Страница 117 из 219
– Что такое?! – испугался Бумба, подбегая к другу.
– Он меня укусил!! – продолжал орать Миша. – Гад!!!
– Как же он поведёт вертолёт? – внезапно сообразил Покровский. – Мы явно вчера того… Перегуляли.
Гурфинкель, смешно пританцовывая, бросился в ванную комнату, где была аптечка.
– Сколько сейчас времени? – спросил он оттуда сквозь шум бегущей из крана воды.
– Шесть утра, – сообщил Бумба, взглянув на наручные часы.
– Вертолёт мы должны забрать из Одесского порта в восемь, – сказал Миша, выходя из ванной с уже забинтованной правой рукой. – Значит, у нас есть два часа.
– На что? – не понял Бумба.
– На отрезвление этого… – подходящее словцо так и рвалось наружу, но Гурфинкель сдержался.
– Значит так, – немного погодя, заявил он. – Ты сейчас спускаешься в холл гостиницы и покупаешь пару местных газет.
– Зачем?
– Затем. И быстро сюда ко мне!
Пожав плечами, Покровский проворно выскочил из номера.
– Эх, Перси, – покачал головой Миша, уныло взирая на негра. – Подвёл ты нас, кобель чернозадый.
Бумба вернулся ровно через десять минут и, как всегда, переусердствовал, притащив здоровенную пачку газет. Гурфинкель взялся за голову.
– Что, мало? – испугался Покровский. – Могу сбегать ещё прикупить.
Злобно рыча, Миша вырвал из рук у недоумевающего приятеля газеты и, положив на стол, начал быстро просматривать.
– Скажи мне, Андрей, – подозрительно ласково осведомился он, – на кой чёрт ты взял шесть прошлогодних номеров «Плейбоя»?
– Ну… – Бумба растерянно потеребил мочку уха.
– А комиксы про Бэтмена на хрена купил? – не выдержал Миша, сорвавшись на крик. – Как я с такими болванами вообще до сих пор жив?
Бумба обиженно присел на край кровати рядом с Лоуренсом.
– Осторожно, – предупредил его Гурфинкель. – Этот чернозадый кусается… Так, ага!..
Миша открыл последнюю страницу местной газеты «Одесская правда».
– Объявления. То, что нам нужно… Ну-тес, что тут у нас… «бригада электромонтёров-высотников ищет работу на дому, интим не предлагать»… Нет, это не то. Дальше: «сниму квартиру», не то, «сниму трусы», тоже не то. Ага, вот нашёл…
Гурфинкель, словно коршун, бросился к телефону.
– Что там? – поинтересовался Бумба, вяло листая «Плейбой».
– Снимаю запои на дому, – прочёл Миша, набирая указанный в газете телефонный номер. – Круглосуточно, спросить Алана Чувака.
– Кого? – выронил журнал Бумба. – Кого спросить?
– А… – отмахнулся от приятеля Гурфинкель. – Не мешай, кажется, дозвонился.
– Алло, – сухо раздалось в трубке. – Алан Чувак слушает.
– Я по объявлению, – сказал Миша. – У нас тут нестандартная ситуация: нужно за час поставить мужика на ноги.
– За час? – удивились в трубке. – Да это можно сделать за пару минут.
– За сколько? – опешил Миша.
– За пару минут, – терпеливо повторил телефонный собеседник. – Называйте адрес.
Гурфинкель назвал.
– Ну что? – поинтересовался Бумба, когда Миша повесил трубку.
– Сказал, что будет через пятнадцать минут, – ответил Гурфинкель. – А управится и вовсе за две минуты.
– Kruto, – согласился Покровский, имея в виду не то оперативность целителя, не то красоток в журнале.
– Бе-е-е, – проблеял на кровати Лоуренс, – ме-е-е…
Прошло двадцать минут.
В дверь номера постучали. Бумба, отложив журнал в сторону, открыл. На пороге стоял невысокий лысый грузин с небольшим чёрным саквояжем.
– Вы кто? – удивлённо спросил Миша, вскакивая с кресла.
– Я? – удивился грузин. – Я Алэн Чувак, снымаю запои на дому. Визывал?
– А кто говорил со мной по телефону? – спросил Гурфинкель, по-прежнему, недоумевая. Ведь он отчётливо помнил, что мужик, с которым он беседовал двадцать минут назад, говорил без акцента.
– Это мой жэна, – пояснил грузин и, подойдя к кровати, стал внимательно осматривать Перси. Он пиподнял ему веки, попробовал пульс, зачем-то заглянул в трусы, затем сокрушённо покачал головой и громко сказал:
– Вот как объяснить тупому иностранцу, что для русский человек одна бутылка водки – нормально, две – много, а три – мало?!..
Бумба с Гурфинкелем переглянулись. Грузин же, закончив осмотр тела пострадавшего в борьбе с местным зелёным змием негра, осторожно понюхал стаканы на столике.
– Клофэлин?.
Покровский с Мишей кивнули.
– Вы поставите его на ноги? – с надеждой спросил Гурфинкель.
– Дэнги впэрёд, – хрипло ответил грузин.
– Сколько?
– Сто долларов.
Достав бумажник, Гурфинкель протянул целителю стодолларовую банкноту.
– Спасыбо, – поблагодарил грузин. – Паднимитэ его.
– Это обязательно? – с опаской поинтересовался Миша.
– Но вы жэ хатитэ паставить его на ногы? – удивился грузин.
Бумба с Гурфинкелем поплевали на ладони и с трудом подняли Перси с кровати.
– Вот так и дэржитэ, – кивнул грузин и, раскрыв свой чёрный саквояж, извлёк оттуда фотоаппарат «Поляроид».
– Я, – сообщил он, – снимаю запои на дому лучшэ всэх.
Фотоаппарат тихонько щёлкнул, медленно вылезла, словно показывая одуревшим от всего происходящего друзьям язык, маленькая квадратная фотокарточка.
– Ик, – громко сказал Лоуренс.
– Ну всё, – сообщил грузин, кладя фотографию на столик. – Абэщал на ногах, снял на ногах, Алэн своё дэло хорошо знает. Всэго доброго.
– Ах, ты, сволочь!! – закричал Гурфинкель, выпуская из рук Перси. – Стой, скотина!!..
Но грузин уже с топотом бежал по гостиничной лестнице вниз.
– Бумба, разберись с ним, – приказал Миша, указывая на распахнутую дверь номера.
Покровский быстро кивнул, стремглав бросившись в погоню за очередным одесским аферистом.
– Всюду сплошные жулики, – сокрушенно вздохнул Гурфинкель, с удивлением заметив, что Перси теперь лежит на полу. Видимо, в суматохе его попросту уронили.
– Хлебнуть, – прошептал на полу Лоуренс на чистом русском языке. – Что-нибудь! Дайте!..
Глаза у Миши полезли на лоб, но он ничего не сказал, молча принеся приятелю открытую бутылку водки. Осторожно приставил прохладное горлышко к толстым губам поверженного негра.
Перси глотнул. Закашлялся – и, резко вырвав из рук Миши бутылку, несколькими мощными глотками допил её до конца.
– Хорошо, – довольно констатировал он – и снова вырубился, со стуком ударившись головой об пол.
– Вот же свинья, – чуть не заплакал Гурфинкель, пихая напарника в бок ботинком.
Вернулся потный Бумба и, тяжело дыша, отдал Гурфинкелю мятые сто долларов и сломанный фотоаппарат.
– Убежал, kozel носатый, – виновато сообщил он, пряча глаза. – Вёрткий как угорь. Я только его душить начал, а он возьми и вырвись.
– Ладно, – кивнул Миша. – Думаю, случай он запомнит надолго. Который там час?
– Начало восьмого.
– Ну что ж, – Гурфинкель оценивающе посмотрел на друга. – Ты, кажется, говорил, что умеешь водить вертолёт?
– Кажется, умею, – неуверенно ответил Покровский. – Помнится, в Индии…
– Ну вот, сегодня и проверим.
– Че-чего? – обомлел тот.
– Твоё умение водить вертолёт.
– Kruto, blin, – обрадовался Бумба. – А что будем делать с Перси?
– С ним, что ли? – Миша неприязненно взглянул, на храпящего на полу Лоуренса. – Придется взять его с собой.
– Но как же?..
– Авось, в воздухе протрезвеет. Давай, вызывай такси, живо! Если мы ровно в восемь не поднимем машину в небо, то к началу церемонии вручения вертолёта на острове, точно не успеем и тогда уроет нас Сипягин по самое здравствуйте!
– V nature, – согласился Покровский, хмуря густые брови.
Перси, к счастью, нести не пришлось. Управлять вертолётом он, конечно, по-прежнему не мог, но идти кое-как ухитрялся, поддерживаемый под руки Гурфинкелем и Бумбой. В общем, его удалось свести вниз без особых эксцессов, заботливо усадив его, словно младенца, на заднее сидение такси.
– Если он заблюёт мне машину, – предупредил чернявый таксист, – вам придется заплатить штраф в двести долларов.