Страница 2 из 5
Но пока, дабы оттянуть роковой момент, Шуддходама повелел, чтобы принца не выпускали за пределы созданного им миниатюрного рая…
Сиддхартха рос в счастье и довольстве, посвящая дни своей жизни забавам и развлечениям. Он купался в наслаждениях, и ему было так хорошо, что он не испытывал нужды узнать, что же именно находится за дворцовыми стенами.
Когда принц достаточно подрос, его женили на прекрасной царевне Яшодхаре и в скором времени у них родился сын. Шуддходама был счастлив. Он уже почти уверовал в то, что Сиддхартха полностью вошел во вкус той жизни, которую ведут правители, а красавица жена и возлюбленный сын окончательно утвердят принца в его будущем выборе. Но произошло непредвиденное…
Дело в том, что, несмотря на окружающее его благополучие, Сиддхартха не чувствовал покоя. И чем старше он становился, тем сильнее донимало его душу странное томление, объяснения которому он, как ни старался, никак не мог отыскать. В конце концов принц решил, что ему просто наскучила дворцовая жизнь, ведь кроме нее он не видел ничего, даже собственного города! И тогда он отправился к своему отцу, дабы сообщить ему о своем намерении повидать мир. Шуддходама очень обеспокоился решением сына. Царь знал, в какой нищете живут простые индийцы и не без оснований опасался, что это вызовет у принца шок. И Шуддходама приказал, чтобы вдоль дороги, по которой будет следовать принц, все обустроили надлежащим образом…
Поэтому, когда распахнулись дворцовые ворота, глазам Сиддхартхи предстала ликующая толпа молодых здоровых людей, одетых в праздничные одежды. Слуги, несшие золотые носилки, на которых восседал принц, неспешно продвигались вперед, а «счастливые граждане» бросали на дорогу цветы…
И тут произошло то, что позднее в буддийской традиции стало принято называть «четырьмя знамениями». Сначала принц увидел старика, морщинистого, тощего и сгорбленного, случайно вышедшего навстречу процессии. Сиддхартха был потрясен его внешним видом. Он спросил своего слугу, почему этот человек так выглядит. Слуга не осмелился солгать принцу. Он ответил, что этот человек просто стар. Но Сиддхартха не понял значения этого слова. Тогда слуге пришлось объяснить принцу, что старость – неизбежный удел живых существ и такими, как этот старик, рано или поздно становятся все, даже цари…
Сиддхартха был потрясен до глубины души. Он воскликнул, что раз жизнь делает с человеком такое – то ни в молодости, ни в силе нет вообще никакого смысла! Затем Сиддхартха увидел людей, страдающих от тяжелых болезней. Принц спросил слугу, что случилось с этими людьми и отчего они плачут и стонут. Слуга ответил, что этих людей поразили болезни и стонут они от боли. Принц долго не мог поверить в то, что кого угодно, даже самых, казалось бы, здоровых и крепких людей, может в любой момент настичь болезнь и превратить их в беспомощных калек…
Третьим знамением считается встреча Сиддхартхи с похоронной процессией. Тело усопшего несли на носилках, чтобы, по обычаю, кремировать на берегу реки. Эта встреча окончательно сразила принца. Он осознал, что человек, по большому счету, не в состоянии контролировать собственную жизнь: он обречен быть игрушкой в руках судьбы, а это, как и неизбежность смерти, делает жизнь бессмысленной нелепостью…
Но, наверное, даже больше, чем все вышесказанное, принца поразило смирение самих людей, с которым они принимали свой кошмарный удел. Даже для слуги Сиддхартхи во всем происходящем не было ничего странного. То, что так возмутило его господина, слуга воспринимал как должное, как естественное, как нечто, само собой разумеющееся. Отсюда буддийская традиция делает вывод, что в момент явления ему «трех знамений» Сиддхартха пробудился к пониманию истинных процессов, происходящих в мире.
Четвертым знамением считается встреча принца с нищим садху, просящим милостыню на улице. В Индии люди, желающие сделаться садху, отрекались от мира и давали обет вести нищенский образ жизни. Этим они, с одной стороны, подчеркивали тот факт, что в нашем обычном мире, или царстве сансары[4] невозможно обрести свой истинный дом, а с другой – что смысл человеческого бытия не может быть постигнут с помощью выполнения традиционных общественных правил.
И тогда Сиддхартха, жаждущий отныне только одного – отыскать путь, который привел бы всех людей к избавлению от страданий, понял, что ему уготовано.
В душе принца началась тяжелейшая борьба. Для того чтобы попытаться выполнить задуманное, необходимо было стать садху. Но для этого нужно было отказаться от возлюбленной жены и сына, от дорогого отца и от своего дома – от всего, что до сих пор было ему так дорого.
Никто точно не знает, какие именно доводы в пользу отречения от мира приводил себе Сиддхартха. Известно только, что в одну из ночей он нежно поцеловал спящую жену и малютку-сына и, попросив у них прощения, навсегда покинул дворец.
Можно предположить, что многих читателей возмутит решение принца бросить свою семью на произвол судьбы, вне зависимости от причин, побудивших его к этому. Безусловно, Яшодхара испытала сильнейшее потрясение, когда поняла, что никогда больше не увидит возлюбленного супруга, а ее сын – своего отца. Хотя, с общепринятой точки зрения, поступок Сиддхартхи можно попытаться оправдать тем, что семья принца все же не осталась в одиночестве, без средств к существованию, что, к прискорбию, происходит сплошь и рядом в нашей повседневной жизни. И Яшодхара, и ее сын были особами царской крови, жили в роскоши и достатке во дворце, и об их благополучии заботился сам правитель Шуддходама. А вот как бы повел себя Сиддхартха, если бы дело обстояло иначе, если бы ему, как и подавляющему большинству населения страны, приходилось с утра и до поздней ночи гнуть спину, чтобы заработать на хлеб для своей семьи, – остается только догадываться. Но Сиддхартха был тем, кем он был, и сделал то, что он сделал. Хуже было бы, если бы этот его шаг остался безрезультатным. Но мы уже знаем, что у принца все получилось, ведь иначе не существовало бы ни буддизма, ни его последователей.
Конечно, своим поступком будущий Будда вовсе не призывал всех и каждого бросать свои семьи и отправляться в лес на поиски знаний. Этот его шаг можно рассматривать как аллегорию, как образное подтверждение уже упомянутой выше древней индийской истины, которую разделяют монахи всех времен и народов: исключительное соблюдение принятых в обществе правил и норм не является способом постижения истинной природы вещей.
Отказавшись от обязанностей отца, супруга и наследника престола, Сиддхартха взял на себя иные обязательства, заключающиеся в отречении от мирской суеты и обете посвятить свои дни поиску пути избавления от страданий всех живых существ. Видимо, именно по этой причине – следуя примеру своего учителя – каждый буддист стремится принять на себя определенные обязательства, могущие поспособствовать его духовному росту, и очень серьезно относится к ним. Однако не стоит забывать, что не все обязательства и далеко не всегда влекут за собой одинаково положительные последствия. Возможно, по этой причине в буддизме как в учении существует масса всевозможных течений и направлений, среди которых каждый желающий может отыскать нечто, подходящее для себя и своей жизненной ситуации.
Но вернемся к Сиддхартхе. Тайно покинув дворец, принц направился в лес, расположенный на границе царства Сакья. Там он снял свои дорогие одежды, срезал волосы и бороду и переоблачился в простую одежду странствующего монаха. Этот период – период становления Сиддхартхи как духовного учителя – в буддийской традиции принято называть периодом продвижения вперед.
Бродя в одиночестве по лесам, Сиддхартха встретил группу йогов-аскетов. Йоги стремились постичь истину путем умерщвления плоти. С этой целью они жили в уединении, ходили обнаженными, голодали, не мылись, не стригли волос и ногтей, спали под открытым небом, максимально ограничивая себя даже в этой, естественной для каждого человека, потребности. Сиддхартха остался с аскетами и в течение шести долгих лет усиленно практиковал их образ жизни. В конце концов ему удалось завоевать столь высокий авторитет среди аскетов, что некоторые из них даже стали его учениками. В этой связи существует удивительная легенда, которая рассказывает о том, что в один из ненастных дней из густых зарослей травы выползла огромная кобра и, добравшись до медитирующего[5] Сиддхартхи, укрыла его от дождя своим распущенным капюшоном. Увидев это чудо, аскеты поняли, что перед ними великий гуру, и признали принца своим наставником.
4
Сансара – полный иллюзии (заблуждений) материальный мир, в котором не существует бессмертия, состоящий из трех планетарных уровней (райские, адские и средние миры; к последним и относится Земля).
5
Медитация (в широком смысле) – успокоение ума путем устранения мысленного потока при помощи сосредоточения и концентрации сознания; в узком – определенное трансцендентное состояние, в которое входит медитирующий. Считается, что духовно продвинутый йог в состоянии медитации может видеть необыкновенные вещи, путешествовать в иные миры, творить планеты и так далее.