Страница 68 из 223
Понятно, что повышенное внимание со стороны банкира стало раздражать местные спецслужбы. Вот к чему это привело: «Однажды меня вызвали начальник президентской охраны Акмурад Реджепов и председатель КНБ Мухаммед Назаров и строго-настрого предупредили, чтобы все материально ответственные лица банка, ставшие свидетелями происходящего, держали язык за зубами. Я сразу вспомнил, что случилось в конце 1996 года с майором пограничной службы Виталием Усачевым, который попытался помешать наркотрафику в ашхабадском аэропорту: его расстреляли. Я понял, что нужно молчать, иначе такая же участь могла постигнуть любого из нас».
В силу своих профессиональных обязанностей Аннадурды Хаджаев курировал процессы перевозки денег по стране, поэтому регулярно он и его подчиненные бывали в аэропорту. «Здесь мы стали невольными обладателями еще одной тайны. Одним из перевалочных пунктов был VIP-зал ашхабадского аэропорта. Если раньше право пользования этим залом распространялось на членов правительства, министров, председателей государственных комитетов и их заместителей, то с 1996 года был установлен запрет пользования VIP-залом. Через этот зал отправлялись огромные спецбагажи, которые не подвергались таможенному досмотру. Багаж доставлялся из аппарата президента в аэропорт, затем под дипломатическим прикрытием отправлялся рейсовым самолетом в Россию и там, естественно, не подвергаясь досмотру, отвозился в посольство Туркмении в России. Данными операциями также руководил лично заместитель управляющего делами президента Александр Жадан.
Операции по отправке огромных багажей, не подлежащих досмотру таможней через ашхабадский аэропорт, проводил также турецкий бизнесмен Ахмед Чалык» [363] .
Хотя КНБ занимался не только контролем над оборотом наркотиков. Так, 10 сентября 2001 года, выступая в Ашхабаде перед сотрудниками КНБ, Сапармурат Ниязов с удовлетворением отметил, что в прошлом году были арестованы и высланы из страны десять тысяч иностранных граждан, изъято 350 тысяч религиозных книг, «несовместимых с нашим вероисповеданием», и около 80 тысяч кассет. Однако он счел эти меры недостаточными и приказал увеличить штат КНБ с 1,5 до 2,5 тысячи человек. Не стоит удивляться, что прошло всего несколько месяцев, и растущее влияние НКБ стало серьезно беспокоить Туркменбаши [364] .
Подводя итоги 2002 года, один из лидеров оппозиции, бывший посол Туркменистана в Турции и Израиле Нурмухаммед Ханамов сообщил, что за 2002 год местные спецслужбы трижды почти полностью обновляли свой состав. «К тому же Сапармурат Ниязов категорически запретил принимать на работу в правоохранительные органы и спецслужбы людей, получивших образование во времена Советского Союза. Напуганные многочисленными «чистками», имея перед собой примеры бездоказательных увольнений, а нередко и тюремных заключений, сотрудники спецслужб Туркменистана деморализованы и подавлены. Все это не могло не отразиться на качестве их работы, поэтому сейчас спецслужбам трудно контролировать ситуацию в стране» [365] .
Еще один успех КНБ – аресты руководителей оппозиции и их родственников, последовавшие сразу же после покушения на президента страны 25 ноября 2002 года. В тот день кортеж Сапармурата Ниязова, который направлялся утром на работу, был обстрелян из автоматов в центре столицы из выехавшего на перекресток грузового автомобиля «КамАЗ». В результате перестрелки несколько человек получили ранения.
Руководство Туркмении квалифицировало покушение на президента как акт международного терроризма, направленный против конституционных норм Туркменистана. В организации покушения обвинили бывшего вице-премьера и министра иностранных дел Туркмении Бориса Шихмурадова, бывшего вице-премьера и председателя правления Центробанка Худайберды Оразова, экс-посла Туркмении в Турции Нурмухаммеда Ханамова, а также бывшего первого замминистра сельского хозяйства Сапармурада Ыклымова.
Среди арестованных, давших признательные показания, бывший министр иностранных дел Батыр Бердыев, бывший хяким Ташаузского велаята Язгельды Гундогдыев, бывший глава меджлиса (парламента) Тагандурды Халлыев, а также ряд других бывших высокопоставленных чиновников и сотрудников «силовых» структур республики. Среди арестованных и российский журналист, сценарист Леонид Комаровский. Он был задержан на следующий день после покушения на Сапармурата Ниязова [366] .
Всего по этому делу проходило и было осуждено в конце января 2003 года, по заявлению Ашхабада, сорок шесть человек. Кроме того, пять или шесть предполагаемых участников покушения правоохранительными органами республики не найдены, и розыск их прекращен.
Тех, кого не арестовали, переселили в специально созданные в пустынных областях страны поселения для тех, кто «потерял всякое доверие и заслуживает всеобщего порицания» [367] . По мнению независимых СМИ и оппозиции, общее количество репрессированных превышает пятьдесят тысяч человек [368] .
Корреспондент радиостанции «Немецкая волна» Ораз Сарыев выяснил у своего источника в прокуратуре Таджикистана подробности того, как КНБ было организовано покушение. Он сообщил, что «в первой половине сентября 2002 года с территории Афганистана туркменскую границу пересекла группа сторонников движения «Талибан». В составе группы, помимо афганцев, в том числе этнических туркмен, было несколько чеченцев. Группа проходила по обычному отлаженному маршруту в районе пересечения туркмено-афганской и туркмено-иранской границ. После начала антитеррористической операции в Афганистане боевики «Талибана», ИДУ и «Аль-Каиды» часто использовали территорию Туркменистана как перевалочный пункт. Эти переходы осуществлялись по договоренности с туркменскими пограничниками, естественно, за деньги, либо с целью «передышки» в Туркменистане, либо для транзита в Россию, в Чечню».
В тот раз ничего не предвещало неприятного для группы боевиков. Вот только в этот раз их встретили «не пограничники, а сотрудники КНБ и охраны президента Туркменистана – эта операция по аресту боевиков, пришедших из Афганистана, была проведена под началом руководителя одного из отделов службы президентской охраны, чеченца по национальности».
Арестованных срочно доставили в Ашхабадский СИЗО КНБ. С задержанными «под контролем указанного высокопоставленного сотрудника охраны президента была проведена работа, после которой они дали согласие «участвовать в покушении» на Ниязова. Сценарий был расписан, им было выдано огнестрельное оружие, которое никакого вреда бронированному президентскому лимузину причинить не могло. После исполнения предписанных им ролей, заключавшихся в имитации нападения на президентский кортеж, они были отвезены к дому Ыклымовых на улице Шота Руставели, где их и задержали, на самом деле, уже повторно, спецслужбы – это задержание было заснято на видеокамеру и присутствовало в качестве вещественных доказательств причастности Ыклымовых к покушению» [369] .
Журналистам радиостанции «Немецкая волна» в феврале 2003 года удалось выяснить новые подробности организации покушения. Согласно информации, полученной из источников в прокуратуре, организовал и руководил спектаклем полковник турецкой спецслужбы МИТ («Милли Истихбарат Тешкилаты», т. е. «Национальная Разведывательная Служба») Йылмаз Ихсан.
Посредником в организации этой операции, разработанной по прямому указанию президента Сапармурата Ниязова и начальника президентской охраны Акмурада Реджепова, выступил известный в Туркменистане турецкий бизнесмен Ахмет Чалык, пользовавшийся особым доверием Туркменбаши. Предприниматель, курд по национальности, тесно сотрудничает с турецкой спецслужбой МИТ, но в то же время был неоднократно замечен в контактах с представителями Курдской рабочей партии (КРП) и в оказании финансовой поддержки курдским сепаратистам. Напомним, что КРП в течение многих лет воюет с Анкарой.
Этот бизнесмен создал в Европе (в частности, в Голландии и Германии) подставные фирмы, занимающиеся отмыванием денег из нелегального бизнеса. Вот что сообщил о нем один из лидеров оппозиции – бывший заместитель министра сельского хозяйства Туркменистана Сапармурат Ыклымов: «…это человек Ниязова, бизнесмен с семью классами образования. Он контролирует текстильный бизнес, хлопковый, строительный, а с недавнего времени еще газовый и нефтяной. В 1996 году он пытался добиться моей выдачи из Швеции в Туркменистан, а в 2000 году он хотел организовать мое убийство, эту информацию мы получили от его же собственных людей. Данный факт зафиксирован спецслужбами Швеции, которые усилили после этого меры безопасности».