Страница 6 из 46
- И секс.
Ясмин чувствовала во рту разлившуюся горечь и понимала, что это все, она уже на пределе. Макс со своим роскошным телом и великолепной обстановкой этой вот комнаты, Макс развалившийся на светлом кожаном диване, Макс и его надменно изогнутые в циничной ухмылке губы. Она его ненавидела и презирала, презирала за плавные движения, за неосознанную грацию дикого животного, за волны чистого мужского магнетизма, буквально сбивавшего с ног. У него были деньги, внешность брутального самца и власть, определенно власть. Он не боялся последствий своих поступков, он делал все так, словно был точно уверен: она ничего не сможет доказать, ее возможности ничтожно малы в сравнении с его, ей никто не станет помогать. Первосортный образец поддонка со связями и внушительным счетом в банке. И этот подлец неожиданно решил поиграть с ней, поставив на кон ее существование, ведь его собственное стало слишком пресным, в нем не было перца, пока не появилась она.
- Я могу вызвать такси?
Макс опустил ноги на пол и встал, медленно, словно нехотя. Обдолбанная запрещенной дрянью модель снова играла на публику, выставляя великолепное тело на всеобщее обозрение. Мужчина встал перед прямо нею и потянул за ворот халата, заставляя прильнуть к нему, потом сплел ее пальцы со своими и чуть приподняв тоненькую руку, заставил прижаться ладонью к выпирающему из под полотенца возбужденному члену.
- Я хочу тебя.
- Это твои проблемы.
Макс коротко хохотнул, так словно она, в самом деле, сказала что - то чрезвычайно забавное.
- После завтрака вернемся в постель.
- Когда я вернусь домой?
- Тебя устроит слово “никогда”?
Яся отклонилась назад, желая взглянуть в его глаза. Он считал, что умнее ее, выше, сильнее. Она проходила через такое отношение к себе много раз. Шаг назад, резкий замах свободной от его захвата руки и, Макс выругавшись, отступает, прикрывая расцарапанные ее ногтями глаза. Удар ногой в область паха и Ясмин сорвалась в забег, вылетая из его комнаты в неприличных размеров холл, вниз по лестнице, направо. Услышала за спиной топот ног и гневные выкрики на итальянском. Удар ногой по неприлично огромной и весьма выдающейся части Макса не принес особенной пользы, только разозлил его еще больше. Ясмина влетела в ближайшие открытые двери, щелкнула запором и бросилась к распахнутому окну, ловко перепрыгивая через подоконник и слыша за спиной звук выбиваемой двери. На тщательно стриженой лужайке в изысканном обрамлении розовых кустов ее уже ждали. Горничные в форменных платьях, парень в джинсовом комбинезоне и выглядевшая несколько растерянной ухоженная дама средних лет. Яся бросилась к ней, но выпрыгнувший из окна следом за ней Макс ловко сделал подсечку и, она беспомощно распласталась на аккуратно подстриженной для очередного рекламного ролика травке.
- Полиция.
Это слово мало менялось в каждом из европейских языков и уж его - то можно было понять. Но вместо того, чтобы броситься к ней на помощь, женщина подбежала к Максу, все же успевшему, по-видимому, натянуть на себя боксеры во время незапланированного забега с препятствиями. Стремительный поток итальянских слов, волнение, дрожащие руки, касавшиеся расцарапанного лица Макса и постоянно повторявшееся, понятное даже Ясмине, слово “сынок”. Девушка встала, поправляя халат, и ядовито сказала заботливой маменьке, трогательно щебетавшей рядом с разозленным Максом: - Сука вы, дамочка, и сынок у вас насильник.
Страсть к изучению языков была семейной, внезапно осознала Яся, когда женщина, оставив встревоженное оханье над основательно подпорченной внешностью сына, повернулась к ней. Жгучая ненависть, но и это Ясмина уже проходила.
- Ты не сметь говорить со мной.
- Я предлагать вызвать полиция.
Яся насмешничала потому, что отчетливо понимала, ей в этом доме никто не поможет. У нее был Макс, и еще один враг, если судить по ссуженным от злости глазам, его мама. Происходи все это несколько иначе, Ясмин бы посмеялась над такой смешной заботой матери над взрослым сыном. Уж на кого Макс был точно не похож, так это на маменькиного сыночка. Мужчина что - то сказал, склонившись к самому уху женщины, ободряюще сжимая холеную кисть с непередаваемо огромным перстнем на безымянном пальце и та согласно кивнула, тут же делая прислуге знак удалиться. Потом еще раз нежно коснулась ладонью лица сына и бросила гневный взгляд в сторону стоявшей неподалеку девушки.
- Меня здесь бить будут, сеньора, неужели это вас нисколько не волнует.
Ясмин смотрела в спину уходившей по дорожке женщины, но та даже не обернулась. Впрочем, чего еще ожидать от устроенных и благополучных людей? Полное равнодушие.
- Я не вернусь, - девушка взглянула в исцарапанное лицо Макса. - Я буду сопротивляться, кричать и, возможно, попытаюсь убить тебя.
- Я заставлю тебя вернуться в спальню, - мужчина хищно оскалился. - И трахну тебя, потом снова трахну и да, ты можешь кричать, сопротивляться и даже попытаться убить меня. День длинный, столько всего можно успеть, Яся.
- Чем ты обдолбал себя?
Макс повел плечами, явно рисуясь, будто пытался произвести впечатление на девушку.
- Почему тебе трудно поверить в то, что я хотел тебя?
- Надоело спать с топ моделями?
- Я за разнообразие в сексе, моя девочка.
- Может ты просто ублюдочный извращенец, помешанный на насилие и без этого у тебя не встает?
- Вернемся в спальню и проверим?
- Лучше напиши мне письмо.
Яся осторожно отступила на шаг от Макса, нервно оглянулась в поисках затаившейся прислуги.
- Оставишь мне адрес?
- Только доберусь до полицейского участка, сразу продиктую и номер телефона в качестве поощрительного бонуса для особенно близких людей.
- Ты запала на меня с первого взгляда.
- Исключительно на твою машину и манящий запах внушительного счета в банке.
- Тебе заплатить?
Макс шагнул к ней ближе, стараясь не спугнуть. Ясмин вопросительно приподняла бровь и издевательски поинтересовалась:
- Вот возникло у меня странное такое чувство, Макс, уж не пытаешься ли ты меня заговорить?
- Не хочешь потерять бдительность?
- С тобой не только выпить бокал вина опасно, но и просто общаться.
- Яся, - Макс подступился ближе, и девушка тут же шагнула назад. - Я ведь все равно не позволю тебе уйти.
- Мне глубоко все равно на твои дозволения. Я привыкла сама за все отвечать и не должна не перед кем отчитываться.
- Незабываемое детство не прошло мимо твоих манер и наклонностей.
- Ну, скажем, - Ясмина обвела рукой ухоженный сад с рекламной обложки журнала по цветоводству. - Твое прошло в более идеальных условиях, но детство было у тебя настолько давно, что ты уже и не помнишь прописных истин: не все желания сбываются.
- Мои исполнялись, девочка.
- Завидую, искренне, но помочь ничем не могу. Меня тошнит от одного твоего вида.
- Думаю, что смогу помочь в этом.
- Вскроешь себе вены или вздернешься на отлично намыленной веревке?
- Я хочу тебя трахнуть.
- Я хочу тебя послать.
Макс неожиданно преодолел то небольшое пространство, что оставалось между ними и, Ясмин отчаянно качнулась назад, с ужасом ощутив на себе чей - то железный захват.
- Жаль, наши желания не совпадают, - мужчина с неожиданной ласковостью провел большим пальцем по ее губам. - Пообещаешь не сопротивляться неизбежному, и я стану предельно ласковым любовником.
- Не стоит отступать от намеченного пути, Макс, меня натурально заводит твое непередаваемое умение ухаживать и склонять к одноразовому сексу.
Нина Дамазо в ярости влетела в кабинет супруга.
- Эта дрянь расцарапала лицо нашего мальчика.
- Утром ты сказала мне, что она была девственницей…
- Она назвала меня сукой.
Витале Дамазо устало подпер подбородок рукой, приготовившись выслушать лавину упреков и оскорблений в адрес девушки, которую привел в дом Макс.
- У нее ровно никаких манер, дерзкая, вульгарная. О чем вообще тут можно говорить. У нее нет даже приличного происхождения. Кто ее родители? Бандиты? Проститутка? Она, наверное, и сама не знает кто ее мать.