрытое с двух сторон естественными преградами, при этом до воды и дров легко дотянуться. Если встану здесь надолго, то построю еще пару стен из толстых веток поваленной сосны, которые позже пойдут в огонь. Сняв ножом дерн, и выложив круг будущего костра камнями, я отправился искать какой-либо подходящий материал для розжига огня. Обойдя ближайшие окрестности, так ничего подходящего и не нашел. Мох оказался сырым и не хотел даже чуть-чуть задымиться, когда в него попадали искры от удара кремня о кремень. Лучший результат выходил от попадания искры в кучку мелких опилок, образовавшихся после отпиливания нескольких сухих суков от поваленного дерева. Увидев слабый дымок и вдохнув носом столь желанный запах, наполнился энтузиазмом и активнее стал стаскивать дрова к своему новому убежищу. Навалив приличную кучу и изрядно утомившись, занялся разведением огня. Настрогав ножом тонюсеньких палочек-спичек, сложил их шалашиком в центре круга и присыпал самыми мелкими опилками, которые у меня только получились. Первое время никак не удавалось направить выбитую искру куда надо. Потом вроде как приловчился, но все равно до опилок искры долетали уже порядком остывшие, пришлось стучать камнем об камень, буквально уткнувшись носом в дрова. Наконец-то удалось особенно удачно попасть и опилки стали тлеть. Боясь спугнуть удачу, наклонился еще ниже и стал легко дуть на разгоравшуюся красную точку. Когда вспыхнул первый язычок пламени, я чуть не подпрыгнул на месте от восторга. Обложив затравочный костерок более крупными ветками, и придвинув с боков пару крупных поленьев для придания дополнительной тяги, вдруг ощутил позади себя чье-то постороннее присутствие. Так и оставшись стоять на четвереньках, резко крутанулся на месте, и сразу же столкнулся нос к носу с широкой полосатой мордой. Здоровенный енот, его трудно с кем-то другим спутать, ничуть не испугался моих стремительных действий и вместо того, чтобы быстро сбежать, резко двинулся ко мне, просто отталкивая в сторону, после чего подхватил зубами лежащий на земле мой нож за ручку, развернулся и бросился наутек. "Зверье здесь совсем совесть потеряло, то кабаны любопытствуют, теперь этот ворюга!" - для меня же его действия были сродни укусу в одно интересное место, без ножа мне не выжить. Подпрыгнув на месте из положения лежа, побежал за зверем, стараясь не отстать, даже позабыв схватить свой странный посох. Злости во мне хватило догнать подлого беглеца и даже несильно пнуть его босой ногой в бок. Енот не стерпел такого хамства, резко остановился и развернулся ко мне. Выронив изо рта нож, он оскалил острые зубы и тихо утробно зарычал. С таким недвусмысленным намеком, мол - к нему не стоит ближе приближаться, а наоборот лучше поскорее сбежать, пока он не сильно на меня зол. Ростом зверь был не меньше первого встреченного кабанчика, и шансы одолеть его голыми руками у меня отсутствовали начисто. И тут вместо того, чтобы бросится на меня или же снова подхватить утащенный трофей, енот вдруг развернулся ко мне задом и что есть мочи кинулся к выворотню, где у него оказалась незаметная на первый взгляд нора. Я же осматривал там все, когда вытаскивал обломанные корневища, пригодные на дрова, и ведь абсолютно ничего не заметил, только теперь выделив на фоне желтых камней темнеющий провал.