Страница 11 из 24
Окончательно выход в Балтийское море был закреплен за Русским государством после ряда походов царских воевод в Карелию и подписания в мае 1595 г. Тявзинского мирного договора.
В правление Федора Ивановича произошло последнее нападение крымского хана Казы-Гирея на Москву Оно произошло в июле 1591 г. После этого степняки уже не осмеливались так глубоко вторгаться на русские территории.
Казы-Гирей рассчитывал, что внезапный набег его огромного войска на русскую столицу принесет ему успех. Он хотел повторить поход своего предшественника Девлет-Гирея в 1571 г., после которого Москва превратилась в обгоревшие развалины, а жители либо погибли, либо были уведены в плен. В Крыму знали, что основное царское войско стоит в Новгороде из-за непрекращающихся военных действий со Швецией, поэтому защищать столицу почти некому.
Царь Федор узнал о грозящей опасности 10 июня. Он тут же повелел полкам Береговой охраны, стоящим на берегу Оки, собраться в Серпухове и сформировать единое войско. К 28 июня его указание было выполнено. Новое воинское формирование возглавили князья Ф.И. Мстиславский, М.П. Катырев, В.В. Голицын, Н.Р Трубецкой, Т.Р. Трубецкой и В.А. Тюменский. Большинство из них Федор Иванович пригласил в Москву на военный совет. На нем было решено, что остановить крымцев у переправы через Оку сил не хватит, следовало организовать оборону самой столицы. Для этого было решено создать у стен Данилова монастыря Гуляй-город – походную крепостицу, состоящую из закрытых деревянными щитами телег с пушками. За ней должны были расположиться Береговые полки, которые в срочном порядке были переброшены из Серпухова. В помощь им должны были прибыть все служители царского двора.
К утру 2 июля сооружение Гуляй-города было закончено, и вновь сформированные полки встали за укрепление. Во главе Большого полка царь назначил самого опытного воеводу Ф.И. Мстиславского. Его помощником стал Б.Ф. Годунов, с которым были все члены двора. Полк Правой руки возглавили Н.Р. Трубецкой и С.В. Годунов, Передовой полк – Т.Р. Трубецкой и И.В. Годунов, Строжевой – Б.К. Черкасский и С.В. Сабуров, Левой руки – В.К. Черкасский и Г.П. Ромодановский.
Когда все приготовления были закончены, Федор Иванович лично осмотрел укрепление и, обходя полки, спросил воинов о здоровье. Это считалось большой честью. Хотя царь знал, что ханское войско представляет большую угрозу, он не покинул Москву, как это сделал когда-то его отец. Он знал, что его участие в обороне укрепляет дух воинов и вселяет в них уверенность в победе.
Расчет царя Федора полностью оправдался. Казы-Гирей, прибывший 4 июля, был озадачен стойкостью защитников Москвы и не решился атаковать Гуляй-город. Испугали его и мощные крепостные стены, с башен которых велся массированный артиллерийский обстрел. Но настоящая паника в его войске началась после того, как стало известно, что на помощь столице движется войско из Новгорода. На самом деле это была дезинформация, специально занесенная в лагерь хана. В итоге ранним утром 5 июля крымцы во главе с ханом поскакали прочь от Москвы. Их бегство было таким стремительным, что посланные вдогонку царские воины смогли лишь подобрать брошенное имущество, в том и числе и возок Казы-Гирея.
Хотя воеводам не пришлось сражаться с врагами, Федор Иванович щедро всех наградил. Ф.И. Мстиславский получил великолепную шубу и большой золотой кубок. Б.Ф. Годунову были пожалованы аналогичная шуба и кубок, а также золотая цепь и звание царского слуги. Этим как бы отмечалась его двойная служба: во время похода на Ругодив и нынешняя. Ценные шубы и кубки получили князья Трубецкие и Годуновы, которые возглавляли главные полки, награды остальных воевод (шубы и сосуды) были скромнее, но золотые монеты разного достоинства были вручены очень многим воинам. Этим царь поощрил их за преданность и стойкость перед лицом большой опасности.
В правление Федора существенно расширились и укрепились границы Русского государства. Продолжалось освоение Сибири. Там были построены города Тюмень, Тобольск, Пелым, Тара, Сургут, Обдорск, Верхотурск. В предгорьях Кавказа были заложены крепости: Терский городок, Сунжинский городок и городок на Койсе. На границе со степью появились Царицын, Саратов, Ядринск, Воронеж, Ливны, Елец, западнее – Кромы, Курск, Белгород, Оскол, Валуйка, Севск.
В народной памяти закрепилось представление о том, что при Федоре Ивановиче Русское государство процветало, ширилось, и люди жили в нем спокойно и благополучно, «и никоторая кровь и война при нем, государе, не бывала». Под войной, судя по всему, понималась междоусобица и внутренние раздоры.
Поэтому в Смуту многие претенденты на престол пытались доказать свою причастность к успехам царя Федора самыми различными способами: близким родством, участием в его делах и даже называли себя его соправителями. Но все это было лишь хитрыми уловками нечестных властолюбцев.
Источники и литература
Разрядная книга 1559–1605. М., 1974; Разрядная книга 1475–1598. Т. III–IV. М., 1989–2003; Шпаков А.Я. Государство и церковь в их взаимных отношениях в Московском государстве. Царствование Федора Ивановича. Одесса, 1812; Клейн В.К. Дело разыскное в 1591 г. про убийство царевича Дмитрия Ивановича на Угличе. М., 1913; Скрынников Р.Г. Борис Годунов. М., 1979; он же. Россия накануне Смутного времени. М., 1980; Зимин А.Л. В канун грозных потрясений. М., 1986; Морозова Л.E. Два царя: Федор и Борис. Канун Смутного времени. М., 2006.
Глава 3 ПЕРВЫЙ ВЫБОРНЫЙ ЦАРЬ Б.Ф. ГОДУНОВ
Завещание Федора Ивановича
Смерть царя Федора, случившаяся в ночь с 6 на 7 января 1598 г., повергла русское общество в шоковое состояние. Причина ее осталась неизвестной. Можно предположить, что царь стал жертвой какой-либо эпидемии, например, легочной чумы, которая очень часто «косила» население Русского государства. Эта болезнь начиналась внезапно, как бы с резкого толчка под лопатку. У заболевшего быстро поднималась высокая температура, начинался кашель с кровью, и через два дня он умирал. Никакое лечение не помогало.
Предположение о том, что у Федора было инфекционное заболевание, возникает по двум причинам. Во-первых, из источников известно, что царицу Ирину не допустили проститься с умирающим мужем, во-вторых, антропологические исследования останков царя показали, что он был здоровым человеком без врожденных патологий.
Уже утром 7 января глашатаи официально объявили о смерти царя Федора Ивановича и восшествии на престол царицы Ирины Федоровны по воле ее супруга, зафиксированной в духовной грамоте. До наших дней этот документ не дошел.
Москвичи встретили это известие и с горечью, и с радостью. Горевали они о рано почившем государе, радовались, что его заменит мудрая, милосердная и благочестивая жена. В ее воцарении не было ничего необычного. Многие знали о мудром правлении княгини Ольги, об Елене Глинской, стоявшей во главе страны в период малолетства Ивана Грозного, об английской королеве Елизавете, долгие годы находящейся на престоле.
К тому же царь Федор уже давно приучал подданных к мысли о том, что он правит не один, а вместе с женой. В официальных грамотах употреблялась такая трафаретная фраза: «Се яз царь и великий князь Федор Иванович всея Руси со своею царицею и великою княгинею Ириною».
Для Ирины Федоровны была устроена малая приемная палата, называемая Золотой. Все стены в ней были расписаны фресками с изображением сюжетов из жизни знаменитых женщин: матери византийского императора Константина Елены, легендарной царицы Динары, избавившей свою страну от персов, княгини Ольги, первой принявшей православие. В убранстве этого помещения было много нового: богато украшенный позолотой и цветными эмалями клавикорд – музыкальный инструмент, подаренный Горсеем, паникадило в виде льва, держащего в когтях змею, к телу которой были привешены корзиночки со свечами, на полу яркий персидский ковер.